Михаил Тихонов – Отшельники. Клан Заката. Книга первая. Приемыш (страница 23)

Так получилось, что после праздников, уже чувствуя себя окончательно самостоятельным и шибко умным, я в первый раз выбрался в город один. Первое мое увольнение, можно сказать. Ага… А чем заняться одиннадцатилетнему пацану в городе, который толком и не знаешь? Правильно! Пойти кататься на аттракционах.

В Белецке, всего один такой парк имеется. Расположенный на границе между центральным районом, где живут в основном богачи, и кузнечным. Как не сложно догадаться, в кузнечном обустроились мастера по работе с разным металлом. Самих кузниц-то, практически и нет. Уж больно они шумные и дымные. На окраине, рядом с заводом металлургическим. Для удобства…

А в самом Кузнечном районе, остались по большей части ювелирные мастерские, коих в Белецке приличное количество, да магазины, торгующие всякой всячиной. Правда не как на рынке, на любой вкус и цвет, по низкой цене, а для почтенной публики, готовой без мук совести выложить за какое-нибудь украшение не один десяток золотых.

В общем, отправился я на аттракционы… Переоделся, все чин-чинарем. Но до парка так и не дошел… Ага, заблудился… То ли свернул не туда, то ли по сторонам глазеть меньше надо было… Не суть, в общем-то…

Шел я, шел и вышел в итоге к рынку. Точнее не прямо к рынку, а на какую-то улочку, сбоку от него. Даже не улицу, а закуток, упирающийся в забор, которым торговые ряды отгорожены. Как попал, до сих пор понять не могу… Там ведь в тот тупик зайти можно только с одного конца, со стороны окраины города. Но умудрился…

Не в этом суть… Иду я, значит по тому тупичку, слышу впереди собака лает, надрывается. Громко так, зло… Признаюсь честно, как на духу… Собак боюсь. Не то, чтобы до паники или там ужаса. Но… Боюсь.

Я уже было и начал разворачиваться начал, чтоб деру дать… Как раздается испуганный крик. Детский голосок такой, писклявый… Явно девчачий… Не знаю, что на меня нашло… Сам от горшка, два вершка тогда был.

Наверно, воспитание не позволило пройти мимо. Вытащил нож, ага, какой же дворянин ходит без оружия. Пусть даже и малой еще совсем…

Ну, это сейчас я понимаю, что тогда малым был. В тот момент я себя чувствовал вполне себе взрослым самостоятельным воином, отважно бросающимся на злобное чудовище…

Бегу, в общем, на крик. Точнее уже и не крик даже, а такие жалобные всхлипывания… Картина маслом – здоровенная овчарка, злобно оскалив клыки стоит напротив девчушки, вжимающейся в подгнившие доски забора…

Неподалеку лоток, тот самый, с куклами, валяется… Маша, правда я тогда еще не знал, как ее зовут, уже и всхлипывать даже перестала… Стоит, вся трясется, по щекам слезы…

Мне самому страшно. Псина, чуть не с меня ростом… Но бросить девчонку в беде… Сам не знаю, что на меня накатило, но, я, махнув рукой на все, буром попер на злобную собаку, выставив перед собой обнаженный нож…

Не знаю… если б та овчарка на меня бросилась, вряд ли бы я смог с ней что-то сделать. Пусть даже и вооруженный. Но все равно… Шел, сжав зубы от страха, пристально глядя в глаза псу, заметившему новую добычу…

Вот так и глядели мы с собакой друг на друга. Я полный решимости, хоть и не убить, но ранить, а она… А кто знает, о чем думают животные… Волхвы, разве что…

В какой-то момент, собака просто взяла и убежала, напоследок рыкнув в мою сторону… Вот и пойми этих собак…

Ух и испугался я тогда… До сих пор жуть берет, как вспомню…

- Ну что? Полегчало? – За воспоминаниями, даже и не замечаю, что девушка вернулась.

Открываю глаз. Какой-то тазик в руках, тряпки…

- Угу… - бурчу в ответ.

В теле странная истома… Даже говорить лень… И не болит ничего…

- Вот и хорошо. – Маша улыбается. Из уголков глаз, будто солнечные лучики во все стороны брызнули.

А с Машей мы с тех пор дружим, да… Как истинный джентльмен, я не мог оставить хныкающую девочку в том тупики. Помог кукол собрать и до дома проводил… Да и потом, при каждом удобном случае, старалася навестить ее. С ней весело. И можно говорить, о чем угодно… И еще… Она никогда не спрашивала, кто я… Ну, как… Знает имя. И что отец у меня состоятельный человек. И, все, пожалуй…

По-моему, ей и не особо интересно все остальное. Девушка рано осталась без матери. Отец, дядя Мартын, постоянно работает. Он кожевенник. Магазинчик небольшой держит на рынке. Бывает, что и уезжает на неделю-другую. К кочевникам, за кожами. А Маша… По большей части, предоставлена сама себе…

На ней хозяйство все. И убраться, и приготовить, и постирать. Ни братьев, ни сестер нет. И вообще, вроде бы, никаких родственников в Белецке у них нет… Про других друзей или подружек, не скажу. Маша никогда о них не рассказывает. Да и, если честно, мне не особо интересно…

- Э, ты чего это удумала? – девушка легким движением скидывает с меня одеяло, оставляя полностью голым. Не считая плотных повязок на груди, руке и голове…

Пытаюсь дотянуться до одеяла, и прикрыться… кажется, даже покраснел… Не привык я, голым перед кем-то посторонним находиться. Даже в бане, лет с семи один моюсь…

Что уж говорить про красивую девушку. Нет, она, конечно, друг и все такое… Но… Как-то, не знаю… Некомфортно…

- Так! Ну-ка перестань! – Маша снова отбирает у меня одеяло и откидывает в сторону. – У тебя куча порезов, нужно обработать и перевязать. А тут выкаблучиваешься. – Ух, ты… а как тон-то сменился. Ну, точь-в-точь, мой отец, отчитывающий за очередную выходку.

