Михаил Смирнов – Журнал «Парус» №66, 2018 г. (страница 19)
Одной из кульминаций праздника стал торжественный вечер в научно-культурном центре, где выступили гости – поэты различных городов и весей, а также разных поколений. Впервые в данном мероприятии участвовали начинающие поэты – победители Слета молодых литераторов… По окончании официальной части праздника почетных гостей и болдинцев ожидала уникальная возможность увидеть балет «Кармен» на музыку Жоржа Бизе. Яркий костюмированный спектакль представил зрителям Государственный музыкальный театр им. И.М. Яушева Республики Мордовия.
Второй день праздника по традиции начался панихидой по Поэту в родовом храме Пушкиных. Затем в усадьбе музея поэты-гости возложили цветы к памятнику А.С. Пушкина. Этот момент я запомню навсегда. Дотоле хмурое болдинское небо именно в момент возложения нами цветов чудесным образом вдруг прояснилось и выглянуло яркое солнце, чтобы сопровождать праздник до его окончания. «Пушкин с нами», – подумала я, глядя на солнце.
После экскурсии по болдинскому дому-музею, перед которым растёт лиственница – ровесница Поэта, мы с удовольствием включились в интерактивную программу «На Пушкинском на дворе» с участием творческих коллективов. Также «участниками» этой программы были тающие во рту и столь любимые Поэтом яблочные пирожки и самые настоящие самовары. Мы поучились вязать банные веники, носить вёдра на коромысле, прилегли на соломе рядом с пушкинским Балдой, пофотографировались в окружении юных гусаров и барышень пушкинской эпохи…
А праздник тем временем набирал обороты! Пока в культурном центре шёл спектакль «Летучий корабль» для юных зрителей по мотивам русских народных сказок в постановке Арзамасского театра драмы, мы выступали на импровизированной сцене в роще Лучинник. Такие поэтические чтения под открытым небом – еще одна традиция праздника.
Эта роща известна, как излюбленное место прогулок Поэта. Сама атмосфера Лучинника настраивает на лиризм… Впрочем, не только на лиризм, поскольку в пушкинские дни в Лучиннике проводится ярмарка народных промыслов, по развитию которых Нижегородчина прочно удерживает первое место в России… Спросите, почему роща называется Лучинник? И коренные болдинцы расскажут вам историю, что, когда Пушкин был в Болдине, на конюшню привели сечь одного крестьянина, который порубил на лучины молоденькие деревца из этой рощи. Пушкин был добрым барином. Он отменил наказание, а крестьянам сказал: «Не губите рощу, она пока такая молодая, настоящий лучинник. А вырастет и будет вам подмогой…». Спасённые Пушкиным берёзы и липы уже в котором своём древесном поколении шумят здесь, храня заповедные целебные родники, веками питающие российскую столицу вдохновения – пушкинское Болдино.
Наши встречи
Алексей КОТОВ. «Пенсионная реформа» не должна расчеловечивать народ
– Всё, и даже больше, чем всё!
– Я считаю, что этот закон убьет страну, как убил СССР «сухой закон» Горбачева…
– Я в сортах хреноредьки не разбираюсь. Но хорошо помню, как тогда всё это происходило. Приехал на пару дней домой с турбазы (был в отпуске, отдыхал там) и пошел в магазин…
– Да. Но я не вижу ничего постыдного в том, что пошел в магазин за спиртным. Как выяснилось, водочный отдел магазина был закрыт – толпа покупателей недавно сломала решетку и прилавок. Ажиотажный спрос, так сказать… Очередь стояла за магазином и вела вверх, к задней двери с оконцем, по довольно высоким порожкам – человек поднимался над толпой едва ли не на два метра, приближаясь к заветному окошку. Перил не было – просто не успели подготовиться к ажиотажу. Потом покупатель с товаром шел по порожкам вниз, мимо тех, кто стоял в очереди. Не знаю, почему, но мне казалось, что всё это было похоже на дорогу на эшафот… Туда – обратно, и всё на виду. Там, наверху происходило что-то очень дурное, и человек, спустившись вниз, был уже другим. Знаете, что удивило меня больше всего?
