Михаил Уткин – Ездовой гном. Волкан (страница 9)

− Опять видно, как минимум два параметра вбухала в ловкость, − проворчал я под нос, пытаясь справиться с беспокойством. Все эти дни, Лаверна исправно кушала «подношения» выложенные на алтари, и так же исправно баффала или даже отдаривалась бонусными колечками и браслетами. Кто-то из наших даже хвастался «Поясом шестирукой», не подвластным проклятию, что дал +15 % увороту к метательному оружию.

Однако о квестах все помалкивали, похоже не было их попросту. Ведь не было новых даже у нас с Леной, вкачавших с богиней репутацию уже выше полтинника. Волей-неволей на такой внезапный вызов со странной формулировкой, начнешь реагировать с опаской. Я постарался расслабиться на бегу, и перенести внимание во внешний мир.

А в Подгорном, с увеличением благосостояния гномов, начались изменения. Свет потолка сделал большую часть факелов не нужными, и они теперь стояли обугленными связками на каждом углу. Видно не просто так — вскоре попался молодой безбородый гномик, что безжалостно ломал их о колено и трамбовал ногой в узкую трещину на улице.

Я пробежал мимо поднявшегося почти на целый этаж дома, на недостроенной стене которого верхом сидела незнакомая гномка. Она отсалютовала мне мастерком и тут же сунула его рукоятку в зубы, резко изогнувшись в сторону. Я даже притормозил от удивления, но тут с невидимой мне стороны, взлетела внушительная бадья, которую строительница тут же, ловко выхватив из воздуха, поставив рядом. Мастерок тут же вновь оказался у нее в руке, черпнул раствор, миг, и поверх гранитных блоков легла ровная полоска цемента.

Чуть дальше, встретился уже достроенный дом, вытянувшийся колонной до самого потолка. Мелодично напевающая хозяйка, повисла метрах в пяти над улицей в кожаной монтажной сбруе, упираясь крепкими ногами в стену. Она аккуратно выкладывала плесенью, короба наклонных клумб, ступеньками пристроенных к стене. Видно, собрала её со свода пещеры, прежде чем срастить с нею крышу.

Она, заметив меня, ахнула, пение прервалось, а руки резко подвернули отвисший подол платья-мантии. Белые круглые бедра пропали скрытые тканью, а женщина проводила меня неодобрительным взглядом в стиле: «ходют тут всякие, красоту наводить мешают».

Но мне было не до разглядывания интересных ракурсов. Непонятное требование «Возле главного алтаря…», загорелось еще ярче, да еще начало подмигивать, определенно требуя ускориться. Поэтому по «тайной тропе», я промчался выжимая из выносливости всё. Ноги с заёмной ловкостью работали так, что сторожевые механизмы, притаившиеся на всём пути, так и мелькали. Древние охранные железяки словно провожали меня подозрительными взглядами, поблескивая из всех ниш и углов всевозможными лезвиями и остриями, но мне было не до них. Система свой-чужой опознаёт и ладно…

Треугольный алтарь, в «пространственном кармане» под баронским замком, плыл туманом в центре которого закручивался уже знакомый водоворот. Постамент же, ритмично содрогался, наполняя святилище лязгающими звуками поступи приближающейся из какого-то «дальнего далека» богини, а возле алтаря нетерпеливо приплясывала Кассиди, что сразу требовательно замахала руками:

− Скорее! Кладем ладони одновременно!

Глава 8

Заразившись беспокойной торопливостью подруги, я встал возле алтаря, поднял руки и медленно опустил на его грань, одновременно с нею. Туман под пальцами расступился и в подушечки пальцев упёрся горячий гладкий камень. Жар тут же сменился холодом, а полоска маны начала быстро сокращаться. Шаги богини тут же ускорились и через несколько секунд из центра плиты ударил туманный гейзер, который тут же схлынул оставив величественную фигуру, вознесшуюся под потолок святилища.

По одежде богини промчались разноцветные огни, и я с удивлением понял, что она облачена в какой-то вариант «тяжелого тканного доспеха гномов». Каменные пластины чистой бирюзы, нефрита и опала, составлены сложным узором, да ещё в них вмонтированы драгоценные камни, складывающиеся в какие-то сияющие знаки… Богиня застыла, сомкнув ладони в молитвенном жесте, а «теневые» руки за спиной медленно извиваясь сложили едва различимые пальцы в танцевальные индийские «мудры», после чего доспех, который я едва успел соскриншотить, скрыла белоснежная накидка в которой я с удивлением узнал последнюю модель асбестового коккарди. Разве что материал был, судя по белизне, стопроцентного качества, которого мы пока добиться не могли.

