Михаил Седов – Писарь канцелярии XVIII века (страница 7)

– Он практиковался, – выдохнул он. – Запольский. Он привык писать стальным пером, которое не требует изменения нажима. Но для подделки почерка статс-секретаря Теплова ему нужно было использовать гусиное перо, как и положено по статусу. Он учился им работать. Учился имитировать живой нажим. И в большинстве случаев у него получалось. Он контролировал себя. Но иногда… в самых незначительных, второстепенных местах… его привычка брала верх.

Он взял третий лист – короткую приписку на полях, сделанную, очевидно, в спешке. И там, в самом конце, в малозначительном слове «прошение», он нашел то, что искал. Крохотная, едва заметная литера «е». Ее верхний элемент был продавлен в бумагу с силой, не свойственной скорописи. Это была не элегантная ошибка каллиграфа, а грубый промах гравера, слишком сильно ударившего резцом по доске. Это был тот самый шрам. Тот самый отпечаток пальца, оставленный на месте преступления.

– Нашел, – сказал он тихо, но в его голосе звучал триумф. – Коллежский асессор Запольский. Это он. Я готов поклясться на Евангелии.

Он поднял на Анну сияющие глаза. Впервые за эти страшные сутки он почувствовал не страх и не отчаяние, а уверенность. Он снова был не жертвой, а мастером своего дела. Он прочитал бумагу, и бумага сказала ему правду.

Анна смотрела на него с невольным восхищением. Она не понимала и половины его объяснений про нажимы и перья, но она видела результат. В этом тихом, измученном человеке жила невероятная сила – сила знания, способная разглядеть истину там, где другие видели лишь черные значки на белом листе.

– Хорошо, – сказала она после долгой паузы, возвращая их обоих на землю. – У нас есть имя. Но Петербург – большой город. Как нам найти этого Запольского, не попавшись в руки стражи?

Вопрос был трезвым и своевременным. Алексей нахмурился. Его талант заканчивался там, где начинались реальные улицы, патрули и шпики. Он мог найти человека на бумаге, но не в лабиринте городских переулков.

– Я не знаю, – признался он честно. – Нужно узнать, где он служит, где живет… Но любой запрос в адресном столе – это ловушка.

– Где служит, мы и так знаем – Межевая канцелярия, – практично заметила Анна. – Но являться туда – самоубийство. Нужно искать его в другом месте. Там, где он не ждет опасности.

Она взяла в руки листы, которые он изучал, и ее взгляд был уже не восхищенным, а цепким и внимательным. Она смотрела не на почерк, а на содержание.

– Тяжба за землю… – пробормотала она. – Долгое, дорогое дело. А вы сказали, он тщеславен. Такие люди часто живут не по средствам. Им всегда нужны деньги.

– Деньги, – повторил Алексей, и мысль, запущенная Анной, начала работать в новом направлении. – Человек, способный на такую подделку, сделает это не из любви к искусству. Ему заплатили. Или… заставили. Шантажом.

– А лучший способ заставить человека делать то, чего он не хочет, – это долги, – подхватила Анна. – Особенно карточные.

И тут Алексей вспомнил еще одну деталь, на которую не обратил внимания. На обороте одного из прошений Запольского были какие-то расчеты, сделанные наспех карандашом. Небрежные столбики цифр, зачеркивания. Тогда он счел это неважным. Теперь же он перевернул лист. Цифры были странными: 3, 7, туз… штосс… банк… Он не был знатоком, но даже ему было ясно – это расчеты карточной игры.

– Он игрок, – сказал Алексей. – Заядлый.

Анна кивнула, и в ее глазах блеснул огонек азарта, но иного рода – азарта охотницы, напавшей на след.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.