Михаил Уткин – Ездовой гном. Возрождение (страница 30)
Глава 24
Он крепко нажал на удилище, словно втыкал в берег и в конструкции сбруи паукана щелкнуло. Видно какой-то фиксатор. Корхан же продолжил:
− Пауканы бегают со скоростью в среднем 60 километров в час, но самые быстрые могут ускоряться до сотни. А если подобрана правильная экипировка, − эльф похлопал по сплетению ремней под собой, − то становятся еще быстрее. К тому же они весьма выносливы и неприхотливы. Управляются вот такой удочкой, с наживленным куском специально приготовленного мяса.
Пауканы на которых едут, всегда голодны, иначе их с места не стронешь, только голодными они бегут туда, куда наездник укажет куском мяса. Наездники очень хорошо чувствуют движение скакуна, поэтому несмотря на странность конструкции, могут управлять ею даже без рук. Это дает возможность стрелять на скаку.
Корхан двинул коленом, мясо на веревке качнулось вправо, и паук помчался по кругу. Эльф выхватил из-за плеча лук, над площадкой раздалось частое цвеньканье тетивы и за пять секунд в трухлявом пне на краю поляны дрожал перьями десяток стрел.
Новое движение ногой и восьмилапый скакун остановился, задрав передние лапы вслед за поднятым куском мяса. Эльф же спрыгнул возле насаженной на стрелу многоножки, дернул древко и подхватил корчащееся существо на руки. Я аж отшатнулся невольно ожидая что та вцепится. Однако он сунул стрелу в колчан и умильно вытянув губы трубочкой сказал:
− Заждалась, моя хорошая…
Я заметил, как он сунул ей что-то в зубчатую пасть и поднял над головой недовольно сокращающееся тело:
− Это сколопендра. Чрезвычайно ядовитое существо. Запомните ее форму, и как вы уже наверняка поняли, не обращайте внимание на расцветку. Домашним насекомых, эльфы могут придавать любые окраски. В каждой лапке сколопендры находится ядовитая железа. Если ей удается пронзить доспех, то ее враг очень быстро погибает. Единственная защита от подобной – хорошая броня и ловкость. Сколопендры устойчивы к огню и яду, но их можно уничтожить физически, а также они не любят водяную, особенно морозную магию.
Я заметил, как сквозная дыра в щетинистом панцире твари быстро затягивается и спросил:
− Так зачем ее нужно было прибивать к земле?
Корхан одним движением свернул сколопендру в шар, после чего она пропала из рук.
− У любой твари Росланд есть особые возможности. И применять их можно разными способами. В частности сколопендра, попавшая в безвыходное положение, инстинктивно наносит ментальный удар, вызывающий страх у любых существ, не имеющих достаточного резиста. Сопротивление страху зависит от показателей интеллекта и мудрости. Обычно существа, которым взбредает в голову желание полакомиться таким неподходящим животным, ими не обладают.
Эльф махнул рукой:
− Предвосхищаю уточняющий вопрос. Я оставил ее на этой поляне чтоб отпугивала ящериц, которые всегда выползают на открытое пространство погреться. Они здесь низкоуровневые, но запросто могли испортить мое послание. Подойдите ближе!
Гномы придвинулись и с любопытством всмотрелись в знакомые уже нам камушки и ветки. Эльф же широким жестом указав под ноги, произнес:
− Обратите пристальное внимание на этот способ оставить послание. Он позволяет игрокам обойти запрет демонов на возможности гномов писать.
Тут одна из гномок, отошедшая в сторонку, пронзительно взвизгнула, показывая что-то в густой траве. Меня порадовали дальнейшие действия подгорцев. Сразу десяток бывших ездовых не задумываясь рванулись в ту сторону. Плечом к плечу, так что на острие оказался Асашка и Асмодей, который как оказалось тоже натренировал себе божественных баллов на боевую кирку.
Белоголовый гном удивленно выдохнул:
− Тут валяется какая-то ерундовина… Похоже дохлая.
Корхан, пошлепал по лапе своего паука, что продолжал раз за разом тупо и неутомимо вскидываться, пытаясь поймать мясо, висящее над головой. Волосатый паук, пока он его шлепал, двигался в нужном направлении. Что там лежало мы с Кассиди уже знали − огромная гусеница. Хотя почему сдохла нужны были пояснения. Эльф присел на корточки, сравнявшись ростом с гномами:
− Ну вот и отлично, готова уже… Вы наблюдаете гусеницу Силлос… Это всего лишь один из множества инструментов нашего великого племени, изготовленных на основе насекомого. Темным эльфам нет нужды махать косой, как какие-нибудь крестьяне, если нужна свежая трава. Для этого у нас имеется это!
Эльф щелкнул пальцами, привлекая внимание и показал лежащую у него на ладони зеленую… палочку, как показалось с первого взгляда. Однако со второго, я заметил с одной стороны зубастую пасть.
