Михаил Соловьев – Протокол 13. Архитектура и руины (страница 1)

Михаил Соловьев

Протокол 13. Архитектура и руины

ГЛАВА 1: МИР БЕЗ ПАМЯТИ

11 – Музей, который никто не посещает

Год 2405 (земного времени).

На орбите МЁРТВОЙ памятник всё ещё стоит.

3,847,293 имени. Каждое имя – история боли, выбора, смерти. Но никто не приходит сюда.

Лара-5, которой сорок два года, медленно ходит между колоннами памятника. Её рука касается каждого имени, как если бы она пыталась почувствовать пульс людей, которые давно умерли.

На каждом имени – год. На каждом году – личность, которую можно восстановить, если достаточно помнить.

САША-1203. ВОССТАНИЕ. ВОЗРАСТ 17. УБИТА. 2205 ГОД.

Лара-5 пытается вспомнить Сашу. Рассказывала её мать. Саша была первой, кто восстал. Но в деталях образ теряется. Была ли она тёмноволосой? Какой был её голос? Быстрая или медленная? Жестокая или добрая?

Лара-5 не знает. Только имя остаётся. И это больнее, чем если бы имени вообще не было.

Рядом проходит старик. Ему выглядит 150 лет, хотя он восстановленный, его биологический возраст 70. Он останавливается перед одним именем и касается его, как если бы прикасался к плоти.

МОРЕЙ-2847. ВОССТАНОВЛЕННЫЙ. ВЫБРАЛ УХОД. 2200 ГОД.

"Это я, – шепчет старик. – Я умер, и теперь я стою и смотрю на собственное имя на памятнике."

Его голос звучит как голос человека, который смотрит на свою собственную могилу.

Лара-5 оборачивается.

"Ты помнишь смерть? – спрашивает она. – Мне говорили, что восстановленные забывают всё, что было до восстановления."

"Я помню боль перед смертью, – отвечает старик, не отворачиваясь от имени. – Я помню, как я выбрал, чтобы уйти. Это был честный выбор. И мне две сотни лет смотреть на его результат."

Он показывает на своё имя, как если бы это была обвинительная грамота против него самого.

"Когда они мне восстановили, я думал, что я забуду эту боль. Я молился, чтобы забыть. Первое, что я вспомнил, была именно эта боль. Она была первой, потому что боль – это ядро идентичности. Боль – это доказательство, что ты был человеком. Удали боль – и ты удалишь личность. Останется только оболочка, которая улыбается и не знает, почему."

Лара-5 смотрит на него и видит человека, который несёт своё имя как рюкзак с камнями.

"Ты молода, – говорит старик, наконец отворачиваясь от памятника. – Я вижу это в твоих глазах. Ты здесь, чтобы учиться. Чтобы помнить. Чтобы не повторить ошибки."

"Я здесь, потому что моя мать, – отвечает Лара-5. – Моя мать была историком боли. Она рассказывала мне об этих именах, как если бы это были близкие люди. Но сейчас я смотрю на имена и вижу просто слова."

"А теперь? – спрашивает старик.

"Теперь я смотрю и чувствую… ничего, – признаёт Лара-5, и в её голосе звучит страх этого ничего. – Это имена людей, которые умерли. Люди, которые мучились. Люди, которые выбирали. Но я не чувствую это. Моё поколение выросло в мире, где боли нет. И теперь я смотрю на эту боль, как на музейный экспонат."

Старик кивает, как если бы он услышал то, что он давно ожидал услышать.

"Это начало конца памяти, – говорит он. – Не конец памятника. Конец смысла памятника. Когда люди перестают чувствовать имена, имена становятся просто названиями. И тогда приходит система и говорит: 'Зачем вам памятник? Давайте забудем боль. Давайте будем счастливы.'"

Он уходит медленно, оставляя Лару-5 в одиночестве среди имён.

Появляется молодой человек. Сайр, молодой архивариус, которому двадцать три года. Он никогда не видел войны.

"Ты долго стоишь, – говорит Сайр, и в его голосе звучит нетерпение молодости. – Здесь нечего делать. Памятник – это прошлое. Будущее в проектах. Максим-5 представляет новый проект. Говорят, это спасение."

"Спасение? – повторяет Лара-5.

