Михаил Северный – Дрёмы Н.Е.Т. (страница 47)
Ниже пояса сталь не пошла, оставив гениталии живыми, как и ноги. Теперь приходилось тщательнее одеваться и носить перчатки, хорошо, что лицо не перекрасилось, иначе стало бы сложно ходить по улицам, хотя и осталось ему ходить совсем недолго, Сергеич это хорошо понимал. Копы уже наверняка напали на его след и оставили дома засаду. Туда возвращаться не стоит. Нужно было только выйти на след ублюдков в маске, но никто из допрашиваемых так ничего и не рассказал. Страшно не везло с ними, вряд ли они были принципиальными настолько, чтобы не выдать чужую тайну, когда из тебя конечности вырывают. Рука это могла. Кто-то обязательно расколется, нужно только решить проблему складирования.
Сергеевич отставил в сторону картонную коробку и вылез на корточках через образовавшийся проход. Дома ночевать опасно, а в Складских районах у Загрузки мало кто ходит, только мини-погрузчики ездят с вилами наперевес.
Отдохнул и хватит. Пора на поиски.
Сергеич потянулся, осмотрел правую ногу, стальной цвет еще не бросился ее покорять, хотя в районе бедра капелька появилась и зашагал в сторону центра.
***
Когда Складские районы сменились улицами уровня идти в открытую стало опаснее и Сергеевич натянул на голову капюшон и попробовал расслабиться. Быстрее заметят сгорбленного, оглядывающегося человека чем свободно шагающего веселого мужчину. Хорошо бы и капюшон не надевать, слиться с толпой, но это он не мог себе позволить - наверняка полицейские боты уже получили его фотографию.
Вверху летали таксисты и в основном служебные машины - день, люди все работают, фабрики стоять не будут. Фабрики. Конвейеры. Борман уже "доработался". Сергеевич заулыбался непроизвольно. Нет, жалеть он не будет. Не о ком там жалеть - все сделал правильно, только аккуратней нужно было и бабку на тот свет не тащить, но что сделано, то уже сделано. Поймать бы ту девку и можно уходить. Хотя... Рука намекает, что не обязательно на небеса. Можно и пожить еще.
- Куда прешь! - задумавшись он столкнулся со здоровяком в зеленой униформе, который спешил в противоположную сторону.
- Извините, - сказал Сергеевич, боли он не почувствовал от столкновения, совсем ничего не почувствовал, хотя столкнулись резко, только пошатнулся прохожий.
- Ты чего, пхаешься, больно же, - скривившись и держась за плечо здоровяк пошел мимо, решил не связываться.
"Никакой боли" - подумал Сергеевич, - Огромная сила. Что за имплантант они мне пришили? Но мне нравится."
Свод бесстрастно освещал улицы рабочего уровня, как всемогущее божество он взирал на мелькающих внизу муравьев и летающих стрекоз, но ни во что не вмешивался, даже если время от времени муравьи рвали друг друга на куски.
***
- Что?
Правая рука вдруг напряглась и сжала пальцы в кулак.
- Что? - Сергеевич остановился.
Он был уже рядом с заброшенной стройкой, там где допрашивал бандитов и прятал тела. Шел вдоль правого периметра, огражденного строительными лесами, еще поворот налево и его проход будет рядом. Где-то недалеко слышны разговоры.
- Что?
Рука сжала пальцы так сильно, что он побоялся как бы пальцы там всмятку не переломало. Хорошо, что боли он не чувствует совсем, но и плохо что рука живет своей жизнью иногда. Он повернул налево и зашагал к проему, там где всегда проникал на стройку.
- Ах ты!
Рука стукнула его по колену, вынуждая остановиться.
- Да отцепись!
Стоять на улице и лупить самого себя было не самой лучшей идеей. Сергеевич поковылял быстрее, подтягивая ушибленную ногу, рука попробовала ударить его в живот, но усилием воли остановить бешеную конечность удалось.
- Заглючило тебя что ли, железяка? Отдам на переработку!
Он нырнул в пролет и остановился, поняв как ошибался. Чертову железяку нужно было слушать. Стройка уже не казалась заброшенной. Но это и не строители вернулись. Даже не прищурившись он уже узнал кто это по специфической форме. А еще по розовому оружию в руках и солнечных зайчиков прицелов, которые облепили его с ног до головы. "Авкакинами" целятся - это Самооборона, бывшие коллеги сейчас направляли на него стволы, а один держал наготове "Мать".
- Так это Очканавт! Здорово Очканавт!
Сергеевич выдохнул и улыбнулся. Лишь бы своевольный протез не подвел именно сейчас, но рука слушалась безпрекословно. Кирка. Туповатый бык из учебки, но как он в тему сейчас здесь появился.
Кирка стоял в новенькой форме и улыбался. В правой руке фонарь с длинной ручкой, левой он машет широко как дебил улыбаясь. Но и без дебилов жить нельзя.
Сергеевич подходил и улыбался.
- Что за новая форма, чувак? При мне она не такая голубенькая была. А у тебя прямо с отливом. Это как понимать?
- Очканавты, ты на что намекаешь? Что с тобой?
Еще пару шагов и вот она яма. "Трое" - подумал Сергеевич, - Кирка посредине с мамой, двое по бокам с "Авакинами". Рядом зависла машина с фирменной эмблемой. Трое против одного. Делаем умное лицо и сваливаем, когда получится.
