Михаил Швынденков – Граф Рысин из горного графства (страница 10)

А на следующий день в Академии нас всех четверых вызвали в кабинет ректора. Кроме ректора и деканов наших факультетов там присутствовали ещё три господина, которых я не знал. Анюта сжала мою руку:

– Принц-наследник, – прошептала она мне в ухо.

Да, это серьёзно. Надо думать, что говорить.

– Молодые люди! Где вы были в прошлые выходные.

– В городе. Гуляли, посидели в кофейне, потом опять гуляли. Потом мне стало плохо, и меня привезли сюда, в лазарет Академии, – я решил отвечать сам, потому что бароны впали в ступор, а мне за девушку прятаться – это моветон.

– Молодой человек, я вам сейчас задам вопрос, и ваша жизнь зависит от того, насколько честно вы на него ответите. Понятно?

Я молча кивнул, куда уж понятней. Если они таким составом приехали сюда, значит, раскопали уже очень много всего, и врать сейчас будет глупо.

– На какое плетение вы истратили столько сил, что потеряли сознание?

– Монолит. Это из магии земли.

– Что ты врёшь? Там расход энергии был как у архимага. Ты с какого курса? – это взвился пожилой дядька.

Я вопросительно кивнул Анюте, и она прошептала:

– Королевский маг.

– Подождите, мэтр! А зачем вы применили такое плетение? – это снова принц меня спрашивает.

– Там площадка, на которой была принцесса, поехала в реку. Я не знал, как по-другому остановить этот процесс. Я ещё мало заклинаний знаю.

– Так с какого вы курса?

– Граф Рысин. Первый курс факультета магии земли.

– Какой первый курс, там энергии вложено не менее тысячи единиц. Первокурсник выдал столько энергии? У вас тут архимаги учатся на первом курсе? – королевский маг не успокаивается.

– Ответьте на вопрос Его Могущества, граф.

– У меня в кармане был накопитель на две тысячи единиц и он рассыпался, так что я вложил более двух тысяч единиц.

– Ха-ха-ха! У первого курса накопитель на две тысячи единиц. Конечно, он рассыпался, я ведь потребую его предъявить! Или может у вас ещё один есть, может на три тысячи есть?

– Нет, остался только вот этот, на полторы тысячи, только он не полностью заряжен, – и я достал из кармана большой кристалл синего аметиста.

У него две грани были частично сточены, в таком виде их площадь увеличивалась, и ёмкость накопителя возрастала.

Маг схватил мой накопитель с усмешкой на губах, но вот она сползла.

– Что скажете мэтр? – принцу вроде бы всё это даже интересно.

– Да, накопитель чуть больше, чем на полторы тысячи. Но это же бред, Ваше Высочество. Студент первого курса вкладывает в плетение две тысячи единиц, от чего у него рассыпается накопитель. Даже мои каналы такого не выдержат!

– Ваше Высочество, а вы помните разные истории про графа Рысина? – неожиданно к разговору подключается декан факультета целителей.

Это она помогала Анюте выводить меня из комы, ну, или из бессознательного состояния. Или, это ей Анюта помогала. Главное, она в теме, что тогда со мной произошло. А ещё это с ней я разговаривал при поступлении.

– Это тот легендарный маг, который погиб лет десять назад?

– Студент Рысин, его сын, и он в прошлые выходные выложился так, что мы его еле вернули в нормальное состояние. Магические каналы у него были сильно повреждены. Я вполне допускаю, что он прогнал через них более двух тысяч единиц магической энергии.

– Граф, а как вы узнали, что принцесса была на площадке? Какого цвета на ней было платье? – это подключился третий неизвестный мне мужчина.

Судя по тому, как прищурилась Анюта, это опасный тип. Значит, или из Тайной службы, или из Канцелярии Двора.

– Я не знаю принцессу в лицо. Мне Анюта сказал, что в этой группе есть принцесса Шарлотта.

Инициативу опять перехватил принц:

– Граф, как вы думаете, почему площадка поехала в реку?

– Трудно сказать. Пока все просто стояли на ней, и площадка стояла. Потом кто-то из молодых людей достал бутылку вина, и закричал, мол, кто выше прыгнет, тому два глотка. Все парни стали подпрыгивать. Пару раз подпрыгнули, и земля стала двигаться.

Принц тихо выругался. Тот въедливый тип стал быстро записывать.

– А у кого из них бутылка была в руках?

– На том молодом человеке была странная шапочка с четырьмя углами, а по фамилиям я никого из них не знаю.

– Это был маркиз фон Шроссель, – произнесла Анюта.

– Спасибо, графиня, – оказывается, принц знает Анюту.

– Граф, получается, что вы спасли мою сестру, как минимум, от купания в реке. Я должен вас отблагодарить. У вас есть пожелания на этот счёт?

