Михаил Щукин – Рассказы о мире Майи (страница 3)

Страшные годы осады, под щитом едва живого генератора силового поля оказались для брата с сестрой самыми счастливыми. На дворе они появлялись редко и по крайней необходимости. Там распоряжались рабы хозяина. Как бывшие, так и те, кто рассчитывал на свободу. Пока из-под щита деваться им всем было некуда. Некоторые из защитников хозяйского имущества даже стали «нормально» относится к маленьким Асса-анши. Нет, презрение во взгляде никуда не делось. Но количество пинков и подзатыльников резко уменьшилось. И даже разговаривали нормально. Особенно когда мама согласилась заменить погибшего повара и начала на кухне готовить на всех, кто вынужден был теперь делить с ними щит.

Не имея друзей, брат с сестрой предпочитали оставаться внутри хозяйского дома. В господские комнаты они наведывались, конечно, только с мамой, помогая ей в уборке. Но ведь было ещё множество пустующих комнат для слуг и коридоры. Дворовые жили снаружи и сюда никогда не заходили. Нечем было поживиться в загородном доме после отъезда хозяина. Так что дети могли провести здесь целые дни и никого не встретить. А ещё, здесь была библиотека и визиофон. Прибор не ловил передач. Из-за близко возникшего Раскола, это было невозможно. Но в библиотеке хранились многочисленные кристаллы с видеозаписями. Мама в первую очередь показала, как им пользоваться. И дети с удовольствием просиживали перед экраном все свободное время. Они отлично понимали, что такую роскошь у них могут отобрать в любой момент. А ещё тут были планшеты и книги. Последние, становились самым главным, когда на старенький генератор силового поля запускался на полную мощность. А происходило это часто.

По вечерам, к ним присоединялась мама. Она сама читала вслух им сказки, рассказывала разные вычитанные истории. Но самым интересным с мамой были игры. Кто первым угадает, сколько будет два плюс два или кто быстрее вспомнит с прошлого вечера как звучит «дом» на языке серпентинидов и даже сложит целую фразу, пусть и на языке хозяев. А кто быстрее и больше выучит слов на новом языке. Всеобщий не особенно требовался рабам. Но не уступать же младшей сестре в такой мелочи.

Сама мама обучалась грамоте иначе. Хозяину требовались образованные служанки, способные читать те же сказки для его детей. Ну, или сходить на рынок там, в магазин тот же сопроводить хозяйку. Маму учили с помощью угроз и наказаний. Но сказок она знала много. И теперь с удовольствием их рассказывала своим детям.

Это было самое любимое время. И Рриссан с Ланши полюбили учиться на столько, что и днём с удовольствием продолжали вечерние игры. Тем более, что мама вечером могла выступить арбитром в их спорах. В общем, им нравилось учиться. И делали они это вплоть до того момента, как генератор наконец не выдержал и щит прекратил своё существование.

Рриссан вместе с сестрой и матерью столкнулись с тварями прямо на кухне, расположенной в полуподвале. Кухонный нож да сковородки не лучшее оружие против обезумевших животных. Но к счастью к ним отступили и уцелевшие дворовые.

Как они вышили в те часы, пока регулярные войска не зачистили на время поселение Рриссан и сам бы не вспомнил. Было много суеты, стрельба и крики. Он помнил что несколько раз нанес удары по оскаленным мордам. Иногда попадал. Рядом взвизгивала Ланши, вооруженной кухонной утварью. Ее гулкие удары глухим звоном перерывали на мгновение весь шум. А еще рядом стояло трое из дворовых рабов. Они вспышками выстрелов из огнестрелов освещали все происходящее вокруг. Когда один из них упал, огнестрел схватила мама. Рриссан хотел ей помочь. Но один из уцелевших рабов цикнул на него:

– Мелочь держи, не отвлекайся. Девчонка пусть заряды достает и подает матери. Да не тяните.

Мелкая живность действительно наседала. Попасть из огнестрела в такую тварь было трудно. А скопившись, они могли и взрослого человека загрызть.

Сколько они так держались в кухне Рриссан не смог бы сказать. Он плохо помнил и дорогу в город.

Хозяин не очень обрадовался уцелевшим беженцам из загородного дома. В перенаселенном городе и так приходилось платить за каждого раба проживающего в доме. А тут ещё пять взрослых рабов, не считая бесполезных детей Асса-анши.

Тогда-то мама их отозвала в сторонку. По ее словам выходило, что где-то есть империя, там не просто объявили о запрете рабства, такое бывало и в окраинных мирах.

– Понимаете, говорят тамошний император издал закон, по которому на территории империи отказались признавать право собственности на разумных вообще. То есть всякий, кто пересечёт их границу, считается беженцем и будет считаться свободным и даже больше, А решившим принять гражданство империи Арден, тем позволяют поселился в пограничных провинциях, помогают с жильем и работой.

