Михаил Татаринов – Холм над Ловатью (страница 1)
Михаил Татаринов
Холм над Ловатью
А степная трава пахнет горечью.
Молодые ветра зелены.
Просыпаемся мы. И грохочет над полночью
то ли гроза то ли эхо прошедшей войны.
Роберт Рождественский
Вступление
История эта кажется не совсем обычной, однако я её услышал от своего попутчика, который ехал на слёт руководителей юноармейских отрядов. И у меня нет никаких оснований не доверять его рассказу. Прошло уже несколько лет, но тот рассказ мне врезался в память. Я пересказываю всё слово в слово. Я думаю, что и для многих читателей этот рассказ будет интересен.
Глава первая. Полоса белая, полоса чёрная
Сергей был юноша впечатлительный, 18 лет, воспитывался в большой семье.
В семье он был старшим. У него ещё была младшая сестра Юлька, девочка 12 лет, и близнецы Маринка и Вовка. Мама Сергея работала фельдшером, папа был заведующим гаражом районной администрации.
Семья Сергея жила в небольшом посёлке Холм. Посёлок Холм расположен в Новгородской области, на реке Ловать. Посёлок, невзирая на свои размеры – около 4 тысяч жителей – носил название город. Это право он получил в 1777 году по указу Екатерины Великой. А известен он был с XIII века. Своей известностью Холм был обязан пути «из варяг в греки», на котором он был расположен, а названием – шведским купцам, которые возили на своих стругах товары. Поселение на высоком берегу Ловати стали именовать как Хельм, то есть Возвышенность.
Сергей учился неплохо, без троек, в основном на «4», увлекался историей. Вот и по окончании школы, когда встал вопрос о выборе профессии, решение Сергея было принято сходу – Новгородский государственный университет имени Ярослава Мудрого, факультет истории и археологии.
Два года Сергей проучился в университете. Учился он хорошо. Летом с поисковым студенческим отрядом участвовал в раскопках на местах боёв ВОВ на территории Новгородской области. Он мечтал по окончании университета остаться на кафедре истории и археологии.
Только человек предполагает, а Бог располагает.
Ничего не предвещало трагедии. Но в один из дней раздался звонок его мобильника – звонила мама. Сергей взял трубку и услышал рыдания матери. Ничего внятного. Только две минуты спустя Юлька, взяв у мамы трубку, сумела объяснить брату, что скоропостижно умер папа: тромб закупорил сердечную артерию. Похороны через три дня.
Сергей собрался и поехал домой. Думал, что уезжает на неделю, а пришлось расстаться с университетом. Да и как было поступить иначе? Уже парню 21 год. Так он стал старшим мужчиной в семье.
Отца похоронили, детям назначили пенсию по потере кормильца. Только её всё равно не хватало. Вот и стал Сергей искать работу. Только кому нужен молодой парень с незаконченным высшим образованием? Вот и поехал Сергей «за длинным рублём» в город белых ночей. Туда на заработки ездили многие жители Холма.
Там, в строительной бригаде, Сергей трудился вначале подсобником, со временем выучился класть кирпичную кладку и штукатурить. Так и начал с ребятами ездить по строительству коттеджей.
Сергей часть заработанных денег – половину – отсылал домой матери: надо же поднимать младших. Юлька выросла, совсем невеста стала, пошла учиться в техникум на юриста. Да и младшим двойняшкам тоже надо и одежду, и учебники покупать.
А часть денег он оставлял себе. Эти деньги он делил на две части: одну тратил на текущие расходы – оплату съёмного жилья, продуктов, одежды, – а вторую, сколько позволяли обстоятельства, откладывал. Мечтал накопить денег и купить себе в Питере хотя бы комнату. А там уже можно и о семье подумать.
Сергей стал не по годам рассудительным.
О своей юношеской мечте стать историком-археологом он старался не вспоминать. Пока был жив папа – это казалось вполне реальным. Родители находили возможность послать ему денег на самое необходимое. Как ребёнку из многодетной семьи, ему бесплатно предоставляли место в общежитии, учебники. Сейчас обучение в вузе казалось нереальным.
Так длилось несколько лет.
Деньги на приобретение своего жилья в Питере копились из рук вон плохо. Как тут накопить, если то неожиданно порвались ботинки, то выдалась неделя-другая съездить домой? А домой без подарков Сергей не приезжал.
Маме – кофточку.
Юльке – косметику.
Младший братишка Вовка мечтает стать футболистом – ему купить мяч и бутсы.
Маринка мечтает стать актрисой – ей нужна книга «История Мариинского Императорского театра».
Вот так соберёшься домой, накупишь подарков – а заначка, что откладываешь на покупку своего угла, тает, как весенний снег. Что тут поделаешь.
Глава вторая. Идея
Вот и надумал Сергей собрать денег более быстрым способом. Так как он несколько лет назад, учась в Новгородском государственном университете имени Ярослава Мудрого на факультете истории и археологии, много раз участвовал в раскопках, он знал, как высоко коллекционерами ценятся артефакты Второй мировой войны: патроны, гранаты, оружие, награды, различную походную утварь – ложки, котелки, форму.