В голове зароились крафтовые мысли, перемежающиеся предположениями о использовании Лаверной божественных баллов, что мы ей сливали, но обдумать их не удалось. Богиня улыбнулась, сверкнув зубами, и грохочуще-мощным, но мелодичным голосом произнесла:

− Вы пришли на зов, дети мои…

Я прикусил язык, чуть не ляпнув насчет зашкаливающего пафоса, а потом сдержал рвущийся комментарий «всегда пожалуйста» (и это всего да три секунды, во время которых сияющая фигура божественной проекции рассматривала нас из-под приспущенных век). Видно подобная не свойственная мне сдержанность была правильной, поскольку тут же прилетели +5 репутации с Лаверной. Впрочем, увиденное богиню похоже удручило, поскольку улыбка поблекла, а могучая фигура колыхнула грудью от тяжелого вздоха. Кассиди же, озвучила вопрос, который занимал и меня:

− Зачем ты призвала нас с Горном, Лаверна? Мы можем чем-то помочь? Что-то случилось?

Богиня плавно подняла и опустила руки, уменьшаясь до человеческого размера. Голос стал тише, превратившись в обычное глубокое контральто взрослой женщины, в котором прозвучали нотки усталости:

− Я надеялась, что можете. Но пока нет. Не могу послать вас на верную смерть. Вы пока ещё совсем маленькие…

Кассиди обиженно всплеснула руками, и чтобы не дать ей запороть переговоры, я поспешно, но деловито вставил:

− Скажи, Лаверна, ты оцениваешь нас по уровню или по уровню плюс «сила реала»? Ведь на нас сейчас висят серьёзные бонусы тренировок, кроме того мы можем усилиться заклинаниями и зельями.

Богиня поморщилась:

− Увы, для задания которое я хотела дать, учла всё. Но и со всеми возможными вашими бонусами это слишком опасно.

− А ты учитываешь факт нашего бессмертия? Что погибнув, мы возрождаемся? — настойчиво вопросила Кассиди, передумав обижаться.

Богиня кивнула:

− Да, и это. Вы смелые гномы, но я не могу просить вас бесполезно жертвовать собою.

Мы переглянулись, и девушка чуть пожала плечами, давая понять, что полностью отдаёт инициативу в переговорах мне, поскольку ей ничего пока в голову не приходит. Я откашлялся и произнес:

− Хорошо, мы слабы. Допустим, твоя оценка безупречна. Но может быть ты хотя бы приподнимешь покров тайны? Обрисуешь в общих чертах задачу? Чтобы мы хотя бы знали в каком направлении развиваться. Мы можем же, как ты знаешь, распределить свою силу реала иначе чем сейчас. Если нам нужно пройти сквозь огонь, мы можем поднять жаростойкость, заменив ею ловкость, мудрость и интеллект, на которые сделан упор сейчас. Если нам предстоит пройти сквозь лёд, поднимем устойчивость к холоду. И так далее.

Богиня вновь окинула нас пронзительным рентгеновским взглядом:

− Я учла и это. Но да, пожалуй, расскажу суть этой тайной миссии, которую могу поручить лишь вам двоим.

Богиня помедлила и прикусила губу, переведя взгляд на Кассиди, словно не решаясь начать. Наконец потупилась и дрогнувшим голосом пробормотала:

− Мне трудно об этом говорить, но я снимаю обещание Горна не рассказывать о том, что случилось в те давние годы.

Я сделал успокаивающий жест:

− Кассиди не будет тебя винить, как и я. И все воспримет правильно.

Заметив, как глаза богини наполняются слезами, проворчал.

− Ну, не отвлекайся ты этими делами давно минувших лет. Есть ситуация, есть решение! Ладно, в двух словах, Кассиди. Лаверна в древние времена украла у ручного дракона Гефеста — Волкана безделушку — гребень. Безделушка крутая, даёт способность телепортироваться и маскироваться так что даже боги не замечают. Наозорничалась всласть, но тут демоны полезли. Она же сама болталась в это время где-то очень далеко. В общем, дракон оказался не сторожем злата, дремлющем в сокровищнице, а мощным союзником Гефеста, по совместительству держателем всей гномьей магии.

Во время противостояния с демонами, он летал окутанный кучей драгоценностей, которые по сути являлись всевозможными боевыми предметами защиты и нападения. Получалось не плохо, гномы успешно защищали Росланд от прорыва, но вот в одном из сражений, дракон напоролся на заклинание демонов, от которого можно было уходить лишь быстрыми телепортами.

Иллюзия гребня, которую Лаверна оставила взамен настоящего, не сработала, и дракону сразу пришлось очень туго. Демоны поняли, как его завалить, ну и завалили… Магия у гномов, в тот день, пропала напрочь, соответственно все стало совсем плохо. Однако все эти штуковины сокровищницы, которые использовал Волкан, заодно являлись его живыми частями. Хоть и каменными. В этом был минус — не возможности их дублировать, однако узнав об этом, я предположил, что раз «гребень», который так и остался у Лаверны, продолжает работать, то и сам дракон жив. Богиня очевидно отправилась на его поиски. И… похоже нашла, да?

Лаверна на протяжении всей речи молчала, хотя времяот времени кривилась от слишком популярного пересказа её трагедии. Однако я специально говорил деловито и отстраненно. Эмоции в таких переговорах не нужны. Перевод с эмоционального на рациональный уровень необходим, если конечно хочешь получить полную информацию, без ахов-вздохов и недомолвок, сопровождаемых рыданиями и подачей кружевных платков для промокания глаз, а то и сморкания в них.