Михаил Серегин – Подарок девушки по вызову (страница 5)
— Ты знаешь Пашку Симонова? — на ходу спросил он.
Разумеется, Кропотин прекрасно знал Симонова. Симонов был одной из наиболее заметных фигур в охране «самого», то есть главы «Аякса» Мамуки Шалвовича Церетели. Правой рукой знаменитого кикбоксера, а теперь главы «секьюрити» фирмы, Станислава Перевийченко. Коллегой Свиридова.
— Вчера вечером он сказал мне… Мы немного посидели в ресторане вчера, он как с цепи сорвался, стопарик за стопариком… Так вот, он мне сказал, что у него положительный ВИЧ-тест.
— Что?
— Он болен СПИДом, вот что! — холодно проговорил Свиридов. — И самое жуткое, что он вовсе не какой-нибудь ловелас типа Ильи или даже меня.
У него жена.., любовницы нет. Только два раза, когда она уезжала, Пашка звонил в эту самую «Антонеллу» и вызывал себе…
— Кого вызывал-то? — с затаенной тревогой спросил Кропотин.
— Лерку, кого же еще! Но это еще не все, — продолжал Свиридов, не глядя на Кропотина. — Сегодня ночью Пашку убили. Вот так. Как по заказу. Скорее всего по заказу, потому что Пашкины мозги разлетелись по мостовой в радиусе трех метров.
Приличный «ствол». Может, все это никак не связано между собой, но все равно…
— А вы.., а ты.., тоже спал с этой… Лерой?
— А куда ж я денусь? — пожал плечами Влад. — Конечно! А ты, Димка, я помню, вообще без презерватива…
Кропотин похолодел.
— Значит, вы думаете… — начал было он, но Свиридов бесцеремонно перебил его:
— Я ничего не думаю, но нам немедленно надо сдать анализы на СПИД. Мне, тебе и Илье. Я уже звонил ему, и он предложил пройти эти тесты у твоего бывшего профессора, который преподает в мединституте.
— А как зовут-то этого профессора? — медленно выговорил Кропотин.
— Точно не помню, — ответил Влад и почесал в затылке, — кажется, Монахов.
Профессор Монахов в свое время преподавал у Кропотина, кажется, иммунологию. А может, и что другое, этого не знал и сам Дима, потому как на лекции ходил редко, а потом и вовсе вылетел.
Михаил Иннокентьевич Монахов был одним из известнейших врачей города. Он возглавлял знаменитый на весь регион иммунологический исследовательский центр, в который частенько приезжали поделиться опытом не только специалисты из Москвы и Санкт-Петербурга, но и из дальнего зарубежья — Западной Европы, Японии, Штатов, Израиля. Не далее как за месяц до описываемых событий приезжала даже делегация врачей из Южной Африки, из которых половина принадлежала, так сказать, к откровенно негроидной расе.
По совместительству профессор Монахов, как уже говорилось, читал лекции в медицинском университете. По утверждению большинства студентов, более лояльного преподавателя — особенно на экзамене — трудно было и пожелать. Снисходительность и терпимость к студентам, даже откровенно нерадивым, — вообще отличительная черта больших ученых, каковым в принципе без всякой натяжки можно было назвать профессора Монахова.
Илья Свиридов был знаком с ним потому, что тот консультировал модельное агентство, в котором работал Илья, по ряду медицинских вопросов.
В учреждении, возглавляемом Монаховым, имелась лучшая в регионе лаборатория ВИЧ-тестов.
Именно туда, по совету Ильи, и направились Кропотин, Влад Свиридов и сам Илья.
— Приходите за результатами послезавтра, — сказал пожилой врач в старом белом халате и с позолоченной ручкой в пальцах левой руки. Ручка мелькала в пальцах с необычайной быстротой, и Дима никак не мог оторвать от нее завороженного взгляда.
— И что, — негромко проговорил Илья, косясь на неспешно удаляющегося по коридору эскулапа, — нам так и ходить два дня в подвешенном состоянии?
— Не хочешь ходить — ползай, — незамедлительно парировал Влад. — По-моему, ты именно так и собираешься сделать.
— Вот именно! — безапелляционным и капризным тоном заявил Илья. — Что нам мешает пойти сегодня вечером в клуб; где обычно тусуется эта мымра, и совместить, так сказать, приятное с полезным: и отвязаться влегкую, и провести разъяснительно-воспитательную беседу.
— Какую мымру? — спросил Дима.
— А все ту же.., по чьей милости я, то есть мы, торчим здесь, как последние идиоты!
— Как предпоследние, — поправил его Владимир, — последними мы будем в случае, если у нас обнаружат.., сам понимаешь, в общем. А что касается разъяснительно-воспитательной беседы с Валеркой, то вместо нее гражданин Перевийченко с тобой проведет такую беседу, что еще месяца два после нее будешь только ходить и молча открывать рот, чтобы не дай бог что-нибудь этакое не ляпнуть. Разве что я за тебя словечко замолвлю.
Он подозрительно посмотрел на младшего брата и втянул ноздрями воздух.
— Уже успел?