Так его бывший одноклассник по школе в посёлке Холм откопал в лесу американский «Виллис» времён ВОВ. За сам «Виллис» и скарб, обнаруженный в машине, Толян получил денег, которых хватило на однокомнатную квартиру в Великом Новгороде. Коллекционеры из США, Германии и наши нувориши выстроились в очередь. Толян, чтобы не иметь проблем с таможней и правоохранительными органами, продал машину русскому покупателю, который дал самую высокую цену.
И вот сейчас Сергей решил пойти этим путём. За несколько дней можно заработать себе на жильё. Только одному такое предприятие не осилить, – так рассуждал Сергей. Он стал присматриваться к ребятам, что работали рядом.
Сначала выбор его пал на Юрика. Так ребята в бригаде окрестили паренька из городка Вышний Волочёк. Юра закончил школу – 9 классов – в родном Вышнем Волочке. Потом – училище, на отделочника. После училища была служба в течение года в армии. Он служил в роте технического обеспечения авиаполка на Дальнем Востоке и в звании ефрейтора уволился в запас.
Так как в родном Вышнем Волочке, по мнению Юрки, ловить было нечего, он последовал в Северную столицу «за длинным рублём». Дома его тоже ничто не держало: две комнаты в коммуналке, мать, старшая сестра с племянником и сожителем. Юрка говорил про себя, что у пролетариата нет ничего, кроме своих оков. Он был лёгким на подъём, балагуром, и деньги, что зарабатывал, спускал до копейки.
С Сергеем Юрка познакомился в бригаде на стройке. Их бригада кочевала с объекта на объект: выполнили заказ – получили расчёт – и дальше. До этого Сергей жил в общежитии. Когда Юрка появился в бригаде, он стал часто попадать в пару к Сергею. Постепенно ребята сдружились.
Как-то в конце смены Юрка заговорщически посмотрел на Сергея, поманил в сторону. Сергей отошёл. Юрка предложил Сергею жить вместе на съёмной квартире. И Сергей сразу же согласился.
Юрка оказался соседом надёжным, хотя и несколько ветреным. Домой ездил редко – раз-два в год. Он признался как-то Сергею, что начал копить на комнату в пригороде Питера, но накопить не выходит. То одну «зайку» (девушку) подцепит, то другую. А зайки – они денег требуют. Так ничего и не копится, заключил Юрка.
Юркины зайки были то отделочницы из их бригады, то работницы Макдональдса, приехавшие из соседних областей.
Юрка с Сергеем в комнате в Гатчине прожили почти 5 лет. Юрка мог после получки, заранее договорившись с прорабом, на несколько дней исчезнуть, а потом опять появлялся. Однако, несмотря на свои загулы, Юрка всегда вовремя вносил свою долю аренды комнаты. Он всегда участвовал в пополнении общих запасов еды.
Говорить о нём как о человеке ненадёжном было нельзя. К тому же за это время они с Сергеем стали близкими друзьями. Юрка, если ему удавалось найти хорошую халтурку, всегда приглашал Сергея. Он был на пару лет младше Сергея и смотрел на него с непререкаемым авторитетом.
Сергей предложил Юрке поучаствовать в раскопках. Юрка согласился сразу же. Перспектива быстро заработать денег ему очень понравилась. Он рассказал, что у них в районе Твери (раньше – Калинин) тоже велись сильные бои, и там знакомые ребята занимаются подобным «бизнесом». Порой неплохо выходит заработать. Многие коллекционеры готовы платить приличные деньги за проржавевшие котелки и гильзы.
А один знакомый Юрки нашёл блиндаж, в котором был старый немецкий патефон. Так вот, на деньги, вырученные от продажи патефона, он купил комнату в Твери. А так пришлось бы несколько лет горбатиться на этот атрибут свободной от родителей жизни.
Но для такого дела двух человек мало, вот и стали они искать себе третьего компаньона. После долгих обсуждений они сошлись на кандидатуре Николая. Николай был в их бригаде шабашников каменщиком. Он был родом из села, из Тихвинского района Ленинградской области. В селе работы не было. Николай поступил в Тихвинский промышленно-технологический техникум, отучился там на сварщика и, не найдя постоянного достойного заработка в районном центре Тихвин, поехал покорять Северную столицу.
Потом, по рекомендации земляков, оказался в строительной бригаде шабашников, где работали Юрка и Сергей. Николай был крепким парнем. Службу после техникума отслужил в отдельной десантной бригаде на Дальнем Востоке. Ему не на что было рассчитывать. У мамки их было трое. И хотя семья была полная, отец рвением к труду не отличался и частенько закладывал за воротник. Так что никакого наследства ему особо не светило, кроме дома в четыре комнаты, на который претендентами были ещё две его сестры.