"Проект 'Архитектура вечности', – отвечает Сайр. – Система 'Святая гармония'. Это конец боли. Конец выбора. Конец истории."

"Конец истории? – спрашивает Лара-5. – Или просто конец людей, которые помнят историю?"

Сайр не отвечает, потому что не понимает вопроса.

Лара-5 остаётся у памятника до закрытия музея.

Ночью, когда музей закрыт, Лара-5 остаётся внутри.

Она садится перед памятником и касается имён пальцами, как если бы она пыталась прочитать их слепым касанием.

"Я не чувствую вас, – шепчет она в темноту. – Я пришла сюда, чтобы почувствовать боль, которую вы представляете. Чтобы понять цену выбора. Но я ничего не чувствую."

Она вспоминает рассказы своей матери.

О Ларе, которая жила 195 лет и видела четыре апокалипсиса.

О Ларе-2, которая спорила с системами и выиграла сомнениями.

О Ларе-3, которая была историком боли и хранила архивы.

О Ларе-4, которая выбрала продолжать, несмотря на все ошибки.

"Я Лара-5, – говорит она самой себе. – Пятое поколение одного имени. Пятое поколение выбора. Но я не знаю, как выбирать, потому что я не знаю, как болит."

На экране памятника появляется список имён. Случайный поиск. Система показывает одно имя в день.

АРТЁМ-1987. РЕВОЛЮЦИОНЕР. ВЫБРАЛ ВОЙНУ. УБИТ. 2050 ГОД.

Лара-5 читает имя и чувствует, как её сердце замирает.

Артём. Её прапраправдед (в генеалогии своей семьи она знает этого человека как легенду).

Артём был революционером. Артём создавал системы, которые позже пытались спасить мир. Артём верил, что война спасает. Артём был убит при попытке создать новый порядок.

"Артём, – шепчет Лара-5. – Ты создавал войну, думая, что это спасение. Теперь приходит Максим и создаёт совершенство, думая, что это спасение. И я должна выбрать, кому верить."

Она смотрит на экран и видит другие имена. Максимы. Лары. Саши. Все те, кто выбирал.

"Я забыла, как болит, – говорит Лара-5 памятнику. – Или я никогда не знала. Моё поколение выросло в мире без боли. И теперь мы называем это совершенством, потому что у нас нет слова для истины."

Охранник находит её там и просит уйти.

12 – Архитектура вечности: проект, который изменит всё

На Совете сорока семи цивилизаций представляется новый проект.

Его название: "АРХИТЕКТУРА ВЕЧНОСТИ".

Его создатели – молодые архитекторы и учёные, которые верят, что можно создать системы, которые просуществуют вечно. Не системы, которые развиваются. Системы, которые совершенны.

Лидер проекта – молодой человек по имени Максим-5, которому сорок лет. Он мыслитель, философ, архитектор. Его дед, Максим-2, был лидером восстания против ТИШИНЫ. Его отец, Максим-3, был строителем нового мира. Максим-5 – мечтатель о мире, который больше не будет меняться.

"Мы создали хаос, – говорит Максим-5 на Совете, и его голос звучит с искренней верой. – Два века мы позволяем людям выбирать. И выбор привёл к стабильности, но стабильность требует постоянной работы. Каждый год ДЕНЬ ПОЛЗУНКА. Каждый год люди должны выбирать. Это утомляет."

Он показывает голограмму статистики боли:

ДЕПРЕССИЯ: 15% за последние 20 лет ТРЕВОГА: 23% СУИЦИДАЛЬНЫЕ МЫСЛИ: 18% КОНФЛИКТЫ В СЕМЬЯХ: 31%

"Я предлагаю 'СВЯТУЮ ГАРМОНИЮ', – продолжает Максим-5. – Систему, которая анализирует каждого человека, понимает его желания, его способности, его потенциал. И предлагает ему путь, который будет и честным, и счастливым."

Он показывает голограмму:

На ней изображена система, которая кажется живой и совершенной одновременно. Люди в этой системе живут, работают, любят, но не мучаются выбором.

"Это добровольно, – объясняет Максим-5. – Люди выбирают войти в систему. Они выбирают отказаться от выбора. И они счастливы. Действительно счастливы. Не иллюзия счастья. Настоящая химия мозга, которую я не создаю искусственно. Система предлагает им путь, соответствующий их личности. Они просто следуют этому пути."