– Мам, ты до сих пор веришь в сказки? – Скептически скривился Рриассан. – Кто будет помогать беглым рабам?

– Не просто так они помогают нам, сынок. Гражданство даётся только через пять лет проживания в указанном империей месте. А селят их в наиболее пострадавших от Волн провинциях, где не хватает поселенцев. Да и после получения гражданства переехать в более благополучные провинции будет непросто. Деньги ведь с неба не падают. Но зато мы будем свободными.

– Ты хочешь сбежать?

– А что нас здесь ждёт? Вы умения умненькие. Вон как выучились по книжкам и видеозаписям. А кому это тут надо? Хозяин поселил нас во дворе под навесом. За нас троих он платит городу так же как за взрослых рабов. Думаю, погонит он нас обратно в загородный дом сразу как разрешат городские власти. А там без щита мы недолго протянем.

– Нас быстро выловят. – Угрюмо заметила Линша.

– Да. «Асса-анши без ошейника, значит беглый раб». – Горько усмехнулась мать. – Бежать с тем, чтобы скитаться в окраинных мирах глупо. Поймают и вернут. Да ещё и поиграются по дороге. Не дай Единый людям в руки попадемся. Только обрезанием волос не отделаемся. Но понимаете, Переход до границы с одной из провинций империи Арден есть в нашем городе. Я выяснила, они уже не один раз помогали городу во время Волны. И переход действует постоянно. Если выйти в ночь, у нас будет шанс добраться до него. А там как-нибудь.

Они прошли в ту же ночь. Если говорить более определённо, то прокрались, по тёмным улочкам города, прошмыгнули через освещенные даже в эти тяжёлые времена проспекты, избежали даже не тварей, во множестве селившихся в темных уголках города после каждого прорыва, а местных жителей криминального толка и добропорядочных граждан. А в переход они просто пробежали.

Сначала крепко стиснув зубы от страха, с невозмутимым видом пристроились за какой- то семьей свободных беженцев, идущих на поселение из ещё более дальних миров. Они постарались быть как можно ближе к ним, чтобы чужие подумали, будто они их рабы. Даже помогли той семье немного с вещами. А когда подошла очередь, резко рванули вперёд.

Они так намозолили глаза скучающим рубежникам, что те не успели среагировать. И спасительная дымка Перехода приняла их троицу одновременно.

Но с другой стороны так хорошо не получилось. Там оказалось хорошо обустроенное закрытое помещение. Переход вывел их прямо в громадный зал, в конце которого находились столы и непонятное оборудование, через которое выходили те, кто прошел на эту сторону перед ними.

– Эй, вы куда несетесь? Чуть с ног не сбили. – Заорал на них военный в незнакомой форме.

По-видимому, офицер. Он действительно стоял на пути и они едва не налетели на него.

Не успела мама открыть рот, как Переход выплюнул сразу двух бойцов из охраны покинутого государства. Оба были при оружии и в очень плохом настроении. Два бойца, вроде как лениво стоявших в стороне, тут же выдвинулись вперёд, доставая оружие и как-то непонятно выставляя свободную руку перед собой.

Видно поняв, что ворвавшиеся противники не представляют угрозы, замерли и вроде как расслабились.

– Вот вы где! Недалеко же вам удалось сбежать! Капитан, надеюсь это недоразумение мы можем решить между собой? Могу вас заверить, что виновные, допустившие такое нарушение будут строго наказаны.

– Бывает, Сенешал. – Кивнул офицер. – Но к чему столько беспокойства? У нас нет наказания за незаконное нарушение границы, в отличие от вас. Если иннера прошла сюда ошибочно, мы бы её и так проводили до обратного Перехода.

– Беглое имущество. – Презрительно скривилась губы офицер кашьяти. К сожалению, их хозяином является очень влиятельный гражданин города.

Второй рубежник уже приблизился к прижимающей к себе детей женщине и зло осмотрел всю троицу. Рриссан узнал того рубежника, мимо которого они проскочили. Не удивительно, что он настолько зол. Офицер не спустит ему такой проступок.

Пока два офицера договаривались между собой, рубежник не сдержался и протянул руку к пока ещё недлинной косе прижавшейся к матери девочки с силой сначала защемил, а потом и оборвал несколько волосков.

Вскрикнув Лишана судорожно дернулась в попытке отодвинуться от мужчины. Коса мотнулась по спине, её кончик мазнул по рукаву грязной куртки, добавляя на ткань несколько кровавых полосок.

Риссан, чувствуя как глухое отчаяние передаётся от матери, торопливо задвинул сестру подальше от охранника и зло сдал кулаки.

Никто из них не обратил внимания, как небрежная улыбка слетела с лица офицера. А два бойца снова напряглись.