Михаил Швынденков – Упавший (страница 15)

– Достаточно будет Ваше Сиятельство.

– Очень хорошо. Ваше Сиятельство, у меня есть перстни, которые остались после смерти отца. Вот смотрите, есть вот такие, ювелирные, и вот такие, с амулетной огранкой. Могу продать вам десять таких и десять таких, если за каждый вы дадите мне по двести золотых.

Я показал аристократу два перстня.

Хозяин лавки аж из-за прилавка выскочил:

– Как ты смеешь сбивать цену и переманивать покупателей.

Я приставил кинжал к его горлу.

– Ты куда, мразь, лезешь, когда аристократы разговаривают?

– Молодой человек, давайте поедем к нам в Совет, и там спокойно поговорим.

– Нет, Ваше Сиятельство. У меня жёсткое условие, мы поедем в банк и там совершим эту сделку.

– Это большая сумма, товар должен посмотреть наш ювелир!

– Я не против, просто привезите его в тот же банк.

Мы приехали по указанному адресу, и сидим, ждём. Работники банка косятся на нас. Я объяснил ситуацию и предложил напоить нас чаем. К чести работников банка, они это сделали.

Вот приехал аристократ, и с ним ювелир, небольшого роста сухонький старичок, но необычайно деятельный и подвижный. Я выложил перед ними десять перстней. Ювелир хватал то один, то другой. Разглядывал их через увеличительное стекло, капал на них какие-то жидкости, пытался поцарапать. При этом он постоянно выкрикивал: «Это что?» «Таких не бывает!».

Я просто сижу. Аристократ, поворачивается ко мне:

– Что скажете, молодой человек?

– Если Ваш специалист немедленно не успокоится, я, подниму цену до трёхсот за каждый.

– Почему?

– Ну, раз он говорит, что таких кристаллов не бывает, значит это большая редкость! Соответственно, они должны стоить дороже.

Господа сразу перестали суетиться и спорить.

– Выкладывайте!

– Здесь половина, оплатите сначала эти.

Аристократ выписал мне чек на две тысячи золотых, и я сразу же перевёл их на свой счёт. После этого выложил ещё десять перстней. Ювелир всё проверил, что-то бормоча под нос.

Мужчина подписал ещё один чек на две тысячи золотых, и я опять перевёл их на свой счёт.

– Молодой человек, а что это за камни.

– Я не специалист. Это всё получено за счёт наследства от отца, что это такое, никаких записей не было. Но я хочу сказать вам следующее. Ваш ювелир согласен с тем, что это очень редкие камни. Они отвечают всем требованиям к драгоценным камням: по цвету, по блеску и игре света. Даже по твёрдости и прочности соответствуют, их очень трудно поцарапать или разбить. Вы ведь взяли их на подарки? По моему мнению, такой подарок совсем не зазорно надеть на руку любому аристократу. Так что вряд ли вам стоит предъявлять мне претензии.

– Скажите, где вас найти?

– Зачем?

– Если нам ещё будут нужны такие изделия…

– Извините Ваше Сиятельство, но больше у меня нет.

– Возьму по триста золотых.

– Я же вам говорю, просто больше нет!

– Жаль!

Ещё два дня искали точки сбыта для досок. Все разговоры сводились к тому, что нас никто не знает, могут купить разово. Но говорить о постоянных поставках можно только с солидными поставщиками, которые могут что-то гарантировать.

– Богдан, по всему выходит, что нужно в столице создавать представительство баронства, и сделки заключать от имени владетеля баронства.

Поехали домой. Нас догоняет карета и десять всадников. Я вышел из кареты и поднял руку. Остановились, но для ответа из кареты никто не только не вышел, но даже и не выглянул. Один из всадников направил коня на меня.

– Чего тебе?

– Нас пять человек и все с оружием. Если мы поедем вместе с вами, то отряд станет сильнее. И вам лучше, и нам безопасней.

– Нет!

– Нет, так нет!

Они погнали, а мы лошадей не переутомляем. Тем более, что они у нас не лучшие. На обед мы заехали на постоялый двор возле дороги, а здесь стоит та карета. В обеденном зале встретились с пассажирами кареты, это маркиза с дочерью. Нам они не представлялись, просто трактирщик так сказал. Мы их опять пропустили вперёд, точнее, они выехали раньше. Теперь и нам нужно погонять коней, чтобы успеть до темноты на следующий постоялый двор.

