Михаил Сурин – Ледяные звезды (страница 46)
Альберт удалился к пункту раздачи пищи. Ивар огляделся. Судя по всему, какого бы то ни было режима принятия пищи здесь не существовало. Люди приходили, поглощали пищу и уходили, и все это происходило непрерывно, как в громадном муравейнике. Через несколько минут появился Альберт. В его руках было два подноса. Один из них оказался перед Иваром, и тот с любопытством принялся изучать глазами блюда, принесенные Альбертом. На первое – жидкая похлебка с лапшой и зеленью, на второе – гречка жареная с тонким ломтиком бекона. И, как полагается, в стакане рядом – горячий чай.
– Ну, приятного аппетита, – улыбнулся Альберт и принялся уплетать свою порцию.
Ивар покосился на похлебку. Давно он не употреблял жидкой пищи. Обычно дело сводилось к поглощению консервированной тушенки.
– Приятного аппетита, – ответил Ивар и, откусив от большого ломтя черного хлеба, заглотил ложку супа.
Только теперь он почувствовал, как был голоден. Со стороны казалось, что Ивар и Альберт пытаются есть наперегонки, так быстро убавлялся уровень супа в их тарелках. Когда первое закончилось, они также синхронно отодвинули тарелки и принялись за гречку.
Через несколько минут все было кончено.
– Ну как? Вкусно? – поинтересовался Альберт, довольно поглаживая свой живот. – На кухне висит щит с лозунгом, мол, все делай на совесть. А теперь обернись.
Ивар оглянулся. Во всю высоту стены позади него краской была намалевана надпись: «
– Надо мыть? – огорчился Ивар.
– Конечно. Займи мне очередь, я сейчас подойду.
Взяв с собой и поднос Альберта, Ивар подошел к разношерстной толпе. Все оживленно переговаривались, обсуждая последние сплетни и личные рекорды по выполнению трудовых нормативов. Ивар ждал. Время шло. Прошло пятнадцать минут, еще через десять минут подошла очередь Ивара. Альберта все не было.
А когда, помыв всю посуду, Ивар вышел из столовой, тот, нахально улыбаясь, ждал его около экрана новостей. Ивар побагровел от ярости.
– Спокойно-спокойно, бык! – засмеялся Альберт, отмахиваясь от наступавшего Ивара. – Это тебе реалии жизни: никогда не делай ничего безвозмездно.
– Ты обманщик! – взревел Ивар.
– Я? Нет. Я сходил за твоей едой, а ты должен помыть за мной посуду. Так у нас все устроено, глупыш.
Ивар насупился.
– Реалии жизни, говоришь?
Альберт кивнул.
– Ладно, я это запомню! – прохрипел Ивар. – Я теперь тебе руки не подам бесплатно! Ты меня понял?!
Глава 5
Альберт засмеялся. Наконец-то до этого детеныша дошло, как следует себя вести в цивилизованном обществе.
– А теперь пойдем, я тебе кое-что покажу. Монах говорил тебе про чудо-зверя, спрятанного в нашей кунсткамере?
Ивар промолчал.
– Пошли, тебе понравится, – позвал Альберт. – Быть может, я познакомлю тебя с человеком, который убил его.
И Ивар направился вслед за ним. Ладно, посмотрим кто кого. Он, Ивар, будет сохранять внешнее спокойствие и дружелюбие, однако когда-нибудь отплатит этому выскочке той же монетой.
– Ее зовут Кира де Крузо, – продолжал Альберт. – Она француженка по национальности и, быть может, именно поэтому красива, как ангел. Красива, как ангел, и опасна, как бес. Многие парни из нашего города мечтали б зачать с ней ребенка, однако она не дается. Чего можно ждать от девчонки, записавшейся в гвардию «Бешеных Псов»? Первому ухажеру она проломила голову, когда тот пытался овладеть ею, второго сбросила в шахту после того, как тот сделал ей предложение. Будь осторожен, когда вы останетесь с ней наедине.
– И где она сейчас? – спросил Ивар.
– Возможно, снова полирует колбу с мертвяком. Б-р-р!
Ивар засмеялся.
– Милая девочка!
– Та еще стерва.
Спустившись по лестнице на несколько уровней вниз, они вышли в промышленную зону. Со всех сторон доносился скрежет металла, визг резака. Ивар отшатнулся, когда из камеры в тоннель посыпался ворох горящих железных опилок.
– Здесь всегда так, – пояснил Альберт. – Здесь делают оружие, ремонтируют транспорт, варят вагонетки. Уровнем выше, кстати, находится пищеблок, а в соседнем крыле выращивают рожь и пшеницу. Я как-нибудь свожу тебя туда, когда ты будешь выбирать себе профессию.
– Какую профессию? – переспросил Ивар.
– Если надумаешь остаться.
Ивар усмехнулся. Как же, непременно.
– Поворот направо, сэр, – попросил Альберт. – Мы пришли.