Никогда бы не подумал, что эта мелкая оторва умеет приказывать…

- Может я сам? – Неуверенно пытаюсь избежать участи, уготованной мне подружайкой.

- Чего сам? – Маша берет со столика, стоящего рядом с кроватью небольшой ножик и начинает быстро разрезать стягивающие мою грудь повязки. – Как ты одной рукой-то? Да и ребра у тебя повреждены сильно… - С тяжелым вздохом, приводит она аргумент. – Не сможешь правильно утянуть…

Хм… Сложно спорить с таким аргументом… Двигаться и правда тяжело. Тело отказывается подчиняться… Ладно… Пусть уж…

Чтобы хоть как-то скрыть смущение, отвожу взгляд в сторону… Дом у Маши с отцом небольшой. Две комнаты, да кухня. В одной комнате сама Маша живет, а во второй дядя Мартын. Бывал я здесь не раз, поэтому вполне себе представляю.

О! Взгляд цепляется за небольшую полочку, у окна. Кажется, там добавилось книг. Это хорошо… Значит, Маша не забросила занятия и продолжает учиться. Самостоятельно правда. Денег, даже на обычную женскую школу у их семьи нет… Я, как-то пытался предложить… Ну, а что… Не так уж и много, по моим меркам-то… Подумаешь, месяца три не буду ни на что тратить… Отец, хоть мы тоже не шиковали, но никогда мне ни в чем не отказывал. В рамках, правда…

О чем это я? Ах, да… Предлагал я помощь. Так она мне такой разнос устроила, и потом еще недели две дулась, что я больше и не заикался… Ну, ее… Обидчивую…

Но вот, когда, в виде жеста для примирения, предложил научить ее читать, не отказалась. А мне и в радость… Ух… Намаялся, помню… Мда… Но, все же научил. И писать тоже… Дядька Мартын-то, тоже неграмотный… Ну да, в Белецке, среди простолюдинов, грамотных не так уж и много. Хоть и целых три школы имеются. Но… За обучение платить надо. И не сказать, что много… Но все же…

- Ай, больно же! – Полоска ткани ни в какую не хочет отлепляться от раны на боку, поэтому Маша резко дергает ее, отрывая вместе с корочкой подсохшей крови.

- Терпи, воин… - Этак, с насмешкой в глазах, реагирует девушка на мой вскрик.

Черт, аргумент… И не поспоришь…

- Сядь поровнее, а то не получится забинтовать нормально. – Сняв с меня повязки, Маша быстро протерла мое тело влажной тканью, заставив при этом меня покраснеть до кончиков волос…

Раз просит, значит надо. Опираясь здоровой рукой о перину, сажусь так, чтобы между спиной и подушкой появилось пространство. Вроде и не особо напрягаюсь, а на лбу снова испарина выступает… Да и слабость чувствуется…

Быстро помазав чем-то сильно пахучим, Маша принялась обматывать мою грудь широкими полосками ткани. Причем делает это, как-то… Привычно, что ли… Вот уж не знал, что она в лекарском деле разбирается…

- Все. Ложись, давай. – девушка быстро собрала остатки старой повязки, забрала тазик с водой, и снова пошла на выход.

Эх… Хороша… как-то незаметно, девчушка-неваляшка выросла в стройную красавицу. Я даже залюбовался, глядя ей в спину. Будто почувствовав мой взгляд, Маша, прежде чем скрыться за занавеской, отделяющей комнату от кухни, хмыкнув, дернула косой и задрала голову, вызывая во мне улыбку…

В голове пустота… Тихо, спокойно, уютно… Черт, ради того, чтобы вот так поваляться в кровати, а за мной поухаживала красивая девица, стоило получить просто кучу ранений… Жаль, Маша из мещан… Отец ни за что не дозволит нам пожениться…

Хе-хе… Я уже и жениться готов. Ну надо же… Какие только мысли в голову не лезут… Мда… Волнует единственный вопрос – а как я вообще оказался здесь… Попытка вспомнить, лишь вызывает приступ головной боли… Помню, как из лицея вырвался. Как по улицам плутал, замерзая и едва переставляя ноги…

Но как добрался до дома Маши, убей, не помню… Живут-то они, не то что на окраине Белецка, а вовсе, на выселках… Ага… за заводами как раз. Это, верст пять, не меньше… и вообще, почему именно к ней?

Хотя… Если так посудить, у меня больше и нет никого из друзей, к кому я могу вот так запросто прийти… Побитый, или даже покалеченный…