– Не только. Больше всего меня удивило то, что в толпе были, если так можно выразиться, спрессованы самые
– Мало, но были. Талоны всегда было жаль терять. Дефицит всего был просто ужасающим. Тогда же появилась шуточка: мол, если в очереди стоит женщина, значит, ей некому отдать талон и можно смело с ней знакомиться.
– Не объединяла – сминала, перемешивала, превращала в однообразную толпу. У людей были одинаковые, серые и хмурые, лица. Стоя в этой проклятой очереди, нельзя было думать ни о чем… не знаю, как сказать… ну, ни о чем более-менее светлом, что ли…
Человеческий нравственный мир выравнивался по единой нижайшей планке. Всё раздражало, всё вызывало резкую ответную реакцию, но я не думаю, что люди понимали настоящую причину своего раздражения. Хотелось побыстрее закончить это кажущееся постыдным стояние в очереди и уйти. Помню, какой-то пьяный упал вниз с самой вершины ступенек… Повезло, как и любому пьяному, – не разбил голову. Он быстро встал и тут же, что-то крича, со злобой запустил в очередь бутылку пива. Та ударилась о стену и «взорвалась» над головами людей. Здоровенные мужики, облитые пивом, не тронулись с места и продолжали спокойно стоять. Никто не хотел связываться с пьяными дураками (у «пострадавшего» были дружки), и все боялись потерять свою очередь. Это был уже не народ, это был охлос. Но кто превратил людей в охлос, кто поставил их в эту проклятую очередь? Благие пожелания Михаила Сергеевича Горбачева. Мол, народ много пьет и ему нужно помочь. Здесь очень трудно не перейти на заурядный мат… Я понимаю желание «кремлевских мечтателей» принести благо своему народу, но я отлично понимаю и те причины, которые вызывают откровенную неприязнь к таким «мечтателям».
– Да, и сегодня я вижу ту же самую «очередь».
– Могу, это «талоны». В марте этого года мне дали пенсию – 9 600 рублей. Причем государство будет теперь тщательно следить за тем, чтобы я не подрабатывал и никаким другим образом не пытался поднять свой уровень жизни. Насколько я понимаю, это исключительная прерогатива Владимира Владимировича Путина. Поднимает «уровни» либо он лично, либо – никто. «Шаг влево, шаг вправо – побег, прыжок на месте – провокация». Так вот, «9 600» это и есть мой «талон». Он, как и любой другой, гарантия нищеты и унижения. Правда, очень скоро для очень многих людей этот «талон» станет еще дальше.
– Признаюсь честно, мне всегда «мешал» жить литературный труд. Он «дарил» мне минимум дохода при максимуме затрат. Но, опять-таки, если посчитать все действительно честно, то есть не так честно, как выгодно государству, а хотя бы нейтрально, то счет будет не в его пользу. При выходе на пенсию я взял расчетный период 1987–1992 год. Пять лет. В пенсионном фонде мне сказали: «У вас все хорошо, потому что коэффициент зарплаты – почти два». Иными словами, в те «расчетные» годы моя зарплата превышала среднюю в два раза. Смею вас уверить, что я был хорошим инженером. Сегодня средняя зарплата в моем городе (сайт «РИА») 34 000 рублей. Теперь умножьте эту зарплату на коэффициент «почти два» и на 0,33. Получим примерно двадцать тысяч. Мне дали вдвое меньше.
– Да, не так. Там еще есть чуть ли не дюжина коэффициентов, которые учитывают и другие годы работы. Но в чем моя вина? Да, я не вписался в «рыночный капитализм», но разве он страдал от недостатка инженеров-механиков? В 1993 году я с трудом нашел работу грузчика! Это пенсионные коэффициенты учитывают? Они учитывают то, что я учился в институте не на менеджера салона сотовой связи, а на инженера-механика? Простите за грубое сравнение, но с человека нужно и должно спрашивать то, чему он учился и чему присягал, а не всякую…
Я заговорил о средней зарплате в своем городе по одной простой причине: кто тянет за язык существующую власть говорить о ней вслух?.. Что, похвастаться хочется? Но за слова нужно платить иначе, они (простите) ни фига не стоят. Но снова и снова кричат вслух: у нас, мол, хорошая средняя зарплата, и тот, кто хочет работать, получает хорошие деньги.