Михаил Швынденков – Граф по принуждению (страница 19)

– Просто во вселенной всё повторяется. Миры разные, а мотивы поступков разумных одинаковые. Только в небольших анклавах могут быть сильные традиции, которые определяют действия всех разумных, живущих там. Кто не подчиняется традициям, тех из анклава изгоняют. А в развитом обществе, где миллиарды разумных, миром рулят эгоизм, жадность, стремление получить больше, чем ты имеешь и даже больше, чем ты достоин. Ведь каждый считает, что он-то достоин большего.

Такие разговоры закончились тем, что мэтр помог мне создать Жезл Чародея. Это амулет, который заслуживает названия артефакта. Правда, для его полной зарядки нужно очень много энергии. Я за время обучения в Мёртвом ущелье залил в него триста тысяч единиц энергии, и он ещё заряжен не полностью. Кроме Жезла Чародея мэтр научил меня создавать амулеты с вписанной руной Смерть Дракона, имеющие огромную разрушительную силу, и накладывать на себя Живую Защиту, которую не пробивает магия этого мира. Также он мне передал многое из целительской магии. Ведь чародеи по своему мировоззрению и первоначальному назначению были именно целителями большой силы и умения.

Нет! Не буду всё перечислять, читателю станет скучно. Скажу лишь, что я, как маг, теперь знаю многое такое, чего не знают архимаги этого мира. Нужно, конечно, кроме знаний ещё и навыки наработать.

– Мэтр, меня гложет любопытство. Вот прилетите вы в свои миры в ипостаси кристалла, или искусственного интеллекта, и как вы там будете жить?

– Граф, развитые миры, это не то, что вы можете себе представить. Достаточно мне получить тело какого-нибудь преступника, и попасть в медицинскую секцию космического корабля. Я переведу его в состояние биологической заготовки и внедрю свой разум. И я снова стану биологическим разумным.

Тут у меня сомнения. Не всё так просто. Когда этот архимаг перенесёт свой разум в тело преступника, то есть в «биологическую заготовку», что станет с этим кристаллом? Ведь до вселения архимага это был искусственный интеллект космического корабля. Он ощущал себя этим кораблём. Сейчас он ощущает себя самим архимагом. А кем он станет, после вселения разума архимага в ту «заготовку»? Интеллект и знания чародея уйдут из кристалла? А если нет, кем себя будет ощущать та часть разумного, что останется в кристалле? Или он собирается разум в кристалле стереть? Это, конечно, не моё дело, но вопросы «сверлят» мозг. Однако спрашивать его об этом я не рискну. Он дяденька взрослый, пусть сам и думает.

– Мэтр, значит, вам нужно будет купить медицинскую секцию для своего корабля? У вас есть для этого средства?

– Нет, граф, средств нет. У меня была коллекция артефактов, но они частью были уничтожены при аварии, а остальные были использованы при восстановлении корабля.

– Сколько вам нужно платины, чтобы купить такую секцию.

– Много, граф, в три раза больше, чем вы мне уже передали.

После очередной поездки на свидание с женой, я заехал на ту речку, где обнаружил платину, и перелопатил всю отмель с уже вымытыми самородками. В горе, на берегу этой речки, эхолот видел множество кусочков металла различной величины и формы. Большую часть представляли собой мелкие чешуйки, вроде снежинок. Они мелкие, но их очень много. «Чешуйки» я из реки тоже доставал, но мне нужен был металл для архимага, и я старался выбирать кусочки объёмные. Пусть это будут мелкие самородки, но, именно, самородки. А в «чешуйках» может быть большой процент окислов, их ещё перерабатывать нужно. То, что в горе, пусть останется для меня, если когда-нибудь понадобится, а металл с отмели отдам инопланетнику.

– Мэтр! Я привёз сто десять килограмм платины. Хватит вам на медицинскую секцию и усиление вашего корабля?

– Граф, мой долг перед вами становится неоплачиваемым…

– Вы не правы, мэтр. Как оказалось, на этой планете этот металл не такая редкость, как в ваших мирах. Может быть, его и тут немного, но просто его ещё не выбрали. Тогда, в качестве оплаты вашего долга, не раскрывайте никому координаты этой планеты, иначе сюда ринутся желающие заполучить этот металл. При этом для них жизнь аборигенов не значит ничего, и здесь будет уничтожена значительная часть населения. Если захотите, сами прилетайте, но чтобы никто другой об этом не знал.

– Я принимаю ваши условия граф Крафт.

– Мэтр, а как долго вы пробыли на этой планете?

– А зачем вам, граф, эта информация?

– Если это очень большой срок, то будьте осторожны, приближаясь к вашим мирам. Там могло многое поменяться.

– Я это учитываю, граф.

