Михаил Венедиктов – Диалоги с Демоном (страница 4)
– Погоди-ка. А романтика? Желание быть вместе? Все остальные чувства и эмоции?
– Ты хоть раз ел макароны? – Демон иронично-вопросительно приподнял бровь.
– Что?
– Макароны ел, говорю?
– Ну, ел, дальше что? При чём тут макароны? – Максим озадаченно смотрел на Демона.
– Вот ты сварил их и ел прямо из кастрюли. Вилкой. Верно?
– Я что, дурак?
– А как? – Демон резко наклонился к собеседнику.
– Ну как, как. В тарелку положил, масла добавил, помешал. Кетчупа там, майонеза добавил.
– Сосиску еще, небось, положишь, а ещё лучше подливочку, да?
– Ну да.
– Вот и тут так же. Жрать-то можно и просто макароны, но вкуснее, когда с чем-то. Можешь просто любить. А можешь цветы дарить, в кафе сидеть, в кино водить. Основное блюдо всегда вкуснее с гарниром.
Максим помолчал, смотря в окно. По тротуару прохаживался черный грач, видимо твердо решивший пережить зиму на родине, не улетая в тёплые края.
– Я часто думаю о ней. Причём сам не могу понять, почему.
– А зачем это понимать? Ну, думаешь и думай на здоровье. Не хочешь думать – не думай. Делов-то.
– Как у тебя просто всё. – Задумчиво постучал ногтём по краю бокала. – А ты сам любил? Хоть раз?
Глаза демона стали чёрными.
– Глупый вопрос.
– И всё-таки. На кону нашего разговора стоит не мало. Я имею право
знать
– Да, любил. Только моя любовь отличалась от вашей. В корне.
– Чем?
– Она была белая и светлая. Как кристалл. Без похоти, без вранья. Без
грязи.
– Я думал тебе не положено. – В голосе Максима явно читалось удивление. Он не ожидал получить подобный ответ.
В глазах демона мелькнула тень тоски.
– А разве я всегда таким был? Так вышло. И от любви пришлось отречься. В том числе. Не прижилась. Не подходит она таким, как я. Никакая.
– И не хотел бы снова её почувствовать?
– Нет.
– Почему?
– Потому что той любви уже не будет. А ваша… Ты любишь фрукты?
Да знаю, любишь. Абрикосы.
– В точку.
– А курагу?
– Терпеть не могу.
– Хотя ведь по сути это тот же самый абрикос.
– Абсолютно нет. Сухая дрянь.
– Предположим. И вот ситуация. На столе перед тобой лежит свежий абрикос и курага. Что ты возьмёшь?
– Ясное дело. Абрикос.
– А если на столе лежит только курага?
– Тогда ничего.
– Вот и я ничего.
– В смысле?
– Ваша людская любовь для меня – курага. А когда знаешь вкус настоящей свежей чистой любви, то на суррогат даже смотреть не можешь.
– Демон вновь откинулся на спинку стула.
– Ты хочешь сказать, то, что я к ней чувствую, не любовь? Когда я скучаю? Когда хочу, чтобы она была рядом?
– Для тебя может и любовь.
– А по факту?
– А по факту, ты, что без неё дышать разучился?
– Ну, я…
– Ну, ты сидишь и дышишь сейчас при мне. В этой самой комнате.
Может, умер кто-то от того, что вы не рядом? Эпидемия началась? Голод?
– Я тебя понял.
– Нет, не понял. Может мир рушиться начал?
– Да нет же! – Резко встал. – Хорош уже.
– О. Злость. А можешь ещё так же? – Демон довольно улыбнулся.
– Хватит с тебя радости. – Взял себя в руки, сел обратно, выпил чаю.
– Так что конкретно ты хочешь услышать от меня?
– Стоит ли?
– Любить?
– Да.
– А это уже сам выбирай. Вам дали полное право решать за себя самим. В отличие от многих, кстати. – Демон бросил задумчивый взгляд в сторону серого неба, которое казалось еще более темным из-за стеклопакета.
– Ладно. Давай так. Стоит ли любить именно её?
– А стоит ли она сама любви? Многие люди стоят намно-о-ого дешевле, чем есть на самом деле.
– Нет. Она стоит.