Михаил Соболев – Статуэтка. Сокровища чжурчжэней (страница 22)

Глаза закрываются. Засыпаю в пассажирском кресле.

– Просыпайся, – слышу команду. Открыв глаза, удивленно оглядываюсь вокруг. Автомобиль работает на холостых оборотах на обочине грунтовой дороги.

– Ань, ты где? – оглядываюсь. Никого. Выбираюсь из машины, кричу что есть сил: «Аня!!! Где ты? Я люблю тебя!!!».

Тайга не отвечает, деревья шумят, словно шепчутся о какой-то тайне.

Осознав, что не дождусь ответа, сажусь за руль и замираю. На передней панели лежит кулон от Дианы. Смотрю на него, как на змею, изготовившуюся к броску. Шаманка вернула то, что изъяла ранее. Беру кулон, выхожу с ним на дорогу. Беру камень, с силой опускаю на украшение, еще и еще, словно вымещая с каждым ударом злобу и горе. Слезы капают на пыльную дорогу. Ничего не могу сделать с ними. Фотографии и видео удалил еще в лесу, как просили хозяева. Деревянного обручального кольца на пальце нет. На шее амулет, подаренный Шаманом. Не помню дорогу, где нужно свернуть в лес, чтобы проехать к дому шаманов. Не помню дорогу туда, не знаю дорогу обратно.

«Видеорегистратор, – проносится в голове. – Должна остаться запись, как я ехал».

Едва шевелю регистратор, тот радостно пискает, сообщая, что подключился к питанию. Вспоминаю писк, когда подбирал попутчиков у остановки. Все встаёт на места. Шаманка, пока гружу багаж старика, заранее отключает его. В тот момент не придаю писку значения.

Нет доказательств, что состоялась встреча в лесу. Нет четкого понимания, что все, что случилось в эти дни, действительно произошло. Немного посидев, снова выхожу из машины, поднимаю расплющенный кулон, швыряю в лес. Камень убираю с дороги, чтобы не мешал другим водителям.

Сажусь за руль и еду по дороге, надеясь, что рано или поздно увижу людей или населенный пункт.

Ожидание оказалось недолгим.

Вдоль дороги увидел знак населенного пункта «Ауровка», удивленно смотрю на спидометр. Где наездил столько километров? Где свернул, чтобы найти путь к своему счастью? Не знаю. Если не знаю – значит, никто не узнает! Нельзя рассказать о том, чего не знаешь. Шаманка понимает это, усыпляя перед дорогой. Спасает меня, себя и наших детей.

Оставшуюся часть дороги до Арсеньева еду словно на автопилоте, вспоминая эпизоды прошедших дней. Ручные часы показывают, что прошло пять дней, как уехал в лес. Но ощущение, что прожил несколько месяцев.

На въезде в город, на КПП, машину останавливают, проверяют документы. Интересуюсь: «Что случилось?».

– План «Перехват», – устало отвечает ДПСник. – Ориентировка на угнанный автомобиль Pajero. Номера, как у вас.

– Странно, – говорю. – Я заявление не подавал. На рыбалку ездил в тайгу.

– Поехали в отделение, – говорит. – Там разберемся.

В отделении сижу час. Хорошо, что документы вожу с собой. А то бы повязали за угон. Ориентировка есть. Самого заявления не могут найти. Разобравшись, извинившись, отпускают. Дома разгружаю автомобиль, еду на стоянку.

– Привет, – улыбается охранник. – Давненько не ставил.

– На рыбалку ездил.

– Тут тебя спрашивали. Искали тебя, – шепчет доверительным тоном.

– Менты, что ли?

– Ага, – улыбается. – Что, натворил делов, небось?

– Да какие там дела, – отмахиваюсь, иду домой. Каждый шаг словно наваливает на плечи новую тяжесть.

Открыв дверь квартиры, осматриваюсь по сторонам, как будто вижу впервые.

В кармане рюкзака нахожу диктофон, включаю.

Вздрагиваю, услышав голоса Шамана и Шаманки.

– Надо записать слова, – решаю. Быстро записываю звуки удэгейского языка в блокнот.

Прошло несколько часов, прежде чем записал все звуки на бумагу. Глаза закрываются, спина болит от неудобной позы.

Прячу блокнот среди книг. Усталость наваливается с новой силой.

Вещи не разбираю, оставив на завтра. Мыться тоже не стал. Раздеваюсь, забираюсь в постель.

Закрываю глаза. Чудится запах лесной невесты. Представляю ее, мысленно шепчу: «Я люблю тебя, моя шаманка».

«Я люблю тебя, мой странник», – слышу в голове и проваливаюсь в глубокий сон.

– Дзугдилэ ингиэни (Он прибыл домой), – поворачивается Шаманка к деду и садится рядом. – Ути диоисини би, си кэйэни (Слушает мой и твой голос).

– Анчи одовандзафи кэйэни. Вакчаи ни вакчанаини (Уничтожим голос. Охотник идет на охоту), – говорит старик.

– Все идет, как предначертано, – кивает.

