Михаил Усачев – Написать Империю 3 (страница 6)

— Предлагаю ввести норматив, согласно которому человек, арендующий или имеющий дом в Городе Зарева, или другой земле, принадлежащей Герцогу, мог бы подать заявление на статус гражданина и Вашего поданного, — говорила девочка. Империя будет расширяться. Статус гражданина скоро будет иметь вес не только в одном единственном городе. Вся земля, которую мы захватим, будет иметь единый закон. — Так же, после подачи заявления, нужно будет ещё раз проверить человека службой безопасности. Его финансовую историю и род деятельности. Если человек не нарушал законов и честно работал, жил на нашей земле, предлагаю позволить ему стать полноправным гражданином.

Когда она закончила читать все пункты подготовленного ей документа, я посмотрел на Ишу.

— Проверка благонадёжности ляжет на Министерство Внутренней Безопасности. Вам есть что сказать?

— Нужно будет сформировать новый департамент, — сказала она. — Так как эту работу можно поручить гражданским, то проблем нет.

Белые призраки не нужны в проверке благонадёжности, проверить финансы и историю жизни человека можно не отходя от мана пульта.

— Министерство образования не может выделить ещё одну партию образованных работников в скором времени, — заговорила Эрика.

Эта девочка стала такой уверенной и умелой. Радость для глаз, право слово.

— Предлагаю вот что, — заговорил я. — Одного дома на нашей земле недостаточно. Нужно установить срок жизни на нашей земле. Скажем, в три года. Если человек живёт и работает у нас все три года, не выезжая за границу, то только тогда он может претендовать на гражданство. В таком случае мы не только сможем лучше контролировать этот процесс, но и отсрочим массовую подачу заявлений на пару лет.

Сейчас мы и так нуждаемся в образованных людях, в шаге от объединения королевства. А люди пускай работают и видят перед собой мечту стать моими подданными официально.

— Нужно только доработать процесс получения статуса для выживших дворян из Королевства и других людей, с «особой» личностью, которые непременно появятся.

Способ получения гражданства по ускоренной процедуре необходим.

— Проработайте этот вопрос и предоставьте нам готовый проект на следующем заседании, — поручил я это дело той девочке из Министерства Иностранных Дел. Её документ очень важен, но нужно чуть-чуть «допилить напильником».

— Слушаюсь, — поклонилась та.

У бедняжки голос слегка дрожит. Но держится молодцом, через недельку нужно будет как следует её похвалить.

— Министерству обороны есть что доложить? — переключился я дальше по списку.

— Шпионы вот-вот прибудут в Дорак, — сухо сказал Бихолдер. — До тех пор мне доложить нечего.

Противостояние с соседями маячит на горизонте, но пока что всё тихо.

— Ваше Превосходительство, — на моё удивление, слово попросила Наталья. Мой министр Здравоохранения, которая больше в больницах торчит чем в своём министерстве.

Увидев мой кивок, девушка встала, а потом положила на стол небольшую бумажку.

— На самом деле, это не то чтобы важно, — сказала она. — Просто недавно мы получили интересный запрос. Только вы можете его выполнить, вот я и решила показать вам.

Край стола был устойчивым деревянным массивом, но ближе к центру становился вращающейся платформой. Все документы лежали перед министрами, и Наталья положила свою бумажку чуть дальше, на платформу. Качнула её в сторону и внутренняя часть стола стала вращаться. Девушка сама остановила её когда оставленная ей бумага оказалась передо мной.

— Хм… — задумался я, бегло пробежавшись взглядом по документу. — Действительно интересный запрос.

Не смотря на то, что у нас большое количество болезней лечится магическим воздействием, больницы не лишены некоторых лекарств. Которые, кстати, производить могу только я. То же исцеляющее зелье буквально от любой болезни спасает, но стоит очень дорого и его нельзя купить вообще, только от меня получить. Ну и тут, кто-то из беженцев, особый запрос написал. Хочет одно, особенное, лекарство добыть…

— Он так сильно хотел раздобыть это, что даже мне доложили, — улыбнулась Наталья. — Конечно, я бы могла решить эту проблему собственной силой, но может в городе есть и другие люди, которые в этом нуждаются. — Говорила она. — Преимущественно девушки, скорее всего. Продажа такого лекарства сможет и бремя казны облегчить и людям помочь.

— Принято, — кивнул я. — Отдам тебе тестовый образец после конца заседания.

— Хорошо, — улыбнулась та, начиная лучиться радостью.

Не даром — святая, хех. Помочь ребёнку решила, озвучив проблему на заседании совета министров.

Ну да ладно, что уж там.

Мне не жалко…

…

Почему бы и нет.

Глава 5

В большом шатре для беспризорных детишек, в двенадцатом лагере, маленькая девочка выводила на чёрной доске только что освоенные буквы. Да так усердно, что пару раз кончик языка прикусила.

