Михаил Савич – «Первый». Том 8. Часть 5 (страница 50)

— Не об этом сейчас нужно с девочкой, дорогая. Дай я. Милая Франсин, не пора ли тебе открыть двери? В Лос-Анджелесе уже спокойно и армия навела порядок.

— Нет, папа, нет, мама, так уже один раз было. А что получилось?

— Но не сидеть же тебе там взаперти целую вечность?

Ждать, что Карл Маркс скажет. А вдруг его убили?

— Такие, мама, не умирают.

Вот когда он придёт за мной или позвонит — тогда всё будет хорошо.

–——–

— Конь! Не спи!

— Я — Морской всадник.

— Да хоть …. Где Кавторанг?

— Отдыхает. Тебе зачем?

— Тревога. Капитан ему пишет, а тот не отвечает.

— Вышел он. К семье и поспать пару часов.

— Нашёл время. Пиши ему срочно, а я Михалычу.

— Твою ж…. Что писать-то? Куда? Как? В реал? Горит что-то? Пожар?

— Мы горим. Нас преследует кто-то. Не разобрать. Флаг чёрный. Весёлый Роджер! Не получилось тайком из Дальнего вырваться. Проследили или продал кто-то.

— Догнали? Кто? Большой корабль? Фрегат?

— Нет. Фелука, но быстрая. Без труда и не под всеми парусами держится в пределах видимости. Вызывай срочно.

— Зачем? Не пойму, от слова совсем. Фелука раза в три меньше нас.

— Не зли меня. Пиши в реал. Это загонщик. Связь здесь мгновенная и морские карты через скрины послать не сложно. К обеду они нас догонят, окружат и скопом атакуют, а у нас под завязку грузы в ящиках и бочках, а оружия минимум.

— Не кипешуйся. Уже написал, что мог. Ответа пока нет, но он будет. И кто эти «они»? Что известно?

— Пока что ничего. Михалычу послали уже фронтальный скрин носовой части корабля вероятного противника. Его разведка разбирается. За всеми, кто может составить нам конкуренцию, должны следить. Определят быстро.

— Это если не проспали. У нас это зачастую….

— Ты где служил, Конь? Я у Михалыча. Там не забалуешь. Ладно, мне пора, как только Кавторанг в игру войдёт, сразу на мостик.

— Где ты, а где Кавторанг. Он второй в клане. Иди уже, всё норм будет.

Через десять минут почти весь экипаж был на верхней и единственной палубе. Все сорок моряков. Кавторанг поднялся на мостик:

— Капитан, почему весь экипаж на палубе? Где противник? Что нового?

— Их уже два. У нас в кильватере фелука держится в пределах видимости, но с юго-юго востока уже виден второй парус. Экипаж для наблюдения за горизонтом и для проверки готовности поднял я.

— Где? А вот вижу. Как же без оптики не привычно. Всему экипажу на палубе не место. Людей мало, а в случае боя они нам нужны будут все отдохнувшими и бодрыми. Уже ясно, что уйти не получится, а времени пока противник соберёт возле нас все свои силы, может уйти много. Паруса уже все подняты, быстрее мы идти не сможем. Пусть люди отдохнут и готовятся к бою. Зови Салагу. Это его профиль.

Глава 37

— Спит в игре. Велел не будить. Слушай, а он на самом деле полковник ГРУ?

— Не задавай дурацкие вопросы. Таким крутым, у которых всё под грифом, Терра под запретом. Но и не простой. Что-то в Сирии пошло не так и он своих вытаскивая нарвался. Вывезли в Москву, лечится. Параллельно в игре. Михалыч уговорил.

— А ник с чего такой?

— Так он в игре и есть салага. Уровень — пятнадцать.

На этот борт взяли за опыт и в качестве смертника. Буди! Есть дело, как раз для него.

На палубе «Апостола Петра» суеты или тем паче паники не было и следа. Каждый при деле. Все паруса уже были подняты и корабль шёл на максимально возможной скорости при таком ветре.

— Кавторанг, зачем будил?

— Салага, привет. Сам посмотри. Уже два корабля держатся поблизости. Один в кильватере в паре миль, один парус впереди и восточнее. Вскоре, вероятно, соберут всех и нападут чохом. Если ты ещё не в курсе общего положения вещей, то слушай.

Думаю, что у них простой план. Англичане поняв после всеобщего объявления, что к Трезубцу ветераны могут послать корабли для его освоения, с целью лишить этого преимущества русские кланы, хотят нанести удар исподтишка. Примерно вычислив направление нашего плавания, они сделали засады. Несмотря на то, что мы вышли из порта ночью, это заметили, передать информацию через чаты кланов и групп не сложно и в результате началась погоня за нашим одиноким «Апостолом Петром» до пяти кораблей противника под Весёлым Роджером. Пять — это не точно, по данным разведки. Флагом пиратов британцы прикрылись для поддержания имиджа. Мол не мы, а какие-то отщепенцы. В результате их может быть пять-семь против одного и у нас на корабле из-за перегруза оружия мало. Расчет был на секретность и барахла для колонии набрали под завязку. Когда ещё получится прорваться к новому острову? О! Ещё один парус на горизонте. На запад смотри.