- Ничего,- Сергеевич протянул руку, - Здорово, что тут у вас!
- Привет, привет, - Кирка ответил на рукопожатие, помнится у него была мощная хватка, а рука горячая всегда, как в лихорадке - Да вот нашли поляну. Трупов целый склад. Вызываем полицию, пусть разбирается а нам бонусов натечет. Пусти ты чего...
Сергеевич и не заметил, что продолжает сжимать руку бывшего напарника своим протезом. И он опять перестал его слушаться.
- Пусти! Ты чего... Мне больно!
Кирка тряс рукой пытаясь освободиться, но не выходило. Лицо у него покраснело и сморщилось как у младенца.
- Эй! - крикнул один из самообороновцев и поднял "Авакин". Лучик прицела заскакал на левом виске Сергеевича и запрыгивал в глаз на мгновение слепя.
- Ай! - закричал Кирка и согнув колени, выкрутился вправо всем телом,
- Отпусти его!
И тут Сергеевичу в голову пришла мысль, да такая что даже рука, уже сломавшая пятерню бывшего коллеги на минуту остановилась, как будто задумалась.
- А у вас ведь есть база данных по всем местным группировкам?
Сергеевич с надеждой смотрел на ошарашенных самообороновцев, пока Хозяин не позвал его.
Фрозен вызывает такси
Фрозен смотрела на экран планшета пытаясь сосредоточиться на работе, когда в дверной проем залетела птица. Мелькнула мимо так быстро, что женщина не успела ее разглядеть, только ощущение воздушного потока на щеке и серая тень мелькнула на фоне витрин.
"Ой!" - охнула женщина и повернулась, стараясь ухватить полет взглядом, но не успела. Что бы это ни было - оно нырнуло в подвал, там где Шнур общается с людьми в белых халатах, там где проводятся совещания, там где разговаривают с посланцами от других группировок и где... может быть, ставят ужасные опыты. Фрозен это не касалось - она простой бухгалтер у местной мафии и больше ей знать ничего не нужно. И так много на себя берет. Много риска для одного человека.
Шум из подвала сбил ее с мысли и заставил обернуться. Что-то там происходило. Женщина решительно встала, но испугавшись своей наглости замедлилась и на цыпочках подошла к открытому проему.
Пищало животное, это был не человеческий голос - хирурги наверное опять резали там бедных тварей. Потом закричало еще одно животное, ближе, рядом, около проема и вдруг к нему присоединился мужской голос. Мужчина орал остервенев от боли, даже не пытаясь выдавить из себя ругательства - он просто орал и визжало животное, хлопали крылья, все это длилось не долго, но очень громко. А потом крики "Стой!", "Останови её!" и непрекращающийся человеческий вой. "Убей! Убей этого гада! Он мне лицо изуродовал!" "Ко мне!" - это другой голос более звонкий, молодой и тут из проема вылетела угольная мышь. Фрозен замерла, она была буквально в шаге от зверя и могла потрогать летучую тварь при желании. Угольная мышь зависла, как будто в нерешительности. Маленькая, черная, с длинными кожаными крыльями, которые она расправила на всю длину. Глаза маленькие, с ярко-красными как у робота зрачками и пасть, полная сотен мелких зубов.
"Ко мне!" - кричал голос, не переставая, а потом замолчал на секунду: "Дрема должен умереть!"
Мышь дернулась как от удара и Фрозен испугалась, что тварь сейчас закричит и яростно нападет, выдирая плоть уже из её груди, но тварь метнулась на выход. Быстро и резко, раз и нет уже её, а по ступенькам бежит окровавленное нечто.
Фрозен не сразу узнала пришельца, но вовремя отшатнулась в тень, избегая встречи с ним даже взглядом. Человек в одежде Шнура, ее нынешнего шефа, волочил за собой руку-щупальце. Лицо его было похоже на красный пирог, который хорошенько излупили ножом и скалкой для теста. Кровь текла вниз по подбородку, заливая одежду и орошая пол. Фрозен хотела что-то сказать, напомнить об аптечке в углу за витриной, но промолчала. Щупальце сжалось и разжалось, выбивая дверь вагончика, так что она улетела почти бесшумно. Щупальце ухватилось за косяк и втянуло тело на порог.
- ААА!! - заорал Шнур и выскочил наружу, оставив после себя только красную полосу на земле. Не успел он скрыться, как из подвала спотыкаясь выскочило двое в белых халатах. Карандаш и Самоделкин, так их шутливо называют. Спотыкаясь и толкаясь они выскочили наружу, чуть не столкнувшись в дверях.
"Нажимай тревожную кнопку!" - закричал Карандаш и пропал.
Фрозен вернулась к столу, чтобы активировать "тревожный режим". Эту комбинацию клавиш знали все, но использовать ее разрешали только в самом крайнем случае. Она не должна была даже знать этой комбинации - это секрет бойцов и важных членов банды, но Шнур лично показал и сто раз повторил "Не нажимай никогда! Только если я скажу или кто из наших! Потому что на этот сигнал сбегутся все трансморферы Уровня. Где бы они ни были. Чем бы ни занимались в эту минуту - они прибегут бросив все, чтобы вступить в бой. И надеюсь, что это не будет наш последний бой".