Михаил Савич – «Первый». Том 8. Часть 2 (страница 11)

Заместитель нужен позарез и хороший. Надо не забыть, при случае, обсудить этот вопрос с Меньшиковым. Но нужно что-то решать здесь и сейчас и работать с тем, что есть. Скоро сюда потянутся кланы, да и без них нужно восстанавливать нормальную жизнь города.

По части льстивых улыбок и приятных слов все одни доки, а вот по части работы и ответственности…. Впрочем, сразу человека не узнаешь, возможно, я невольно на всех здесь распространяю свои подозрения в измене. А моя работа в том, чтобы заставить этих людей работать максимально эффективно здесь и сейчас.

После официальной процедуры представления мне моих подчиненных мы прошли через площадь и далее по главной улице к резиденции губернатора. Совсем рядом с площадью портала в Столицу, но я здесь впервые. Увиденное меня не удивило, от главного административного здания всей губернии остались только закопчённые стены. Выгорело всё, включая все архивы. А не это ли было целью всего нашествия? И зачем меня сюда привели?

— Господа, здание под свою резиденцию я выберу позже, а пока вы все найдите себе подходящие помещения для несения службы и арендуйте их.

— А деньги?

Этот вопрос задал самый невзрачный из моих новоявленных подчиненных. Примерно так Бальзак описывал Гобсека. По-моему, это казначей, но с ходу я всех чиновников Дальнего не запомнил.

Не беспокойтесь, господа. Деньги есть, они поступают от продаж патентов в Имперскую Канцелярию и будут переведены сюда сразу, как только у нас наладится нормальный денежный оборот. Покамест предлагаю расплачиваться расписками. Хочу так же сообщить вам, что в банке гномов у меня практически неограниченный кредит. Так что на этот счет не волнуйтесь.

— Глупости это все. Идите за мной, я вас чаем угощу.

Из-за моей спины раздался голос, что было совсем неожиданно, можно было предположить, что все те, кто меня ждал или искал собрались у портала. Я обернулся и обнаружил бодрого вида старушку с виду лет под девяносто. Сухонькую и хрупкую по внешним данным, но с решительным, гордым и самоуверенным выражением лица. Одета она была не броско, но явно у хорошего портного.

Я даже заподозрил руку мастера Юя. Нисколько не сомневаясь в моем согласии, женщина развернулась и не спеша пошла в сторону набережной. Ко мне подошел Андрон, должно быть проникшись моим недоумением, прошептал так, чтобы слышал только я:

— Княгиня Тверская, Анна Павловна. Супруга и троюродная сестра князя Тверского постоянного председателя Государственного Совета Империи. Крайне влиятельна в Столице и считает себя вправе вмешиваться в любые дела Империи. По всем вопросам всегда имеет свое мнение и знает, как его отстаивать при дворе. Умна и мыслит трезво. Может быть очень полезна.

Я ему кивнул с благодарностью, хоть в его информации для меня нового было мало и обратился ко всем чиновникам:

— Господа, я вас оставлю. Занимайтесь своими делами в свете полученных от меня указаний. Нормальная работа всех учреждений города и порта должна быть восстановлена в ближайшие три дня.

Оставив всех своих подчинённых в некотором недоумении я догнал старушку и мы уже вместе пошли к её дворцу. Так я предположил, во всяком случае.

— Ваша светлость, рад познакомиться, хоть условия вокруг нас и не особенно светским знакомствам благоприятствуют.

— Пустяки, советник. Для знакомства нужно другое. Взаимный интерес и предполагаемая выгода. И то и другое имеется в наличии и это сомнению не подлежит.

— Согласен с вами полностью, действительно мне уже интересно. Надеюсь, что и я оправдаю ваши ожидания.

— Даже не сомневайтесь. Муж очень высоко оценил ваше выступление на Государственном совете. Правда, не сразу, а только сейчас, когда стали окончательно ясны все его последствия. Он у меня не особенно прыток по части быстроты мышления и остроты ума, но берет рассудительностью и дотошностью. Иногда это доводит до тошноты, но я привыкла и справляюсь. С его оценками я согласилась и решила познакомиться лично. Что вы имеете против Бэльдара?

— О. Это немного неожиданный вопрос. Я свой пост занимаю очень недолго, ваша светлость, поэтому со многими вельможами и крупными имперскими чиновниками знаком мало или даже не знаком совсем. Лично князю я не представлен. Даже видел его всего лишь пару раз мельком.

Разве могут в таких условиях возникнуть какие-либо противоречия? Сколь мне известно, все основные интересы у семейного клана Бэльдаров сосредоточены на востоке Империи, в зоне степей, кочевников и всего прочего. А я даже близко к тем местам ни разу не был.

— Слов много, а смысл туманен. Но мы пришли. Это мой дом, слава светлым богам, пираты его не сожгли.

