Михаил Талалай – Горькая истина. Записки и очерки (страница 30)

Благодаря генерал-адъютанту Безобразову[168], который был назначен руководить этой операцией на Стоходе, была спасена от истребления гвардейская кавалерия. Во время хода операций, из Ставки, то есть генералом Алексеевым, неоднократно рекомендовалось генералу Безобразову спешить кавалерию и бросить ее в бой, иными словами, тоже на убой. Генерал Безобразов, по своей натуре кавалериста, считал, может быть, что конница должна послужить для преследования разбитого противника, ибо считалось, что нет таких препятствий, которые не смогла бы преодолеть доблестная гвардейская пехота, то есть разбить противника и обратить его в бегство. Благодаря такому «кавалерийскому» сознанию генерала Безобразова гвардейский кавалерийский корпус понес всего лишь 168 человек убитыми и ранеными, сохранив кадры и дух мирного времени. Остатки пешей гвардии были отведены в тыл и было преступлено к новому их укомплектованию.

Но ко времени событий февраля 1917 года, которые одни называют теперь «бескровной революцией», а другие считают их всего лишь намеренно неусмиренным бунтом, Гвардии, с честью выполнившей одно из заданий — защита Отечества от врагов внешних, не предоставлена была возможность справиться с другим ее заданием в трагический момент нашей истории — послужить охраной особы Монарха и оплотом Императорского режима.

Наш юбилей[169]

Мы русские — какой восторг!

Стопятидесятилетнюю годовщину сформирования своего родного полка, в день Святого Архистратига Михаила и в день своего Полкового праздника 21/8 ноября 1961 года, достойно отметят господа офицеры Объединения Лейб-Гвардии Московского полка.

Событие это, на первый взгляд кажущееся нормальным звеном нашей эмигрантской жизни, когда отмечаются за границей многие исторические даты беглых событий, имевших место в пределах нашего отечества, а также и вне его, по своему существу представляется явлением совершенно необыкновенным, присущим, может быть, только нам одним, русским. В наш материалистический век, когда личная выгода является приматом всех жизненных интересов, небольшое общество однополчан, рассеянное на пяти континентах, празднует юбилей сформирования полка после 44-х лет с года расформирования его советской властью! Если этот срок в жизни государства и не представляет собой ничего особенного, то в жизни каждого человека он является решающим: на седьмом десятке цикл его земного существования начинает приходить к концу. И поразительно, что за эти долгие годы в сердцах Московцев не только не угасла любовь к своему полку, но на закате их жизни она жива, как никогда!

Тяжела была служба в мирное время, не говоря уже о войне, когда уделом каждого были физические лишения, ранения и даже смерть. Но в нашем полку, как и во всех Императорских полках, была служба Престолу и Отечеству с сознанием исполняемого и исполненного долга.

Когда расформирован был полк, прекратилась служба, рушилась карьера, общественное положение и всё казалось конченным — надо было в корне перестраиваться и по-иному организовывать свою жизнь. Но во время произошедшей Гражданской войны, когда Россия морально и физически была растоптана в грязь, уже была сделана первая попытка восстановления своего родного полка, как это было тогда сделано многими полками Императорской Гвардии и Армии.

Затем за рубежом было создано Объединение нашего Лейб-Гвардии Московского полка, своего рода кадр и всё с той же конечной целью восстановления полка, как только политическая обстановка в России, то есть крушение советской власти, это позволит. Десятилетиями, по несколько раз в год, постепенно старея, собирались Московцы во всех странах российского рассеяния, чтобы отмечать славные даты боев полка за Веру, Царя и Отечество, под Бородиным, когда полк отличился пред лицом всей Армии и получил георгиевские знамена; Горный Дубняк; Араб-Канак; деревня Тарнавка, когда 26 августа 1914 года, в годовщину Бородинского сражения, полк показал себя достойным чудо-богатырей 1812 года, взяв 42 германских орудия, подвиг исключительный, не повторенный нигде, ни в одной из воевавших армий войны 1914–1918 годов; ныне здравствуют два доблестных участника этого боя: председатель Объединения полка капитан Климович, Анатолий Феликсович[170] (Георгиевское оружие) и полковник Некрасов, Сергей Сергеевич (орден Святого Георгия 4-ой степени); с предельной доблестью гибельное сражение на реке Стоход, не говоря уже о менее упоминаемых многочисленных боях полка, данных во славу российского оружия и процветания нашей родины.