Догнали мы их совсем не так, как хотелось бы, точнее, так не хотелось. На дороге шёл бой! Защищаются сопровождающие маркизы, нападает отряд из тридцати человек. Половина и с той стороны, и с этой уже убиты. Командует нападающими человек с визгливым голосом: «Тащите сюда этих сучек». Кто-то кричит нам:

– Катитесь отсюда! Вас это не касается.

Ответ неправильный! Если кто-то красивых женщин, аристократок называет сучками, то он не прав по определению. Понятно, что, не приняв участия в этой драке, вперёд нам не проехать. А на чьей стороне драться у меня сомнений нет. Начинаю бить плазмой. Амулета хватило на десять плазменных шаров. Мы уже приблизились, и я бью воздушным копьём. Визгливый весь обвешан амулетами защиты, три воздушных копья не пробили его защиту. Как же его угрохать? Ага, грохнуть, его надо грохнуть! Тогда я посылаю на него Торнадо средней силы. Воздушный вихрь, или смерч, закручивает этого типа и тащит его вверх. Когда его подняло так, что он визуально явно уменьшился в размерах, наверное, это было метров сто высоты, я отключил руну, и тело грохнулось на землю с этой высоты. Защита его не спасла, сразу умер. Из нападавших осталось только трое. И они бросились бежать. Воздушное копьё сбило их с ног, а мои воины их добил. Поверьте, я не маньяк-убийца, я очень мирный человек. Просто то, что творят некоторые аристократы в этом мире нужно выжигать калёным железом потому, что уверенные в своей безнаказанности они начинают творить просто чёрное зло. Глядя на них, и простолюдины, некоторые, если надеются на безнаказанность, теряют человеческий облик. Мое предыдущее общение с маркизой не вызывает симпатии к ней, но тот с визгливым голосом, это же просто мразь. Поэтому выбор, на чьей стороне быть – очевиден.

Смотрю на то, что осталось от защитников маркизы. Карета сломана. На ногах два воина, трое раненых, но живых. Подъезжаю, схожу с лошади и начинаю исцелять раненых. Очищение раны, малое исцеление, на каждую рану. Двое встали, третий жив, но имеет несколько переломов. Коней у них живых шесть. За деревьями ещё десяток лошадей. Мои собрали трофеи, навьючили на лошадей. Раненого и женщин посадили в нашу карету, сами верхом. Но я остался в карете, так сказать из принципа – это моя карета. Едем. Наступили сумерки. Я повесил светильник на левый передний угол кареты, и в карете подвесил над собой неяркий Светляк. Смотрю, а раненный тянет из сапога нож, и карета начинает останавливаться. Я бросаю на него Лёгкий паралич, а сам кричу:

– Богдан, тревога! – и выпрыгиваю из кареты.

А здесь уже звенят мечи. Сопровождающие маркизы напали на моих гвардейцев. Сразу паралич на каждого нападающего, а когда они валятся с лошадей, я ещё и пинаю ногами каждого в лицо.

– Суки!

– Маркиза соизвольте выйти сюда. Попробуйте мне внятно объяснить поведение ваших воинов.

– Как вы разговариваете!

С ненавистью смотрю ей в глаза. До дамы доходит, что она не в той ситуации, когда следует гонор показывать.

– Простите, нервы. Я не знаю, почему они напали на ваших воинов.

– А кто нападал на вас? Кто кричал «Тащите…» визгливым голосом.

– Это мой племянник.

– А куда вы собрались и куда вас везут?

– В наш замок.

– А где он находится?

– На севере от столицы.

– Да? А мы едем на восток.

– Как?

– Мы едем в город Предгорск. Я сын графини Михайловой. Получается, что ваша охрана вас похитила, а не освобождала?

– Нет! Моя охрана пыталась нас спасти. Они не могли меня предать! Племянник, он троюродный и, как человек, – полное дерьмо. Требовал женить его на моей дочери.

Мои бойцы связали парализованных воинов маркизы, после этого я снял паралич со старшего.

– Говори!

– Ваше Сиятельство, нас выследили, значит, среди нас был предатель, поэтому мы поехали кружным путём. Эти люди очень подозрительны, останавливали нас на дороге. Я решил, что они втираются в доверие.

– Развяжите их, – неожиданно заявляет маркиза.