Михаил Савич – «Первый». Том 8. Часть 3 (страница 4)

В последний миг он что-то смог сделать, почти прозрачная фигура демона в мгновенье ока исчезла, но узкая черная молния мелькнула к порталу и тот схлопнулся.

Все. Победа.

— ПЕРЕТОК ЭНЕРГИИ —

— ВОССТАНОВЛЕНИЕ—

— ИСЦЕЛЕНИЕ –

— ОМОЛОЖЕНИЕ —

Труба выпала из рук, которые на глазах за пару минут восстановились полностью. Так быстро заживление не происходило никогда, а с учетом того, что таких серьёзных повреждений я ещё никогда не получал, то и вовсе…. Я резко вырос, как маг. Не так, как в игре, где тебе достается почти все, что имел поверженный враг, но кардинальный рост своей мощи я ощущаю просто физически. Я могу. Толком ещё даже не знаю что именно, но на порядок больше, чем раньше.

Ярость медленно схлынула и я почти пожалел о том, что сделал. Главным образом потому, что самому пришлось наводить порядок на складе. Самому, без уборщиц и техники. Лопата, швабры, тележка.

Тамара была жива и в сознании, но пока не ясно, насколько она отдает себе отчет в происходящем. Что ей сказать я не знаю. Надеюсь, что жуткое зрелище смерти этих подонков как-то ей помогло. Она села на полу и молча смотрела вокруг.

Смотреть ей в глаза мне трудно, это я послал ее в Штаты, я спал, когда ее запихивали в чужую тачку. Что тут скажешь? Я убирал мусор. Оставлять подобное значит привлечь к событию внимание всего мира. Такое ни одна самая захудалая газетенка в Зимбабве не пропустит.

Искать будут всех участников и свидетелей. Всегда. Еще можно было бы надеяться на пожар, но здесь гореть нечему. Процентов на девяносто вокруг металл. Даже не окрашенный. Кроме металла почти ничего больше нет. Часа два я возил в болото прикорм для аллигаторов.

Их не меньше сотни собралось постепенно у того места, где я все это вываливал в вонючую воду. Нажрались твари на год вперед. Мне еще и пол пришлось мыть, стены. До потолка не дотянулся, но оказалось, что здесь есть вода.

Насос из болота через фильтры прокачивал болотное месиво, на выходе получалось более менее приличное и почти прозрачное нечто. Чистой водой это не назвать, но пол, стены и потолок я облил из пожарного гидранта не жалея пахучей жидкости.

— На меня полей. — Крепкие на Руси женщины, не стесняясь наготы, Тамара встала с пола и подошла ко мне.

— Уверена? Я бы не стал, вода из болота и очистка у неё чисто номинальная, пол мыть еще можно, а на открытые раны лучше не надо. Один запах убить может

— Это не моя кровь, это ты набрызгал. Спасибо, я больше всего хотела умыться их кровью и их ею умыть. Я этого не забуду.

— А если бы могла забыть вообще все, что сегодня было?

— Ты и такое можешь? Или это ты меня так выводишь из состояния стресса? Нет. Забывать не хочу, Такое пережить никому не пожелаешь, но я это пережила. Заживет. А то, как ты эту мразь в фарш превращал, это воспоминание мне бальзамом будет.

Я видела, как они перед смертью выходили из транса и страх в их глазах. Особенно предводитель их. Он прямо передо мной стоял. Сука. Он все понял, даже дернулся удрать. Но от тебя ведь никто не уходит. Башка его, морда ухоженная, усики эти, прическа за штуку баксов. Все это лопнуло. Миг и кровавые брызги. В самом деле. Спасибо тебе. Это было лучшее лекарство.

— Ты же понимаешь, что у тебя шок? У тебя могут быть последствия. Видения, ложные воспоминания и всё в этом роде. Но знай, я тебя в эту страну отправил, за мной долг. Молчи, ничего не говори. Все у тебя в жизни будет хорошо. Я не про деньги, вещи, должности. Это пустяки. У тебя будет главное. Здоровье, семья, дети. Гарантирую.

— Тебе не поверить трудно, поверить еще труднее, но я постараюсь.

— Лады. Вещи твои где?

— Не знаю, но думаю, что в болоте, куда и я сама должна была отправиться. Но в шмотки этих добропорядочных американцев я не оденусь.

— А где они? Вещи и одежда сатанистов? Их бы лучше сжечь и пепел в озеро. Следы нужно все устранить. Ты не знаешь, где у них машины остались? Я их поблизости не видел.

— Не видела. Та, на которой меня привезли, стоит на дороге у шлагбаума. Там еще двое сторожат. Те, которые меня на дороге схватили. Можно я их сама?

— Уверена? Ты ведь этого никогда не делала и не хотела делать. Стоит ли из-за этих ублюдков менять свои убеждения? Ты не убийца, это сейчас в тебе нечто темное все остальное затмевает. Захочешь ли ты потом об этом дочери рассказать?

