Михаил Смирнов – Журнал «Парус» №66, 2018 г. (страница 9)

над этим счастьем мудрые этруски,

и плакали откуда-то со дна,

куда я не стремился, но откуда

пришла строка о том, что «всё – она,

и всё – её серебряное чудо».

В густой траве сверкал стеклянный бок,

этруски обнимались после смерти, —

и каждый был хмелён и одинок,

и говорил: «Я не один. Не верьте».

КАК БУДТО

У жизни – козья морда,

а ты вполне хорош,

бедняга Квазимодо,

но сгинешь ни за грош.

Горгульи смотрят хмуро,

глядят со всех сторон

и веруют в натуру

бастардов и ворон,

желают навернуться

канатным плясунам,

а те свистят и гнутся,

взлетают к небесам —

обычные подонки.

Чудны Его дела!

Душа их, как пелёнки,

то смрадна, то бела.

Их ждёт внизу плясунья,

она им дорога,

на ней не шубка кунья,

не шёлк, не жемчуга.

Но что тебе-то, братец —

горбун, горгулий брат!

Есть лишь она и платьиц

волшебный аромат,

есть небо для влюблённых

и для любви – земля

и жемчуг обречённых —

пеньковая петля.

Пускай слюну и скалься,

мычи, шепчи, гляди,

скреби мохнатым пальцем

по впадине груди —

там сердце есть из мяса,

там небо и т.д.

И вот ты плачешь басом —

в Париже и везде.

Елена АЛЕКСАНДРЕНКО. Познать свою дорогу

***

Разорву паутину,

Сплетенную ложью и гневом.

Нарисую рябину

Под теплым безоблачным небом.

И найду те слова,

Что от слез прорастут в белом поле.

Может, тем и жива,

Что люблю одинокую волю.

ТИШЕ ВОДЫ, НИЖЕ ТРАВЫ…

Никакого мне дела нет

До пустой молвы…

Буду жить я тише воды,

Ниже травы.

Буду слышать лишь,

Как вода поёт,

Как трава растёт,

Как трепещет лист.