– Объект появился, – вспыхивает на экране сотового короткая СМСка. Жрец улыбается, шлёт сообщение: «Действуй. Вернулся».

«Все идет, как предначертано», – говорит в темноту.

Ничто не может изменить то, что предопределено.

Возвращение из тайги

Диана мчится по ночной дороге, сжимает до боли руль, так что белеют костяшки на руках. Еще бы. Короткое СМС от отца, что жертва вернулся домой. Бесит, что нужно сломя голову мчаться к нелюбимому человеку, и нельзя ослушаться воли отца, который в угоду своей мистической тайне заставляет делать то, что не хочется. Археологические изыскания, ритуалы и магические молитвы – навязаны и чужды с самого детства.

Всю сознательную жизнь девушка подчиняется железной воле отца, воспитываясь без матери. Лишенная в детстве материнской ласки, интуитивно ищет ее в окружающих, но натыкается на жесткость внешнего мира и маниакальность отца. Тот воспитывает ее, как бойца. Как разведчика для работы в глубоком тылу противника. Для войны сантименты не нужны. Все, что нужно для победы, должно применяться и использоваться. В том числе красота. Женское тело, как инструмент достижения целей, Диана осваивает в совершенстве. Специальный курс гейши. Япония. Искусство обольщения и подчинения мужчин оттачивает с определенной долей маниакальности – как быстро сломается очередная жертва. Для нее не представляет трудности привлечь мужчину, завоевать внимание, манипулировать им.

Профессор бросает вызов её способностям. При первой встрече молчаливо оценивает красоту, но не более. Не проводит взглядом, облизываясь или предаваясь сексуальным фантазиям. Диана приступает к другому варианту – разыгрывает сценку беспомощности в магазине, пристраивается в очередь, предлагает проводить до дома. С удивлением обнаруживает, что жертва искренне интересуется ее взглядами на жизнь, увлечениями, не клеится к ней. В квартире она действует по безотказной схеме – добавляет приворотное зелье в напиток. Наблюдает, как подавляется мужская воля. Как эмоции прорываются сквозь рациональность. Как бесится кровь от гормонального всплеска. Как расширяются зрачки, сбивается дыхание, как пытается сдержать себя.

Эликсир срабатывает безотказно, подсаживает на невидимый наркотик очередную жертву. Девушка с удивлением наблюдает, как жертва борется с приворотом. Профессор не звонит и не приходит, хотя ему сейчас плохо и тело требует разрядки. За то, что тот сопротивляется, юная жрица наказывает – дразнит ароматными запахами, обворожительными позами. Дарит кулон, предварительно проводит специальный ритуал подавления воли. Древняя магия и современная медицина, соединенные в одной голове, представляют страшную разрушительную силу.

Внедриться в «научную группу» Профессора не представляет сложностей. Компаньоны «текут» от любого многозначительного взгляда или прикосновения. Подчинить их своей воле оказывается делом простым, даже скучным. С лидером группы приходится возиться. Постоянно требует пристального внимания, словно кто-то подпитывает его волю извне. Все идёт по накатанной схеме, как и распланировал отец. Но система даёт сбой.

Объект выходит из-под контроля. Её контроля! Жрица впервые терпит поражение. Сталкивается с силой, более совершённой и могущественной. Сталкивается с достойным противником. Отец больше не ругается. Наоборот, внимательно изучает почерневший кулон, с помощью которого манипулировали Профессором, смотрит на свет, произносит заклятия, но усилия – напрасны. Противник – достойный. Значит, не она слабая, а силы неравные. Такое оправдание устраивает. Диана отправляется на остров Бали. Отдохнуть, подзагореть, помучить приезжих мужчин своей сексапильностью. Мужики теряют голову, трясутся от вожделения, пока девушка играет в дикую кошечку. В гостиничном номере роли меняются, и жрица без сожаления поглощает мужскую энергию, выкачивает из них силу и здоровье. Древний ритуал позволяет женщине быстро восстанавливать свою магическую энергию и молодость, правда, за счет разрушения мужской. Мужчины, ставшие жертвами, после возвращения домой обращаются к врачам, чувствуют, что словно постарели на десяток лет. Никак не могут связать упадок сил с сексом в гостиничном номере и полной отключкой после него.

Сеанс терапии прерывает СМС отца: «Объект появился».

Два слова, и закручиваются жернова.

Подробности перелета Бали – Владивосток Диана не помнит. Чартерные рейсы. В спешке купленные билеты по бешеной цене. Перелеты выматывают. Из аэропорта заскакивает домой. Садится в машину, мчится в Арсеньев. Перелет и недосып во время бурных сеансов терапии дают о себе знать. Ночь за окном, слепящие фары встречных машин раздражают. Глаза слипаются, машина несколько раз выезжает колесами на бровку. Останавливаться не хочется.

Проскочив автозаправку перед селом Анучино, машина едва вписывается в поворот, скользит по серпантину дороги. В свете фар девушка видит, что на нее мчится олень. От неожиданности дёргает руль вправо, чтобы избежать лобового столкновения, и замирает, оцепенев, осознавая, что машина на огромной скорости летит в темноту леса.