При приближении следующего сезона дождей, то есть зимы, архимаг-инопланетник улетел на своём странном корабле. Не стало той скалы в конце ущелья, а дом, стилизованный под деревенскую хату остался. На него наложена руна Нетления, и я решил, что буду её иногда подзаряжать. Пусть дом стоит. Пущу слух, что это моя собственность, а потом видно будет, что и как. Кстати, без архимага отпугивающее излучение исчезло, поэтому уже через год в этом ущелье развелось много всяческой живности, только крупные животные, типа лосей, сюда не заходили, слишком неудобные спуск в ущелье и подъем из него.

А я встретился со своими телохранителями в деревне охотников, и мы втроём поехали домой в Крафтград. Я решил перестать прятаться. Жена и дочь были на вершине счастья, когда я сказал, что больше без них никуда не поеду. Дочке чуть больше года, она пытается ходить и говорит первые слова.

– Барбара, ты за этот год в столице не бывала?

– А что мне там без тебя делать?

– Я просто думаю, в каком состоянии там наш дом?

– Я давала команду его подремонтировать.

– И сколько денег ты на это выделяла?

– Пятьдесят золотых. На эти деньги должны были отремонтировать все крыши, подворье.

– Сейчас я не готов, но нам нужно будет туда съездить. Возможно, мне скажут, что мне это запрещено, тогда сразу уедем обратно. Строго говоря, было сказано, что запрещается жить в столице. Но, приехать за покупками, это ведь не постоянно жить? А съездить нужно. Если уж у графов есть дом в столице, то хотя бы нужно знать, в каком он состоянии.

Жена и дочь повисли у меня на шее. Целовали меня и говорили, что они хотят поехать в столицу. Дочь это говорила своеобразно. На вопрос хочет ли она в столицу, помотала головой.

– А если с мамой и папой?

– Да!

Вот так и вышло, что, несмотря на запрет, мы едем в Барторград. С нами мои телохранители, а так же десять человек графских дружинников. Получилась довольно приличная кавалькада. Все наши дружинники экипированы одинаково и выглядят весьма внушительно. А мои телохранители одежду и снаряжение подбирают себе такие, что бы им было максимально удобно выполнять их функции телохранителей. Чтобы прикрыть эту одежду, похожую на костюмы наёмников, они все накинули сверху лёгкие плащи, отчего выглядят загадочно и мрачновато. Многие провожали нас долгими взглядами, пытаясь понять, что же это за странная команда. А гербы Крафтов на карете были небольшими, неброскими, да и мало кто их знал. Граф Крафт, первый муж Барбары, пропал четыре года назад, сама она почти никуда не выезжала, да и большим богатством похвастаться не могла, вот и не были на слуху её фамилия и герб. Моя женитьба на ней тоже не добавили популярности этому имени, так как я сменил имя, и меня нового почти никто не знал. В Магической Академии я никогда не кичился своим титулом, а про герб вообще не вспоминал.

Но спасло нас не то, что наш кортеж выглядел опасным, а то, что дружинники и телохранители службу несли, как положено, и передвигались мы с авангардом и арьергардом. Вот и получилось, что едущие значительно впереди разведчики обнаружили засаду. Они подали условный сигнал, ближайший к нашей карете телохранитель наклонился к окну кареты и произнёс:

– Засада!

Карета встала, и я накрыл её Живой Защитой. Это только название такое не очень понятное, на самом деле это очень мощная магическая защита из арсенала архимага-инопланетника. Впереди из леса вышли три лучника и три арбалетчика, все они выстрелили в нашу карету и скрылись в лесу. На поверхности защиты прогремели три взрыва и полыхнули три плазменные вспышки.

Наши защитники разделились: часть телохранители окружили нашу карету, а дружинники попытались преследовать нападавших. Но никого задержать не удалось. Нападавшие просочились через густой лес, а в ста метрах за густым лесом проходила лесная дорога и там их ждали лошади. Очень странная засада! Это совсем не грабители. Впечатление такое, что нас с женой хотели убить. Если бы в нашем отряде не было авангарда, то нападавшие ударили бы огненной магией по карете, которая двигалась по дороге, и, соответственно, на ней не было бы никакой защиты. А наши личные защитные амулеты с такой массированной атакой могли бы и не справиться.

Минут через двадцать, когда конюху удалось успокоить напуганных лошадей, мы продолжили путь.

– Мишель! Смотри, там что-то происходит!

Мы приказали остановиться и вышли из кареты. У обочины стояла группа людей. Здоровенный мужчина пинал ногами щуплого мальчишку лет двенадцати. Тот зажал голову руками и не сопротивлялся.

– Что здесь происходит? – я выступил вперёд, придерживая рукой жену, готовую броситься к ребёнку, несмотря на наносимые ему удары.

– Тебя не касается! – стоящий рядом господин, судя по одежде, состоятельный купец, процедил сквозь зубы.