— Замарашка… такое сложное слово! — Шкрябая по доске кусочком мела, она очень старалась написать собственное имя. В этот раз у неё получилось лучше. «Замарашга».

— Ой, не могу… — всё это время девочка сидела на ковре рядом с учительницей. Старшие дети уже умели читать и писать, поэтому занимались своими делами. Келья читала в собственной «комнате», как и всегда. Тата на ковре валялась, записывая в блокнотик что-то своё. Она никому не показывала, что именно пишет, но учительница говорила, что это крайне важно для девочки и не стоит к ней лезть с расспросами. Так что, как самая отстающая, Замарашка принялась заниматься индивидуально. Леса, учительница в шатре, сама недавно окончила школу, и её тут же сюда направили. — Давай ещё раз алфавит повторим…

Девушка очень старалась. Первая работа была воспринята ею всерьёз, да и детишки попались очень послушные, пусть и с характером. Ей нравилось с ними возиться. Замарашка, попавшая в их шатёр, тоже была особенной. Учить её было интересно.

Ну а та, в свою очередь, очень цеплялась за возможность учиться. Думала только, — меня точно теперь не казнят…

Если в первый день она приняла шатёр за тюрьму, то теперь очень прониклась. Её не обежали и не наказывали. Если бы к казни готовили, то не стали бы время тратить и чему-то учить.

Старшие девочки с утра до ночи обсуждали прочитанные истории. Феи, принцессы, драконы и принцы. Стоило им завестись, как общая зона в шатре превращалась в цирк, где возбуждённые девочки бегали и орали друг на друга, имитируя рёв дракона и пафосный монолог идущего в бой рыцаря.

Замарашка тоже хотела участвовать!!

Это было так интересно! Ей так хотелось узнать, почему Келья даже на завтрак не ходит, что там такого, в её книжке? Что за драконы? Что за принцессы⁈

— «Замарашка», — написала она, гордо поднял носик.

— Молодец, — сидящая рядом женщина похвалила её, показав большой палец.

— А кто пишет такие книжки? — спросила девочка, продолжая мечтать о чём-то своём.

— По разному… — ответила та. — Те, кто хочет рассказать нам с тобой какую-то историю. Выдуманную, или нет, не важно. А почему ты спрашиваешь?

— Ну… — погрустнела девочка. — А злодей в конце… он всегда должен быть наказан?

Она от одной мысли к другой металась. Дракона в конце сказки обязательно победит рыцарь. Бандитов накажут. Принцессу спасут. Но ведь она — Замарашка — не принцесса. С её-то уродливой внешностью и отвратительным прошлым, точно нет!

— А как бы тебе хотелось? — негромко спросила женщина, заметив за голосом девочки её невысказанный, но единственный вопрос, который она по настоящему хотела задать. — Книги бывают разные, — улыбалась она. — Где-то злодей проигрывает, но бывает и побеждает. Где-то раскаивается, получая прощения, а где-то и вовсе выходит так, что злодей на самом деле настоящий герой!

— Да? — удивилась та.

— Пока история не закончится, мы не можем узнать, был ли кто-то на самом деле плохим или хорошим. В этом прелесть хорошей книги, — улыбалась учительница.

— Ум… — для неё это было немного сложновато…

Как может страшный дракон оказаться хорошим?..

— Ни один поступок не может перекрыть то, что сделал злодей, — серьёзно добавила её учительница. Преступление есть преступление, и добрые дела не отменяют плохие. — То, что сделано, уже не изменить. — Говорила она. — Но часто бывает так, что именно вставший на праведный путь злодей запоминается людям больше всего. Нет ничего красивее, чем мерзкий подлец, уходящий из жизни великим героем.

— Злодей ставший героем, — взгляд девочки аж лучиться начал.

Конечно, она понимала, что ничего геройского ей, скорее всего, совершить не удастся. Она ведь всего лишь Замарашка…

Но слова были такими красивыми…

Плохой человек, но хороший!

Это было замечательно!

— Замарашка!! — выбил девочку из раздумий голос Таты. Обернувшись на звук, она увидела как «главная» по палатке общается с кем-то за пределами шатра, высунувшись наружу. — К тебе пришли, — сказала она, нырнув обратно в шатёр.

— Э-э? — удивилась девочка. А потом ещё и пальцем себе в грудь тыкнула. — Ко мне?

Это было что-то невероятное. Её никогда в жизни, никто, никогда не искал. А тут кто-то к ней пришёл? В этот лагерь?

Кто?

Поднявшись на ноги, она быстренькой выбралась из шатра, влекомая любопытством. А увидела снаружи того самого человека, с которым разминулась у входа в Герцогство. Того, с кем пару недель провела вместе, путешествуя сквозь всю страну…