Михаил Теверовский – Загоняя овец (страница 7)
Доктор Шоу и детектив Роунс некоторое время молча смотрели на мёртвое тело девушки. Мысли детектива собирались и пытались сразу же проанализировать озвученную патологоанатомом информацию. Значит, убийца резким, намеченным движением переломил шею девушки, после чего дал ей свободно упасть и лишь после этого нанёс удары ножом, при этом, судя по всему, больше никаким образом не трогал тело. Несильные отметины на теле вполне могли быть оставлены её парнем, с которым Роунсу ещё предстояло поговорить. Из рапорта сержанта Гройсона следовало, что парень прижимал к себе девушку, когда он обнаружил их. Также половой контакт, скорее всего, был осуществлён именно с парнем, а не убийцей, но этот момент стоило подтвердить у выжившего. В остальном дополнительную информацию теперь могут дать только команда Фрэнка Мориса после дактилоскопической и ДНК-экспертиз.
– Печально, конечно, всё это, – произнёс доктор Шоу. – Ещё жить и жить бы, но…
Детектив удивлённо посмотрел на доктора. Обычно он был скуп на фразы такого рода, да и вообще, сколько Роунсу приходилось работать с ним, патологоанатом всегда отстранённо относился к происходящему.
– Понимаю ваше удивление, детектив, – заметив его взгляд, ответил доктор, – но, видимо, годы берут своё, уже почти шестьдесят пять лет всё же. Мне всё тяжелее и тяжелее видеть мёртвыми молодых. Интересный парадокс, может быть, я устал?
– Нет, док. Думаю, просто мы становимся столь старыми, что, по сути, видим в смерти молодых – смерть детей.
– Возможно, вполне возможно… хотя вам, детектив, ещё рановато записываться в клуб стариков. – После небольшой паузы, доктор вдруг резко повернулся к Рику. – Детектив, преступник должен быть пойман. В аду ему самое место.
– Самое место, – соглашаясь, шёпотом повторил детектив.
Глава 4
В приёмной больницы Роунса уже ждали оба его напарника. На удивление, обычно всегда чисто выбритый Ник Чойс зевал, почёсывая уже как минимум двухдневную щетину, сидя на одном из железных стульев в дальнем краю приёмной и закинув ногу на ногу. Рядом с ним явно слегка в возбуждённом состоянии стоял Том Зоредж и о чём-то оживлённо рассказывал Чойсу. Увидев Роунса, Ник с кряхтеньем поднялся со стула, прервав на полуслове своего напарника помладше и, потирая спину, направился навстречу Рику.
– Доброе утро, Рик. Вернее, уже, честно говоря, день, – поприветствовал Роунса Зоредж, протягивая ему руку, Чойс же сделал то же самое, но молча.
– Проблемы со спиной, Ник? – спросил Роунс, оценивающе взглянув на него.
– Да что-то в последнее время неприятно тянет… может быть, задержусь здесь подольше, чем нам понадобится времени на допрос.
– Допрос? Это громко сказано, – вставил свои пять копеек Зоредж.
– Да не суть, я возлагаю большие надежды на нашего так удачно выжившего очевидца. Но тем не менее также ловим его на несостыковках с имеющимися данными. А там уже будем разбираться, кто прав. Но информации нам нужно как можно больше, и она должна быть чистой.
– Всё как обычно, шеф, – ухмыльнулся Чойс.
Одна из медсестёр проводила детективов на четвёртый этаж к палате, в которой приходил в себя после операции выживший. Она предупредила их, что в данный момент с ним заканчивает работу выделенный ему психолог. Том поблагодарил молодую длинноногую медсестру и, оскалившись во все тридцать два зуба после полученной в ответ улыбки в придачу к словам «Да ну что вы, всегда пожалуйста», поймал на себе взгляд Роунса с Чойсом, застывших у двери в палату. Улыбка тут же сползла с его лица, и на нём наконец застыла сосредоточенная гримаса.
Палата была небольшой, рассчитанная на двух человек, но в данный момент лишь одна больничная койка была занята пострадавшим – в целях обеспечения безопасности. Тем не менее на второй, незанятой койке сидел человек, которого Роунс мог бы гипотетически ожидать здесь увидеть после предупреждения медсестры о психологе, но всё же был крайне удивлён.
– О, привет, Рик. – Женщина повернула к нему голову и, встретившись с ним взглядом, улыбнулась, после чего заботливо посмотрела на выжившего парня и обратилась к нему с вопросом: – Стивен, доведём наш разговор до конца или ты всё же хотел бы поскорее пообщаться с детективами?
– Элис, если вы будете не против… я очень давно хотел пообщаться с детективами… – слабым голосом ответил Стивен.
– Хорошо, Стивен. Думаю, после вашего разговора нам тоже будет необходимо побеседовать. Всё же тебе придётся вспоминать события той ужасной ночи.
Чувствуя нарастающее откуда-то изнутри раздражение, объяснение которому Рик не мог найти, да и особо не пытался, – он решил поторопить беседующих:
– Вот и замечательно. А теперь, Элис, не могла бы ты оставить нас со Стивеном наедине? – с, пожалуй, лишними интонациями раздражения оборвал их Роунс.