— Вижу. План какой?

— Твой уровень дешевле, чем у любого из наших.

— Я и шёл сюда на роль смертника. Короче!

— У нас есть бочка с дымовой завесой. Надеюсь, что сработает, но не уверен.

— Не понял. Это Российский Флот или где?

— Только неделю как приобрели и проверить не успели. Одна пакостная девчонка продала, звать Лизка, сказала, что работа самого Афанасия. Если бросить в воду, то дым будет и его должно быть много.

— Это та самая Лизка? Я уже с год краем глаза за игрой следил. Иначе с детьми общаться невозможно.

— Если их две, я застрелюсь из лука. Та.

— Хоть какая-то гарантия есть?

— От Лизки? От Афанасия? Шутишь? Ясно одно, что ничего не ясно, но точно будет весело. Надеюсь, что больше радости достанется нашему противнику, но все меры предосторожности мы приняли.

— Ясно. Подстава. Но я заранее знал, на что подписываюсь. Конкретно. В чём суть? Приказывай.

— Тогда так. Мы слегка изменим курс так, чтобы ни с одного из вражеских кораблей не заметили того, как тебя и бочку опускают в воду. Волнение в пару балов, плюс тебя с бочкой накроем куском синей ткани. Надеюсь, не заметят. Мы уйдём дальше по ветру, прежним курсом так, чтобы преследователи прошли рядом с тобой. Примерно.

В каждой бочке есть затычка. Что будет, когда ты её вытащишь из этой конкретной, не знает никто из наших и это плохо, но и никто из врагов, а это шанс для тебя. Лучше всего, если получится дымом скрыть нас. Уйдём маневром и оторвёмся. Самое плохое, если не произойдёт ничего и они просто пройдут мимо не останавливаясь, чтобы поднять тебя. Тогда просто напишешь в чате клана обо всём, увиденном у них на борту. Нам нужно быстро выяснить, кто это. Внешность, речь, оружие. Англичане, гринго, или ещё кто. Если поднимут на борт, то сделай там, всё, что получится и уже из Столицы напиши в подробностях. Без мата! В штабе у Михалыча и бабы есть. Если Афанасий или Лизка опять начудили что-то совсем уж…., то уже по обстоятельствам выкручивайся сам. Но доклад в любом случае нам нужен будет срочно.

— Ясно. Без шансов и всё по-своему. Люблю я это дело.

— Михалыч об этом предупреждал. Вопросы?

— Вопросы? А что это такое? Бочку я вижу. Приказ выполню. Увидимся в Дальнем.

Процедура спуска Салаги на воду прошла без отклонений от плана и корабль ветеранов ушёл прежним курсом на «Трезубец», а тихо матерящийся под куском намокшей ткани, держащийся за бочку Салага остался ожидать корабль преследователей.

План он изменил уже по ходу. Наблюдали с фелуки в основном за «Апостолом Петром», её названия прочесть не получилось. Заколочено досками. По сторонам наблюдатели смотрели мало и не особо напрягались. Не засекли! Скрины увиденных членов экипажа Салага сделал и принял другое решение. Раз уже бочка с неизвестными свойствами, то лучше пропустить фелуку мимо и вынуть затычку уже плывя в её кильватере. Тогда ветер принесет дым или то, что намудрил Афанасий и добавила от себя Лизка сначала на врага, а уж потом накроет своих.

Затычку выбил ногой. Бочку перевернул. Вода попала вовнутрь и тут такое началось….

–—

«3»

ПОВЕЛИТЕЛЬ ПРОЧИХ. СОВЕТ.

В тёмном без окон, с одной только дверью, напоминающем скорее пещеру, огромном зале, в дальних углах которого таилась тьма, за большим круглым столом на каменных креслах молча сидели издали похожие на людей члены Совета в чёрных плащах с капюшонами. Освещали помещение немногочисленные чадящие дымом и дающие неверный свет факелы, вставленные в кованные стальные держатели явно ручной работы, расположенные на колоннах вокруг стола.

Внешне все присутствующие почти не отличались друг от друга, но один всё же выделялся — главным образом тем, что взгляды всех остальных членов совета были устремлены только на него. Между собой все они не только не разговаривали, но и старались даже не встречаться взглядами. Всё внимание только ему — Повелителю прочих.

Выдержав долгую паузу, спокойно и медленно уже не в первый раз внимательно осмотрев каждого, председатель произнес спокойно, не громко, но вполне слышимо во всём гулком пространстве зала:

— И кто мне объяснит произошедшее?