– Ваше Высочество! У меня графство имеет границу с ханством Большого Озера. Мне нужно провести переговоры с ханом. Может быть, у вас есть человек, который может организовать такую встречу на нейтральной территории или на границе, например, возле нашего парома. Я бы этому человеку заплатил за услугу.

– Хм! Странная просьба. Я дам команду в Министерство политики. С вами свяжутся.

– Студенты, вы свободны.

Когда мы вышли из здания администрации, наш барон опустился на ближайшую скамью.

– Подождите, Ваши Сиятельства, что-то меня ноги не держат.

– Анюта, долбани по нему чем-нибудь успокаивающим.

Девушка запустила пару плетений, обязательно узнаю у неё, что это было. Барон Стрелков после этого встал на ноги, и мы пошли в учебные корпуса. Нас ведь прямо с занятий сюда вызвали.

С ханом всё закрутилось гораздо круче, чем я предполагал. Сначала меня нашёл представитель Министерства политики, потащил в своё Министерство, и там мне устроили натуральный допрос. Я всё объяснял и рассказывал кроме одного: категорически отказался говорить на тему, где же расположено месторождение соли.

В конце концов, это вышло на уровень межгосударственных отношений. Я там числился как представитель королевства Славского. Поскольку предприятие создаю я, то мне поручается представлять интересы королевства в этой сделке с ханством. Самого хана я так и не увидел. Все вопросы решались в его то ли посольстве, то ли представительстве в нашем королевстве. Но документы подписал хан, их к нему возили. Кроме согласия на совместное предприятие, хан брал на себя обязательства, что никто из его подданных не будет нападать на моё графство и соседние территории, грабить и забирать рабов.

Из ханства мне пригнали сто рабов. Это по их понятиям. А по моим понятиям это была толпа их двухсот тридцати человек, из них сто – это мужчины работоспособного возраста, восемьдесят шесть детей и сорок четыре женщины. Все взрослые подписали договора о том, что отработают в моём графстве десять лет за то, что я выкупил их из рабства. Поскольку уже начиналась холодная погода, я дал команду всех загнать в мой замок, и там приводить в порядок: лечить, откармливать, одеть, обуть. В зимние каникулы приеду, и буду ставить задачи. А сейчас мне самому нужно всё продумать, чтобы не пришлось метаться из-за того, что что-то не подготовил.

Сам себя так озадачил, что на меня даже Анюта обиделась. Девушка устроила мне не скандал, но разборку. Когда я ей всё объяснил, она приказала мне не маяться дурью, а сесть и написать план. Потом забрала план вместе со мной и представила это всё «пред светлые очи» её мамы. У маркизы, к слову, глаза тёмные, карие, впрочем, как и у её дочери.

Глава 8. Я планов наших люблю громадьё

В моём плане четыре основные позиции.

Добыча соли будет вестись в шахте, а строительство шахты будет производиться с использованием магии.

Работникам шахты нужно где-то жить, следовательно, нужно построить посёлок, или деревню.

Для вывоза соли нужны мешки и транспорт, то есть лошади и повозки, и для каравана нужна охрана.

Чтобы возить соль, нужны дороги: из моего графства сюда, в сторону Белого города, и от шахты в сторону степи, во владенья хана.

Если возить соль в княжество Приморское, то нужно построить мост вместо парома. Это будет пятая позиция, или задача, если её решать мне, что совсем не однозначно. Пусть строит тот, кому мост нужен.

Для решения главного вопроса, то есть строительства шахты, нужно провести разведку. В записях отца я нашёл очень нужные для меня руны, запланировал сделать себе амулеты с рунами. Все нужные плетения до зимних каникул я выучить не успею, а вот руны вписать в перстни должен успеть. И я заказал у ювелиров восемь перстней для частого ношения и два десятка совсем простеньких, это такие, которые я буду надевать на руки только по необходимости. Из больших кристаллов аметиста мне наделали накопителей, которые теперь нужно заряжать.

Мне нужны руны, позволяющие дробить камень в щебень и каменную соль в песок. В процессе дробления каменной соли в её монолите должен формироваться проход нужного мне сечения. Полученный щебень или песок нужно уметь перемещать. Благодаря таким возможностям, уже можно создать шахту и наполнить её дроблёной солью. А потом только вывозить её оттуда.

Кроме того я должен уметь выравнивать площадку или кусок дороги, задавать определённый профиль дороги и делать его твёрдым, это позволит повысить скорость перевозок и снизить их стоимость. А умение собирать часть щебня, или гравия, или песка в одном месте, придавать ему нужную форму и превращать в монолит, позволяет строить здания и мосты. Пусть грубо, топорно, но строить уже можно. И всё это – руны моего родного факультета магии земли. Вроде бы всё просто: взял нужные учебники и срисовал нужные руны.

И тут я столкнулся с тем, что никто не собирается давать эти руны первокурснику. Начинается песня о том, что «…только после изучения мер безопасности…», «…не торопитесь обгонять учебную программу».