В регулярно издаваемых бюллетенях Объединения полка, а издано их было более полутора сотен, неизменно печаталось в каждом из них пожелания скорого возвращения на Родину и возможности формирования родного полка, чтобы вновь послужить Отечеству в его рядах! За традиционной братской трапезой поминались усопшие полковые товарищи, а затем поднимался бокал всё с теми же пожеланиями: возвращения на Родину и возможности сформирования Московского полка!..

Первые годы пребывания в эмиграции, когда Московцы были еще молоды, не сулили надежд ни на возвращение на родину, ни на перспективу формирования полка: мрак, объявший тогда народные сердца, еще только что начинал рассеиваться…

Но, по мере того, как шли годы, духовная и политическая конъюнктуры на нашей родине неуклонно стали меняться в направлении тех традиционных настроений, которыми всегда жили поколения Московцев. Для того, чтобы спасти свою неприемлемую человеческой натурой презренную власть от народного гнева, советская компартия вступила на путь еще невиданного в мире политического мошенничества, воскресив к жизни российскую народную гордость, отечественную тысячелетнюю историю и любовь к родине. Всё это было поругано коммунистами в начале революции и упразднено затем, как буржуазные, контрреволюционные предрассудки, что и вызвало немедленный отпор в виде появления белых армий.

Вспомним и наших однополчан, расстрелянных в начале большевизма за то лишь, что они посмели из побуждений любви к полку и отечеству тайно собраться, чтобы отметить день полкового праздника, как он отмечается Московцами и в текущем 1961 юбилейном году, и как он отмечался за все эти долгие годы на чужбине.

В наши дни, вынужденно выпущенный большевиками на волю российский патриотизм принял на нашей родине такие размеры, о которых не приходилось и мечтать нам в годы предшествовавшие революции, когда все патриотическое, национальное и русское хулилось, критиковалось и порицалось так называемой прогрессивной общественностью. Теперь выросли новые поколения, воспитанные в двух совершенно противоположных планах: в материалистическом коммунизме и в российском патриотизме, долженствующем подпирать шатающийся чуждый человеческой природе советский коммунизм.

И как это ни может показаться парадоксальным с первого взгляда, возможность формирования Московского полка, да и не только его одного, а и многих славных полков Императорской Армии, которые создали великую Российскую Империю, былой славе которой на свою погибель выучили советские главари поклоняться народившиеся поколения, эта возможность возрождения полка является как никогда более близкой и вероятной. А мы, Московцы, на старости лет так и не дождавшиеся столь желанного нами возвращения на нашу освобожденную родину, можем быть спокойны, как в сознании исполненного нами долга, так и в уверенности, что в сердцах бьющихся под советским мундиром, столь похожим теперь на нашу императорскую форму, не только нет препятствий к возрождению Российской Армии, но уже теплится тайная мечта стать преемниками ее славного прошлого, чтобы по примеру дедов и прадедов российских послужить верой и правдой нашему общему свободному отечеству.

Нас, ныне в рассеянии сущих, не забудут новые поколения Московцев, которые отдадут должное, как нашей преданной и бескорыстной любви к Полку, так и к нашей далекой, но и столь всегда бывшей нам близкой Родине.

Российская слава[171]

Слава Государю,

Пьем за полк, за службу,

За седое знамя,

И за нашу дружбу.

В годовщину Бородинского сражения, за которое Лейб-Гвардии Московский полк заслужил свое именование, 26 августа 1914 года ст. ст. верный традициям своих бородинских предков, полк еще раз покрыл себя неувядаемой славой в сражении при деревне Тарнавка.

Генерал Гальфтер, командовавший полком во время этого боя, такими словами обратился из Лондона 8 сентября 1939 года к рассеянным по всему свету Московцам:

«Прошло двадцать пять лет от тех дней, когда Лейб-Гвардии Московский полк совершил небывалый до того в военных летописях подвиг — с трех тысяч шагов, открытой лобовой атакой, захватил всю действующую артиллерию Германского корпуса Генерала Войрша и удержал ее за собой, отбивая в течении суток яростные контратаки, во много раз превосходившего числом, противника. Если не легко было взять с боя 42 легких и тяжелых орудий, то неизмеримо труднее было их удержать за собой. И, как ни славен подвиг взятия артиллерии полком в составе лишь двенадцати рот, еще славнее 24-х часовая защита всего захваченного у стойкого и доблестного противника, остатками этих рот, насчитывавших к концу боя 750 человек. Все неоднократные и упорные атаки его были отбиты. Много Московцев полегло в этом славнейшем из славных бою, но не напрасны были эти жертвы. Они решили участь Люблинской операции, и противник ушел за реку Сан. Вечная память и Слава всем на поле брани живот свой положившим за Веру, Царя и Отечество, за Юного Августейшего Шефа[172] и вековых традиций полка.