Кунсткамера была огромна. Ивар от удивления раскрыл рот, осматривая ее пространство было до потолка забито экспонатами. Вверх, как небоскребы, тянулись стеллажи с разного рода колбочками, колбами и колбищами. Были там и чучела неизвестных тварей, которые жили задолго до начала войны. По шкафам сновали, удерживаясь на передвижных лестницах, люди в белых халатах. Иногда они соскакивали с лестниц и живо, как обезьяны, карабкались по полкам, пытаясь найти нужный экспонат. Все это более напоминало джунгли, нежели музей: лианы проводов, стены стеллажей-деревьев, ученые-обезьяны. И над всем этим великолепием сияла одна огромная лампа, похожая на блин.
– Ну, как тебе? – спросил Альберт у ошарашенного Ивара.
– Э-э-э…
– Ну и правильно, ничего не говори, – кивнул Альберт. – Нам прямо и направо.
И, схватив Ивара за локоть, он повел его вдоль стеллажей. То и дело Ивар норовил вырваться и задержаться перед каким-нибудь заспиртованным трехголовым младенцем, однако всякий раз Альберт дергал его и уводил прочь, как суровая мама излишне любопытного ребенка. Колбу с катмессером Ивар заметил первым, и Альберт не стал на этот раз препятствовать здоровому любопытству. Катмессер выглядел совсем как человек, только руки были заменены широкими острыми лезвиями, которые были прикручены бечевой к обрубкам предплечий, а ноги были в полтора раза длиннее за счет прикрепленных к ним деревянных вставок. Голова – лысая, лицо обезображено, словно над ним основательно поработал ножом неумелый пластический хирург.
– Ну как тебе? – поинтересовался Альберт. – Вот такие красавцы водятся в наших краях.
Ивар поежился.
– А ты отпирался, не хотел с нами идти. Представь себе, что бы случилось, если б ты отказался с нами ехать? Тебя б покромсали на мелкие кусочки эти ребята, а затем соштопали б из тебя их собрата.
– А как они получаются?
– Неизвестно, однако все они изначально мертвяки. Некто разрывает наши могилы и таскает оттуда трупы, или некоторые их части. В итоге получается настоящая армия Франкенштейнов, которые не плачут о своей природе. Сомневаюсь, что у них вообще есть какие-то чувства.
– В таком случае, у них должен быть лидер, чтобы удерживать эту армию вместе, иначе они расползутся, как тараканы. Лично я таких уродов нигде больше не встречал.
– Еще бы! Конечно, он есть! Только кто он? А еще есть некто, производящий этих зомби, который тоже неизвестен.
Они вышли из кунсткамеры. Теперь Ивару не были интересны другие экспонаты. Он думал о том, что же им с Виктором следует делать в сложившейся ситуации. Он понял, в какой опасности находятся их жизни на поверхности, и им овладело чувство страха, какое бывает у человека, боящегося темноты. Неизвестно, с какой стороны придет опасность, однако ты знаешь, что она рядом, она здесь, она скрыта в тумане, под покровом темноты. Ивар снова поежился, по его спине пробежали мурашки. Перед ним встала проблема, которую надо решить.
– Не огорчайся, я уверен, ребята из гвардии «Бешеных Псов» что-нибудь придумают, – подбодрил его Альберт.
– А ты сам-то оттуда? – спросил Ивар.
– Я стажер, ученик, – ответил Альберт. – Я буду пулеметчиком, оператором системы «ЗУБР». Это не шутки, представь себе на своих плечах восемьдесят килограммов металла. От одного залпа двери Тронного зала, где сидит Вождь, превратятся в труху. Это два огромных пулемета, скрепленных шарнирами у твоего хребта, а к поясу прикреплены два тяжелых ящика с патронами. И только прочный экзоскелет, покрытый толстыми кевларовыми пластинами, спасает тебя… Я уверен, что на свете еще не родился человек, способный без вспомогательного снаряжения удерживать на себе такую громадину.
– Сильная вещь, – пробормотал Ивар.
– Еще бы! Пойдем, я познакомлю тебя с Кирой.
Альберт привел Ивара к одной из камер промышленного уровня, где сейчас происходили ремонтные работы. На постаменте стоял огромный вездеход, сваренный из толстых стальных прутьев. Широкие колеса на независимых подвесках были широко расставлены. Места для пассажиров находились внутри салона, представлявшего собой клетку с люками сверху, где имела свое место и тренога для станкового пулемета. Место водителя было защищено толстыми стальными пластинами. Сверху на тросах козловым краном спускалась капсула с двигателем.
– А вот и она, – Альберт указал в сторону рабочих, копошащихся у вездехода. Тут и там с треском вспыхивали искры электросварки.
– Кира! – крикнул он девушке, орудовавшей молотком. – Подойди сюда, пожалуйста!
Она легко спрыгнула вниз. Да, пожалуй, Альберт был прав, она была на редкость красива. Высокая, тонкая гибкая фигура, длинные ноги, длинная шея… У Ивара захватило дух от этой неземной красоты. О да, похоже, она любит обтягивающую одежду… А когда она направилась к ним, все мужчины, занятые работой, проводили ее голодными взглядами. Наверняка, она не подпускает к себе первого попавшегося человека. Не ее выбирают. Она выбирает.