— Да подумаешь, два пива только, — пожал плечами тот, проводя рукой по бледному лицу. — Тут поневоле запьешь!
Глава 2НОЧНОЙ КЛУБ «ПОЛИШИНЕЛЬ»: НЕ ЗАПИРАЙТЕСЬ В ЖЕНСКОМ ТУАЛЕТЕ
Несмотря на то, что на следующий день, двадцать первого июня, у Ильи были назначены важные съемки для какого-то журнала, где он должен был участвовать в показе новой коллекции мужской одежды, он решил на ночь пойти в «Полишинель», один из самых престижных и достаточно дорогих ночных клубов города. Владимир сначала отговаривал его, но потом принял точку зрения брата.
— Быть может, нам и терять-то нечего, — зловеще произнес он.
Кропотин, конечно, ни за что не пошел бы в такое заведение по собственной инициативе, но если приглашали друзья, то отказываться было просто грех.
…Темно-зеленая «Ауди» Влада Свиридова плавно вырулила на залитую светом четырех мощных фонарей стоянку перед ночным клубом «Полишинель», принадлежавшим не кому-нибудь, а президенту «Аякса» господину Церетели.
На стоянке уже стояло несколько навороченных авто, и среди этих «Мерседесов», «Ауди» и двух однотипных и одноцветных джипов демократично притулилась парочка скромных «Жигулей» и ядовито-желтый «запор» между не менее ужасающей раздолбанной «копейкой» и, разумеется, каноническим напарником «Запорожца» во всех дорожно-транспортных происшествиях — черным «шестисотым»
«Мерседесом».
Дверь машины распахнулась, и на свет божий показалась свежевыбритая физиономия Ильи.
Он внимательно осмотрелся по сторонам, чиркнул взглядом по не обратившему на него ни малейшего внимания столповидному телохранителю и только после этого решительно зашагал к переливающемуся всеми цветами и оттенками радуги неоновому великолепию парадного входа «Полишинеля», откровенно рисуясь своими стильно обтягивающими черными кожаными брюками.
За развязно вышагивающим Ильей, который уже изрядно подготовился к ночной жизни, достав через знакомых немного кокаина и приведя себя с его помощью в экстатическо-эйфорическое состояние, шли еще двое. Мрачно улыбающийся Владимир в строгих брюках, белой рубашке и жилетке. Спокойный и словно бы равнодушный. И Кропотин.
На входе они задержались не больше минуты и прошли в просторный зал, заполненный примерно наполовину. Илья потребовал меню, хотя через минуту им и так принесли бы его без всяких предупреждений, и, получив искомую красную папочку, тут же уставился в замечательный прейскурант. Кропотин последовал его примеру.
Первоначально он ужаснулся, потому что перепутал две колонки цифр, в первой из которых указывался вес предлагаемого продукта в граммах, а во второй — стоимость. Хорошо еще, что в рублях! Сначала он подумал, что семьдесят пять граммов коктейля «Веселый Роджер light» стоят сто пятьдесят рублей. Сколько же нужно заплатить, чтобы получить не облегченную, а полноценную версию этого напитка, подумал Дима.
В то же время Влад Свиридов индифферентно ткнул в строчку меню, на которой был поименован коктейль с жизнеутверждающим названием «Оргазм». У него не возникло никаких сомнений по поводу размера порции и цены, потому как перепутать их было достаточно сложно.
Двести граммов этого милого коктейля стоили ровно столько же рублей — двести.
— Вот это! — сказал он. — Надеюсь, что от этого оргазма никакой милой «венеры» и прочей ВИЧ-инфекции не воспоследует.
Кропотин заказал тот самый коктейль «Веселый Роджер», но не «Лайт», а «стронг». Это оказался ром с какими-то безалкогольными ингредиентами и, по всей видимости, мартини.
Владимир грустно улыбнулся, глядя на озадаченное лицо друга своего брата — и тут он увидел Леру.
Еще не погас верхний свет и не началось световое дансинг-шоу на сцене, поэтому уже одно то, что удалось зафиксировать ее местонахождение в зале, дорогого стоило. С началом ночной программы разглядеть в помещении клуба что-либо вне сцены было бы затруднительно — недаром Мамука Церетели хвастался, что в его заведении находится лучшее лазерное шоу города и наиболее совершенный комплект аудиоаппаратуры.
Валерия сидела на галерее, представлявшей собой нечто вроде усеченного до трехметровой полоски вдоль стен второго этажа. Ее столик находился неподалеку от лестницы, посредством которой и происходило сообщение между первым и вторым этажами.
Напротив Леры развалился на стуле плотный мускулистый парень с широким внушительным лицом профессионального боксера и цепким взглядом. В нем Влад тут же признал одного из амбалов церетелиевской службы безопасности, одного из своих подчиненных, и даже вспомнил, что его зовут точно так же, как абонированную им девушку, то есть Валера, но все называют его Винни-Пухом, или сокращенно Винни.
— Нет, меда он не любит. Фамилия у него такая — Винников, — пояснил Свиридов. — Хотя в гости по утрам, думается, ходил. Особенно в пору своей рэкетирской молодости.