Михаил Щукин – Рассказы о мире Нэстэ (страница 10)

– Ты можешь назвать цвет крыльев и описать узор на них? – Процокала помрачневшая Нэстэ.

Вместо ответа, на освещенный костром участок вытоптанной земли выскочила толпа молодняка величиной с палец. Они закружились выстраиваясь в цепочку. Потом цепочка закрутилась выстраивая линии.

Девочки за спиной Нэстэ тихо выдохнули, разглядывая знакомый узор.

– Коричневый и черный. – Вместо зависшей коробочки перевела Нэстэ серию отрывистых щелчков.

– Сколько?

– Трое приближаются к границе территории внешнего улья Ланскри. Ещё семь стоят как вы, с огнём уже третий круг там где горькая вода встречается с чистой.

– Десятка. – Вздохнула Нэстэ. – Три разведчика, остальные встали лагерем на реке.

– Ты знаешь, где этот место?

– Здесь только одна крупная река. В её устье я бывала всего один раз. Пешим переходом дней пять ходу до границы территории ульев. – Сморщилась Нэстэ. – Шнатлии быть может на день-два быстрее меня пройдут. Так что завтра разведчиков модно ожидать на границе леса.

– Ты хочешь сказать, они идут прямиком к нам?

– Улей Ланскри самый маленький в этих лесах. Молодая матка, только начала его строить. – Вздохнула Нэстэ. – Он очень неудачно расположен, на удалении от всех основных троп ринсли. Им ведь известно, что я здесь в качестве охотника на тварей. При общем поиске, логичнее было бы начать с более крупных ульев или тех, кто расположен ближе к Расколу.

Дарина сосредоточенно проследила, как те же малютки перестроились в линии карты местности. Нэстэ невозмутимо продемонстрировала сказанное ранее травинкой, стараясь не задеть малышей.

– При таком раскладе они действительно точно знают, где мы находимся. Откуда же они идут?

Живая карта снова зашевелилась. Из травы высыпала ещё одна кучка молодняка, начав достраивать местность в нужном направлении.

– Я им в прошлый раз показывала принципы построения схем и абрисов местности. – Пояснила Нэстэ. – Иначе мне бы было не разобраться в объяснениях кластров. С расстояниями только совсем беда. У ринсли нет аналогов нашим линейным определениям.

– Тьфу, на тебя. – Дарина с досадой отмахнулась. – Опять отчёт переделывать. Но подожди, это где же тот переход?

– В горах. – Ещё более мрачно определилась Нэстэ. – Они тащатся от него уже не менее двух недель. Так далеко ринсли только свои глаза отправляют. Сплошное наблюдение заканчивается как раз на той самой реке.

– Глаза?

– Тоже Эрлины. Но немного измененные. Специально выращенный молодняк. Их выкармливают так, чтобы потом они могли питаться и подножным кормом. Основное назначение – сбор визуальной информации. Движутся в заданном направлении и сбрасывают все, что видят через цепочку эльринов, специализирующихся на сохранении знаний.

– Это как же?

– Ульи не могут путешествовать. – По-своему поняла вопрос Нэстэ. – Вы уже знаете, что общение для них сильно ограничено. А у маток, да и у кластеров, все-таки есть любопытство. Плюс ко всему, их запоминающие все время нуждаются в поступлении информации. Иначе могут потерять свои функции.

– Я не о том. Это же очень далеко за пределами улья. – Указала Дарина на карту.

– Они не особенно церемонятся с границами соседних племён. – Пожала плечами Нэстэ. – Но вот что делать со шнатлиями?

– Я выйду на экстренную связь с базой.

– Это конечно надо сделать. Но помощь сюда подойти не успеет. Было бы вообще неплохо остановить разведчиков на границе леса.

– Не поняла. Нэстэ, ты собираешься с ними драться? Опять!

Та проказливо улыбнулась. Чем сразу напомнила подростка, каким появилась в гекате. Сёстры и сами с удовольствием принимали участие в её проделках. Но сейчас вроде и интересно, что там опять придумала Нэстэ, и боязно. Шесть гекатесс против тройки опытных разведчиков шнатлий, это уже перебор.

– Ланскри, это действительно те, о ком я говорила. Очень плохие разумные. – Снова ожил электронный переводчик, когда Нэстэ повернулась к терпеливо ожидающей матке.

– Они не друзья тебе?

– Нет. Они идут меня убивать.

– Убивать, это плохо. Ты не сможешь передать знания сменяющей тебя.

– Э-э-? – Заикнулась Дарина.