− Пользоваться ею не сложно, достаточно иметь третий уровень «контроля насекомых», позволяющий запустить гусеницу Силлос. Мне нужна была поляна в этой густой траве, чтобы выложить послание. Конечно, я мог бы уничтожить растения магией, но боюсь проплешина осталась бы на много дней. А поскольку хочу пользоваться этим местом еще не раз, лишнего внимания привлекать не стал.
Корхан спрятал микрогусеницу в карман, и приподнял огромную темно-зеленую колбасу ее переросшей родственницы за середину, причем передняя и задние части остались лежать на земле.
− Гусеница Силлос поглощает и измельчает столько травы, сколько в ней помещается. Она усваивает жизненную силу растений, позволяющую ей двигаться и жить, пока она наполняется. Материал полностью сохраняет пищевые качества. Кроме того, гусеница снабжает измельченную траву значительным количеством магии. Отличное средство для сбора лекарственных трав. Когда она теряет возможность двигаться, все равно пытается до последнего есть. Соответственно двигает челюстями до тех пор, пока земля, смешиваясь со слюной не запечатывает ей рот. Затем, не нужные лапки отваливаются, а сама гусеница превращается в удобный травяной мешок, в котором трава напитанная магией сохраняется свежей месяцами.
Гаврош приподнял переднюю часть повыше, и мы увидели, как челюсти-мотыги действительно сложились в пробку, словно залитую сургучом. Он сказал:
− Прикольная штуковина. А что за жук должен вылупиться из этой силосной гусеницы? Она же не просто сдохла, а наверняка закуклилась, да?
Эльф поднял палец в воздух и значительно произнес:
− Нет, это не настоящее насекомое, а инструмент. Не силосная гусеница, а гусеница Силлос! Что в переводе с эльфийского означает сила богини Ллос…
Гаврош шутливо поклонился и заметил:
− Ах простите, ваше эльфийшество. Конечно же это гусеница богини, а вовсе не жеваной травки. Но не пойму к чему эти речи о величии какой-то там расы. Ты ж такой же игрок, как и мы. Просто дай нам полезные инструкции, как можно побеждать эльфов. Без всех этих штуковин, которыми мы не можем воспользоваться. Кстати, ты так и не представился. Меня зовут Гаврош. А как тебя, великий учитель? И почему я вижу над твоей головой просто красную надпись «темный эльф»?
Корхан выпрямился и холодно сказал:
− Откуда ты взял, гном, что я игрок?
Гаврош тут же растерял язвительность, бросил на меня смущенный взгляд и пробормотал:
− Ну… Это…
Корхан поднял руку в запрещающем жесте и так же холодно дополнил:
− Да я игрок. Но распространяться о своем происхождении в Росланд не стоит. Неписям предписаны базовые легенды, которым они следуют. Однако каждый местный – думающая личность. И, хотя игра стремиться всеми правдами и неправдами стирать у них из памяти подобную информацию, удается это далеко не всегда.
Эльф свернул, бурдюк из гусеницы колбасой и шлепнул на спину паукана. Тот лишь чуть присел спружинив лапами, продолжив ловить вкусное мясо. А эрл заговорил снова:
− Раз уж Гаврош не желает слушать о червях силлос, коконах силлос, жуках силлос, блохах силлос и прочих, пойду ему навстречу. Продолжу о скаковых пауканах, информация о которых действительно полезнее для… «победы над эльфами».
Корхан сказал все это ровным тоном, но Гаврош все ж таки под его сверлящим взглядом, опустил глаза. Наконец длинноухий отвернулся, так и не представившись и продолжил свою лекцию:
− У запряженных скаковых пауканов, агро-зона всего 2-3 метра. Именно поэтому он не обращает сейчас на вас внимания. Но не вздумайте подходить ближе 30-50 метров к восьмилапому на котором нет удочки. Приоритеты этого хищника мгновенно меняются, и он бросается в атаку, набирая скорость сразу с места.
− Отлично, значит запряженного можно затыкать каким-нибудь длинным колом, пока он вот так пляшет, − заявила Кассиди.
Я добавил:
− Когда вскидывается, у него в центре открывается уязвимое место на головогруди, верно? О, кажется эрл этого сам не знал, да?
Корхан медленно кивнул и чуть улыбнулся:
− Верно. Похоже, сотрудничество у нас выходит не таким односторонним, как я предполагал. Что-то еще?
Я прищурился, осматривая тварь своим мудро-интеллектуальным взглядом и сказал:
− Уязвимы кончик брюшка, пасть, глаза и сочленения суставов.
Эрл вновь кивнул и сказал:
− Хорошо. Но все, же поясню, что если попытаться «потыкать», как предложила уважаемая Кассиди, приоритеты паука после первого же повреждения сменятся. Он не будет дожидаться смерти, а разом нападет. Или, если повреждение будет серьезным – отпрыгнет оценить опасность. Если конечно, ему позволит всадник.
Каждый скаковой тарантул имеет набор ядов. Наиболее распространен стандартный паралич-нервный-растворяющий. Каждая особь способна укусить трижды, опустошая резервуары. Затем идет минутная перезарядка. Выработка яда идет, к сожалению для оппонентов, по игровой схеме. Значит не зависит от его внутренних ресурсов и степени голода.