— Интересное здание, я ещё таких не видел. Больше напоминает крепость. Судя по закопчённым стенам, сжечь его пираты всё же пытались и весьма усердно.

— Да, что странно. Ценного в этом здании у моей семьи нет ничего и об этом широко известно. У меня даже возникло некое подозрение, что некто из недоброжелателей мужа заплатил пиратам, чтобы они ворвались сюда.

Просто напакостить или дать что-то понять моему супругу, а быть может и мне. Ценностей и денег здесь нет, но много вещей и предметов искусства, которые близки и ценны только для меня и моих друзей и нескольких придворных, обладающих утонченным вкусом. Сейчас вы в этом убедитесь.

С этими словами она подошла к двери и дернула за рычаг. Внутри раздался звонок, открылось маленькое окошечко и после этого загрохотали засовы. Звук при этом был такой, будто засовы эти весили пудов десять. Дверь, изготовленная из дерева целиком с обеих сторон обшитого сталью, открылась, княгиня без лишних экивоков вошла в тёмный проём, молчаливо приглашая меня следовать за ней. Что я и сделал.

— Это интересное предположение, ваша светлость. Я уже несколько раз сталкивался с чем-то в этом роде при попытках разобраться в том, как вообще пиратам удалось ворваться в главный и единственный порт Империи на Южном океане. Почти все уверены, что без помощи изнутри это было бы невозможно. Но доказать пока ничего не удается и даже конкретных подозреваемых пока нет.

— Будут. Следователь Андрон не даром ест свой хлеб и до сих пор всегда решал подобного рода задачи. Не сомневаюсь, что и сейчас он вполне благополучно справится, но это только в том случае, если ему не будут мешать. Вы ведь не будете этого делать, советник?

— Ваш второй вопрос даже интереснее первого и он сразу вызывает желание выяснить главное. Откуда вообще могли возникнуть такие предположения?

— Простая логика. Преступление здесь явно совершено, его следы явно ведут в Столицу и именно оттуда вдруг неожиданно для всех сюда прибываете вы. Разве не странно?

— Немного притянуто за уши, вы не находите? Но я всё же для вас проясню ситуацию. Следователя Андрона сюда привел именно я и следствие он ведет здесь по моей просьбе.

— Просьбе?

— Да, у нас давние, хорошие отношения и мне не приходится отдавать ему распоряжений. К тому же в само расследование следователя стражи я никак не вмешиваюсь.

Беседуя мы прошли в дом. Изнутри он выглядел совершенно иначе. Ни следа штурма осажденной крепости, не видно задымленных стен, разбитых стекол, проломленных дверей. Всюду на стенах развешаны картины маслом, акварели, пастели, рисунки грифелем и все они на тему, связанную с океаном.

Пейзажи, натюрморты с дарами моря, рисунки парусников, портреты моряков и рыбаков. Значительная часть картин была сделана прямо из этого дома. Должно быть, художники писали с натуры стоя у открытых окон этого дворца. Но много видов и пейзажей сделанных в открытом море. В общем, мне стало ясно, что княгиня всерьёз увлекается живописью и любит приморье.

— Ваша светлость, позвольте полюбопытствовать, как вам удалось удержать этот дом, ведь пираты специально стремились его захватить?

— Это не так сложно. Пираты имеют одну особенность и слабость, среди них нет магов. Свитками, амулетами и прочим они пользоваться могут, но даже этого опасаются. Им этого их морская царица не велит. Уверена, что это простые суеверия, но я буду последней, кто попытается их разуверить. А дом этот зачарован магом Рошем, если вы достаточно сведущи в иерархии Империи, то поймете, что я имею в виду.

Когда он здесь работал, ему было еще очень мало лет, юноша, по сути, но магом одним из лучших в истории он стал уже тогда. Если бы Чарторыжские, да и прочие чиновники не экономили на услугах Гильдии, то пираты ушли бы отсюда не солоно хлебавши и все дома Дальнего были бы целы. Хотя должна признать, что и мне самой никогда ранее не пришло бы в голову, что в мой горячо любимый город ворвутся полчища дикарей. Сначала дикарей юга, потом — востока.

Ведь для пиратов это был совершенно нелогичный поступок и неприемлемый риск. Будь здесь Рош в тот день, он бы одним заклинанием поджег все корабли разом. Даже средней руки маг, случайно прибывший сюда для моциона и солнечных ванн, мог сорвать их планы и, быть может даже, погубить их флот.

Поэтому частично я оправдываю стремление к экономии прежнего губернатора. Мы и сами пострадали от такой же беспечности. У нашей семьи здесь, в Дальнем три дома для разных целей. Один из них лично мой и он пострадал наиболее серьезно, но намного хуже то, что в нем пираты сожгли почти пятьдесят полотен молодых перспективных художников. Были и жертвы.