Уж лучше я, к тому же, времени не так много, нужно все прибрать и следов не оставить. Шум может быть на весь мир, если это в СМИ попадет, а нам этого допускать никак нельзя. Пока мы в Штатах — точно. Давай ты сходи, там в конце коридора кладовка, я там халат видел и комбинезон. Должно быть, при прежнем владельце склада мистере Вильямсе здесь обычный уборщик работал.

— Ты-то откуда знаешь, кто тут владельцем был?

— Спросил.

— Ну да, не ответить тебе нельзя. А как ты вообще меня нашел?

— Так же.

— Что? В смысле тоже спросил? Но кого?

— Ты у нас умница, сама должна догадаться. Вариантов на самом деле не так много. Ладно, ты одна побудешь? Сможешь? Мне минут на двадцать нужно выйти.

— Иди. Я выживу.

— Умойся и оденься.

Как оказалось, все члены секты приезжали сюда всегда на автобусе, которым их привозили на этот болотный полуостров от ближайшего частного аэропорта. Люди были все не бедные, их исчезновение вызовет массу слухов и расследоваться будет серьезно.

Можно было и без допроса догадаться, бедным людям такие развлечения, как правило, в голову не приходят. Это у элит частенько крышу сносит. Слишком скучна становится обеспеченная жизнь, когда все уже есть и придумать что-то новое трудно.

Эти придумали. Надо было все же их живьем аллигаторам бросать, как изначально планировал. Хотя бы тех, кто были во главе и зачинщиков. По рассказам последних членов секты автобус за адептами сатаны может приехать по телефонному звонку ближе к полудню.

До тех пор здесь появляться никто не должен. Но с полудня пойдет отсчет времени, через сутки максимум их всех спохватятся и начнут искать. Самолеты частные, автобус этот. След явный, богатых ищут успешнее, чем бедных. Автобус нашей группы может стать заметным, если плотно проверят все записи с видео-регистраторов.

Аллигаторов я накормил на год вперед, два последних отморозка были уже десертом, который прежнего ажиотажа не вызвал. Тела теперь найти будет трудно а через несколько суток — невозможно.

С помощью пожарного гидранта смыл последние следы крови и прочего. Но полностью с гарантией это сделать невозможно. Мельчайшие частицы удалять сложно и очень долго. Серьёзная экспертиза сразу выявит следы. Мой маленький шанс только в том, что в ближайшее время никто не поднимет тревогу.

После того, как все тела сатанистов попали в желудки аллигаторов, а те скрылись под ряской болота, я еще раз обошел все места на этом полуострове, где побывал этой ночью. Стер все отпечатки пальцев и другие следы своего присутствия.

Глава 4

Все это время насос работал уже только для того, чтобы максимально промыть трубы местной ливневки и канализации, выведенные все в то же болото. Найденную одежду жечь не стал. Копоти будет много, а её смывать трудно. Выбросил в болото с другой стороны полуострова, там хищников не было и я без проблем на сотню метров зашел в воду и там придавил вещи взятыми с собой камнями. Вдруг повезет и полиция ничего не обнаружит? Хотя бы пару недель.

Тамара порывалась идти сама, но я отнес её на руках. Для меня сейчас это пустяки, особенно с учетом того, что шёл уже не через трясину, а по заасфальтированной дороге.

По пути она то ли заснула, то ли потеряла сознание и я её подлечил. Тело теперь здорово, а вот дух….. Но здесь уж я пока сделать ничего не смогу.

Уже почти у заправки положил её на землю и на пять минут оставил одну. Проверил хозяина заправочной станции. Пришлось освободить. Сам тот не справился. Заодно убедил его в том, что о сатанистах лучше молчать и в том, что он их больше не увидит. Странно, но он поверил сразу. Наверно я стал другим настолько, что это видят даже посторонние. Непререкаемо убедителен.

В автобусе никто не спал, освещения не было, все молчали. Но это была густая, напряженная тишина. Тамару я уложил на ее кресло, Надя его сразу привела в откинутое состояние.

До своего места я шел в той же тишине. Сел и расслабился. Кажется все. Это мне так везет на приключения или в этой стране все не так уж благополучно, как об этом пишут в Нью-Йорк Таймс?

— Антон, поехали. Но очень осторожно и незаметно. До полудня автобус нужно сменить. Подумай о вариантах. Мне нужно отдохнуть.

Проснулся я от странного ощущения. Дурной сон. Глаза, которые на меня настойчиво смотрят. Только глаза и всё. Жуть. Пустота, а из неё глаза. Две штуки. Причем чем-то знакомые, если вообще можно сказать, что только по ним одним можно идентифицировать знакомого. Глаза должны быть на лице. А тут такой сон. Причем я знаю, что это сон, но не просыпаюсь. Надо попробовать встать.

Встать я не встал, но проснулся. Ё!!! Опять эти глаза. Не сразу спросонья дошло, что это Валентина заняла свою коронную позицию на кресле передо мной и с расстояния в полметра смотрит настойчиво на меня. Это что? Она меня так вежливо будит? Или мои новые способности дают о себе знать? Как я её глаза во сне увидел?

— Привет. Что-то срочное?

— Нет. Да. Не знаю.