– Они передают свой опыт специально выращенной наследнице, когда приходит время. Что-то вроде перезаписи самой себя – Отмахнулась Нэстэ. – Да, Ланскри. Мне тоже это не нравится. Сменщицу я для себя еще не готовила.

– Надо спешить, если есть угроза гибели, сменщица должна быть всегда рядом.

Нэстэ поперхнулась. Девушки сзади тихо захихикали.

– Я подожду. – Не без усилия придумала она ответ. – Я молодая. Мне еще рано заводить приходящую вместо меня.

– Так значит, эти чужаки не находятся под твоей защитой? – Спокойно вернулась к насущной проблеме матка. Свое мнение она высказала. А настаивать на нем для ринсли было признаком неуважения.

– Нет. И я их сюда не звала.

– И я могу разрешить молодняку пошалить с ними?

Дарина со все возрастающим удивлением слушала странный разговор. Объяснить его трудностями перевода становилось сложно. Матка улья на своей территории даже не император. Для всех своих подчиненных она почти что бог. Но что значит "пошалить" в применении к шнатлиям?

Нэстэ поднялась со своего места и довольно долго о чем-то обенивалась щелчками с маткой улья в стороне. Щелчковая речь и жесты были хорошо видны. Но пресловутый электронный переводчик снова завис.

– Я не поняла, она что, у тебя спрашивает разрешения на начало боевых действий? – Выпалила она вопрос сразу, как гостья удалилась и Нэстэ снова устроилась у костра.

– Ну да. Я как бы поручилась за вас. И теперь в этом лесу вы вроде под моей защитой.

– А если мы что-то натворим? – Дарина, как остальные, привычно отметили для себя оговорку сестры. Получалось, что Нэстэ тут воспринимается чем-то вроде матки, имеющей как минимум полномочия для определения подобной защиты.

– Тогда вы перестанете быть под моей защитой. – Нэстэ беспечно пожала плечами. – Забыла? Чтобы выполнять работу охотника, мне тут был нужен доступ в улья. А для ринсли это очень много значит.

– Значит, у рабочих все-таки есть эмоции и пакостят они не просто так?

– У рабочих есть назначение. Исполнение его сродни нашему удовольствию или удовлетворению от выполненной работы. – Возразила Нэстэ. – Я уже говорила как-то об этом. Но рабочие не шалят в нашем понимании. Это защитная функция любого улья, которую исполняют другие эльрины. Их можно назвать защитниками или боевыми ринсли. И у них очень много функций.

– Ты хочешь сказать, мы с ними ещё не сталкивались? – Усомнилась Дарина.

– Помнишь, как Анса со своей пятеркой оказались почти голыми?

– Ещё бы! Они ещё и без оружия были. Даже на ножах ржавчина оказалась. А ведь они вроде как нержавеющие.

– Ну вот, значит, ты имеешь представление о возможностях защитников улья. Я предупреждала, что в ту часть озёра нельзя заходить даже по берегу. Там плантации ринарии особого вида, с пыльцой для будущих маток.

– А в остальных случаях значит, нас не трогают по твоему поручительству?

– Ну да. В каждом улье куча защитников. Причем они сильно отличаются от обычных ринсли своим видом. Некоторые совсем не похожи на кузнечиков. И все они сейчас как бы, не удел. Соседей трогать нельзя, если те не нарушают границ. Мы тоже вроде как неприкосновенные. Предназначение защитников не реализуется. А для них исполнение предназначения является аналогом наших положительных эмоций.

– Скука и чувство ненужности. – Задумалась Дарина.

– А тут эти шнатлии нарисовались. Бедные!

– Кто? Ринсли?

– Шнатлии. – Нэстэ со всей серьезностью посмотрела на недоумевающую Дарину. – На них же вся эта свора навалится. Еще и с соседних ульев добавятся.

– Ну, убить не убьют. А нервы потреплют. А у Шнатлий нервы тоже не из стали. Только с разведчиками нам придётся все-таки подстраховать ринсли. Кто этих шнатлий разберет, что они там с собой притащили на транспортной платформе.

– Щиты к лагерю не пропустят посторонних. – Заметила Дарина.

– Щиты четвёртого и выше уровня нет. А третий пройти ринсли вполне смогут, если будут знать, как это делать.

– А они знают?

– Ну, я объяснила. – Отвела взгляд Нэстэ.

– Так вот что вы там обсуждали! Ты ввела в их язык термины, которых до сих пор там не было. То-то переводчик до сих пор так жалобно щелкает.

– За то теперь ринсли знают, как преодолеть щиты в лагере шнатлий.

– Ри нас прибьет. – Уныло протянула Ильсана. – Причем прямо на этом сеансе связи.