Михаил Соболев – Статуэтка. Чётки бессмертия (страница 17)
– Есть идея, – подаёт голос Хакер. – Но, боюсь, не потянем по ресурсам…
– Поделись-ка, не томи, юный гений, – обворожительно улыбается ему девушка. Аналитик, неожиданно для себя, нахмуривается.
– Человеку очень легко изменить внешность, – начинает смущенно компьютерщик. – Но ему тяжело или практически невозможно изменить свои характерные движения и походку.
– Поясни на примере, – поощрительно кивает Журналистка.
– Ну, например. Один идёт, припрыгивая. Второй – в развалочку. Третий – плечами подёргивает. Говорят, разведчиков учат это наблюдать, чтобы слежку обнаруживать или тайных шпионов.
– И? – начинает терять терпение Ловец. Ему не нравится, как многообещающе и призывно девушка смотрит на потенциального соперника.
– Можно сделать компьютерную программу распознавания образов и вычислить в толпе наш Объект, – быстро заканчивает компьютерщик.
– Если это легко, то почему у спецслужб такой программы нет? – строго спрашивает Аналитик.
– Может быть, есть какая-нибудь, засекреченная…
– А если бы у нас была такая программа, как бы смогли ею воспользоваться?
– Можно подключиться к камерам наблюдения в аэропортах и на вокзалах и вычислить наших беглецов.
– Где подвох? – уточняет Ловец, прикидывая варианты и возможности программы.
– Нужны новые «мозги», – робко вздыхает Хакер.
– Объясняй проще! – злится руководитель группы.
– Для обработки объемного изображения нужны компьютеры с очень высокой производительностью и накопители информации повышенной ёмкости.
– Проще можешь объяснить? – терпеливо уточняет девушка.
– Хорошо, – обреченно вздыхает Джига. – На моём компьютере можно за час обработать 1 час записи, в режиме реального времени. Чтобы просмотреть один день, программе потребуется 24 часа. А если будут работать 24 компьютера одновременно, то 1 день можно обработать сразу за 1 час. За сутки отследить 24 дня по одному объекту наблюдения. Например, запись с камеры точки контрольного пропуска в аэропорту или на таможне.
– А если докупить «мозги», то сможешь быстрее обрабатывать? – уточняет Ловец.
– Нет, нужно будет докупать ещё программное обеспечение, видеокарты, чтобы «расшарить компьютер», – вздыхает компьютерщик.
– Что сделать?
– Увеличить быстродействие, – быстро поправляется Хакер.
– А если купить пять или десять «расшаренных» компов?
– Можно взять под контроль основные объекты в режиме онлайн и даже начать отслеживать события прошлых дней.
– А если в программу забить поиск только троих наших подозреваемых? – спрашивает Журналистка.
– Программа будет работать ещё быстрее.
– А где подвох? – уточняет Аналитик.
– Нужен доступ к базам на таможне и в аэропортах. Там куратор ФСБ. Серьёзные ребята. Если не договоримся, то быстро накроют.
– Есть альтернативные варианты?
– Есть, но дорогие, – мечтательно вздыхает компьютерщик.
– Говори же уже, – хмурится девушка.
– Микроавтобус со встроенным компьютерным центром и точками выхода для подключения к кабелям. Часто в боевиках про супершпионов показывают. Миллионов за двадцать долларов одна машина, наверное…
– Таких денег не дадут, – хмыкает Ловец, о чём-то размышляя. – Сможешь сделать тестовую программу, чтобы продемонстрировать заказчику?
– Месяц надо повозиться, – бурчит Джига.
– А если поработать ударно, в ночную смену? – томно улыбается девушка, как бы невзначай, медленно раздвигая и сжимая обнаженные коленки.
– Не обещаю ничего, – бурчит компьютерщик, уткнувшись в монитор.
– В целом понятен план по поискам, – говорит сын Ворона, выслушав через несколько дней доклад Аналитика. – Предлагаешь вести поиск по трём направлениям?
– Да, Журналистка занимается обработкой туров Дианы. Изучает: куда ездила, маршруты, гостиницы, страны. Какие-то зацепки по маршрутам. Ведь прежде, чем куда-то выехать за рубеж, обычно присматриваются.
– Уверены, что она выехала за рубеж?