– Элис, вы не могли бы остаться? Мне было бы так намного спокойнее, – попросил Стивен, окинув испуганным взглядом детективов.
Рик Роунс уже хотел категорически отказать, как дверь палаты распахнулась и вошёл высокий и стройный человек в халате доктора. На его груди, покачиваясь, висел бейджик, на котором большими буквами было написано: «Доктор Боуф С. В.».
– Детективы. – Он кивком головы поприветствовал всех троих, оставив тем не менее руки в карманах халата. – Я доктор Боуф, мне сообщили, что вы пришли поговорить с моим пациентом. Здесь результаты и проведённой операции, и описание полученных моим пациентом повреждений.
Роунс взял протянутый ему доктором Боуфом планшет и быстренько пробежался по написанному. Итак, Стивен Дирайнс, двадцати двух лет, был прооперирован – ему зашили ножевое ранение в районе живота. Что важно, при ранении его убийцей жизненно важные органы задеты не были. Также пациент жаловался на боль в ноге, но это был всего лишь обыкновенный вывих. Роунс взглянул на своего напарника, Ника Чойса. В ответном взгляде читались те же мысли, что посетили и Роунса: «Парень в рубашке родился».
– Благодарю вас, доктор Боуф. А где выделенная полицией охрана? – нахмурившись, спросил детектив.
– Я отпустила его ненадолго, – вмешалась психолог Элис.
– Отпустила?.. – Роунс чувствовал, как ещё больший гнев уже буквально захлёстывает его с головой, и теперь Рик всеми силами старался держать себя в руках. Тем не менее его просьба звучала более грубым тоном, чем он намеревался произнести её секундой ранее. – Итак, вы не могли бы оставить нас? Для проведения допроса очевидца преступления?
– Разумеется, к планшету также прикреплено моё заключение о том, что пациент готов к ведению с вами диалога, вернее… будем называть вещи своими именами – допроса. Уж простите, не люблю это слово, «допрос», но что делать.
– Доктор Боуф, Стивен попросил меня остаться на время их беседы…
– Элис, ты же не адвокат. Стивен, по поводу адвоката. Вы не желаете воспользоваться его услугами? – спросил доктор Боуф Стивена.
– Нет… Конечно нет, зачем – я хочу… хочу помочь…
Доктор Боуф пожал плечами и первым вышел в коридор. Когда же все посторонние наконец покинули больничную палату, Роунс сел напротив Стивена на соседнюю кушетку, тогда как Ник Чойс прислонился плечом к стене, а Том Зоредж примостился на подоконнике. Все трое детективов уже держали наготове блокноты. Рик Роунс также показательно достал диктофон и включил его.
– Стивен Дирайнс, верно?
– Д-да… сэр.
– Наш разговор будет записан на диктофон. Надеюсь, вы не против?
– Нет… нет, сэр…
– Хорошо, Стивен. Расскажи нам немного о себе.
– Рассказать о себе?
– Ну да, что угодно. Вообще. Что первое приходит тебе на ум.
– Я учусь на журналиста. В бакалавриате. В институте ЖЛ. Журналистики и литературы. Мне двадцать два года, вредных привычек не имею, могу только выпить немного, но по праздникам, с… скорее.
– Хорошо, расскажи нам, что произошло ночью с двадцать девятого на тридцатое апреля.
– Мы с Лизой договорились провести у неё время, я приехал вечером…
– Во сколько? – перебил его Том и добавил мягче: – Примерно.
Стивен немного задумался, но после небольшой паузы ответил:
– В районе семи часов вечера я вышел из универа, в этом я уверен, там пока добрался до остановки, плюс пока заехал в магазин… купить… кое-что… в районе девяти тридцати – десяти вечера я думаю, где-то так. – Стивен ждал некой, возможно, реакции, он переводил взгляд с одного детектива на другого, но они молча не спускали с него глаз, делая хаотичные пометки в своих блокнотах. Тогда парень продолжил: – В общем, да… мы сначала сделали попкорн и посмотрели кино, потом…
– Какое кино?
– Не понял?
– Какое кино вы смотрели с Елизаветой Лоу?
– «Н… назад в будущее»… Это её любимая трилогия. Так вот, после первой части мы решили приготовить что-нибудь ещё, посытнее попкорна. Но… немного отвлеклись…
– Отвлеклись на что? – прервал паузу Роунс.
– Ну… как сказать… мы Лизой встречаемся уже в районе шести месяцев…
– На что вы отвлеклись, Стивен? – продолжал давить детектив.
– Мы занялись сексом. Сексом!
– Дальше.
– Итак, в какой-то момент мы поняли, что в итоге то, что мы готовили, пригорело… Мы открыли окна, чтобы проветрить…
– Во сколько?
– Было примерно два часа ночи, мы ещё волновались, что соседка снизу может начать психовать, поэтому я помню, как Лиза обратила внимание на время.
– Дальше.
– Мы всё убрали, и Лиза захотела пойти в душ… Она также хотела, чтобы я пошёл с ней…