– Точно знаем. Пробили по базам. Последняя оплаченная поездка – тур по азиатским странам. Оформлены годовые и полугодовые визы в разные страны. Теоретически может быть в любой из стран, где оформлена виза.
– Но визу же нужно переоформлять?
– В некоторых странах, чтобы продлить визу, нужно на несколько часов переехать в соседнюю страну и, вернувшись, заплатить символический визовый сбор, чтобы жить в стране дальше. У кого есть деньги, это не проблема.
– Понятно. Хакер мониторит аэропорты Хабаровска и Владивостока?
– Да, – вздыхает Ловец. – Медленно идёт дело. Мощностей компьютерных не хватает.
– Идеи есть, как можно ускорить?
– Вертится в голове одна мысль, – признаётся Ловец. – Мне бы с профи по слежке поговорить. Со спецами в части походки человека. В общем, по невербалике.
– А зачем?
– Джига забил в компьютерную программу слишком много идентификационных параметров. Точность высокая, но скорость маленькая. Если вычленить характерные или «ключевые параметры», то скорость вырастет за счет небольшой погрешности.
– Понял задачу, – делает пометку в своём блокноте сын Ворона. – А ты на чём сконцентрирован?
– На Шамане и Шаманке, – вздыхает Ловец. – Они в Приморье. Это точно. Не знаю, как объяснить. Интуитивно чувствую, что никуда не уезжают. Живут где-то отшельниками. Мы, может быть, рядом десятки раз прошли. У нас нет ничего о них. Ни фото, ни звуков голоса, тем более видеозаписей. Не знаем, как выглядят. Как одеваются, решают бытовые вопросы. Если информация точная, то Профессор должен быть в Приморье. Найдём его – найдём и Шаманов.
– Как ищешь?
– Дедукцией попытаюсь. Только чувство неприятное есть. Если скажу, смеяться будете, уволите, к чертям собачьим.
– Говори, сейчас любая идея на счету.
– Иногда возникает ощущение, на уровне интуиции, что кто-то смотрит в спину, – бормочет Аналитик. – И это не те скрытые камеры в офисе. Камеры не беспокоят. Взгляд чувствую. Словно кто-то сквозь стены смотрит. Как экстрасенс, что ли…
– Вполне возможно, – кивает собеседник. – Эти люди обладают какими-то паранормальными способностями. Может быть, умеют делать то, что простому человеку недоступно. Видеть сквозь стены, например.
– Если это реальность, то они всегда будут знать, где мы застряли или куда идём.
– Будет это считать гипотезой с малой долей вероятности, – отмахивается сын Ворона. – Продолжайте поиски, как решили.
– Я нашёл его! – кричит Джига.
Прошло несколько недель, как ему поставили несколько дополнительных мощных компьютеров для обработки графических данных, и он усовершенствовал программу поиска.
– Кого? – хором спрашивают Ловец и Журналистка, бегут к компьютерщику.
– Профессора, – гордо отвечает Хакер.
– Уверен? – с сомнением бормочет девушка, разглядывая застывшее изображение на экране. На мониторе два изображения: видео Профессора, снятое группой наружного наблюдения (до его исчезновения), и видео из аэропорта Кневичи, снятое в зоне досмотра. Над изображениями надпись «Вероятность 98 %».
– Изменил внешность, – терпеливо объясняет Хакер, тайком заглядывая в вырез на женской груди. – Но походка не изменилась. Вот участок от эскалатора до зоны досмотра. Объект явно волнуется. Походка 100 % совпадает. Летит-то под чужим образом. Думает о том, как контролировать внешний облик, а то, что плечи ссутулились, как перед броском, и шаг стал пружинить – не замечает. Тело привыкло двигаться по-старому.
– Можем узнать, куда летел, под какой фамилией? – уточняет Аналитик, ощущая охотничий азарт.
– Уже узнал, – скромно тупит глаза Джига. – Рейс на Харбин. Болтунов Андрей Петрович. Проживает в городе Уссурийске. Есть паспортные данные. Известен адрес регистрации.
– Какой ты у нас молодец, – нежно целует программиста в щеку девушка, бесцеремонно вторгаясь в личное пространство, заставляя учащенно дышать. – Если бы могла наградить, то обязательно сделала бы. Но я же не начальник, да? Что я могу?