Михаил Савич – «Первый». Том 5 (страница 3)

— Апулей, не доверяй эльфам. Мы много раз просили их о помощи, когда обороняли свой город, но они решили переждать и отсидеться в своих лесах. Только поэтому они еще свободны. Мы, гномы, своими жизнями выиграли для них время. Теперь, когда уже поздно, они ищут союзников, но это только до тех пор, пока армия врага стоит у порога их леса. Стоит черным отступить, и эльфы предадут своих союзников и вернутся в свой лес.

— Ты прав, Ро, без единства и сплоченности войну не выиграть. Эльфы Синего леса совершили ошибку и жалеют об этом. Мы учтем твое мнение, когда будем заключать с ними договоры. Ты можешь добавить что-либо о армии темных и о силах, которыми они располагают?

— Да. Нас вынудили строить для них боевые машины, катапульты и боевых големов. На мой взгляд — это и есть самая опасная для любого противника сила Тьмы.

Возможно, только вампиры будут опаснее для вас. Они очень сильны и быстры.

— Уважаемый Ро, а чего хотят те гномы, что остались в вашем подземном городе? Чего хотите вы здесь?

— Свободы, Апулей, мы хотим свободы.

— Значит, и нам и вам не так сложно будет добиться цели. Если основная сила черных заключена в умениях мастеров гномов, то вы можете научить и людей, и гномов Чернолесья делать такие же машины и големов. Тогда шансы наши возрастут. На своей территории мы сможем получить преимущество и разобьем армии Тьмы. А потом, уже ослабленную империю, мы добьем совместными усилиями в ее логове. То есть, свобода гномов в ваших, Ро, руках и вы можете своими руками ковать победу и свободу для своих родичей.

— Клянусь всеми богами, Апулей, я передам тебе все, что знаю и умею и сделаю все, что ты попросишь, если ты поклянешься, что сделаешь все возможное для освобождения моего народа и найдешь Героя Миха, и уговоришь его помочь нам.

— Я клянусь в этом всеми богами, Ро. Ты можешь быть во мне совершенно уверен. Что тебе понадобится для реализации планов по подготовке нашей армии к встрече с силами Тьмы?

— Это будет не быстро, понадобятся недели на обустройство мастерских, сотни работников с высокой квалификацией, очень дорогие и редкие материалы, сильные маги, огромное количество магической энергии и, главное, сотни миллионов золотых монет.

— Это все пустяки, и есть у меня в избытке. Ты можешь начинать планировать работу прямо сейчас и составить конкретные списки всего необходимого. Если ты предпочтешь работать в подземном городе, то тебе будут там рады. Но можешь работать и здесь, в моем замке. При желании, ты можешь даже работать и здесь, и там. Между замком и подземным городом гномов работает постоянный и бесплатный портал. Что ты на это скажешь?

— Я еще раз хочу уточнить, у тебя, Уважаемый Апулей есть мифрил, миллионы золотых и мастерские?

— Да, даже в тюрьме, где вас нашли, много помещений совершенно свободных. Под замком огромные лабиринты, которые строили твои сородичи. А о моих финансах и запасах редких материалов тебе лучше расскажут гномы, так как они хранят мои деньги и управляют ими.

— Тогда я сейчас же посоветуюсь со своими гномами, и мы начнем работать сегодня. Где для тебя лучше, чтобы мы жили и работали?

— Там, где вы будете себя лучше и спокойнее чувствовать. В этом случае работать вы будете быстрее и эффективнее. Не торопитесь принять решение. Вы можете походить и здесь, и там, и посмотреть на все своими глазами. Дил, ты покажешь своим дальним родственникам все и здесь и в подземном городе?

— Я покажу им здесь все, что узнал сам, многое здесь я еще не успел осмотреть и понять.

— Вот и хорошо, и гостей со всем познакомишь, и сам все для себя разведаешь. Значит, это решено. Обустройство гостей ты берешь на себя.

— Согласен. Но в подземный город им лучше идти с Гортом.

— Хорошо, я думаю, что Горт не будет против.

— Ученик, мы с Сенекой тоже присоединимся к Дилу. И сами все осмотрим, и с гномами по дороге поговорим.

— Хорошо. Я пойду в штаб.

В штабе было непривычно людно.

— Алая, здравствуй. Какие новости о похищенном ребенке и его матери?

— Ничего, никто ничего не делает. Приехала полиция и опрашивает соседей. Я им говорила, что это Прохоров мстит за поражение в игре, но они только головами качают.

— Это нормально, Алая. Если никто из них не играет в Терре, то для них ты истеричка, которая несет чушь. Надо привлечь СМИ и проплатить объявления, указать приметы. Номера машин и прочее. Сделать намеки на участие олигарха, проигравшегося в пух и прах, и на этой почве потерявшего ощущение реальности. Я этим сам займусь.

— Михалыч, что тебе удалось?

— Тоже немного. Я позвонил в нужные места и правильный следователь будет раскапывать это дело. Этот раскопает. Но время уходит. Официально мы не можем доказать причастность красных к этому делу. СМИ тоже не рискнут, сейчас все судов боятся и выплат компенсаций.

— Михалыч, а нельзя устроить для Прохорова вызов в высокий кабинет, где бы ему жестко намекнули, что это уже беспредел и мать с ребенком надо вернуть.

— Пробую, но в очень большие кабинеты мне и самому хода нет.

— Это я во всем виновата. Ты же меня предупреждал, а я про Маринку забыла. Да и обиделась я на нее тогда сдуру, что совсем уходит. Кто ж знал, что так выйдет? Делать то что? — На Алую было страшно смотреть, она сидела мрачнее тучи и корила себя в возможной гибели подруги. Не думал, что когда-нибудь увижу ее в таком состоянии.

— Здравствуй, Апулей.

— Здравствуй, Горт. Тебе бы надо с Дилом увидеться.

— Да я уже наслышан. В Подземном городе все готовят встречу освобожденных родичей, а ты их уже переманил и завлек к себе.

— Ничего подобного. Они ходят и выбирают для себя — где им лучше.

— Это правильный подход. Да вот еще что, Тебе послание от нашего общего знакомого. Записка, срочная. Я специально занес побыстрее.

— Спасибо, Горт. Это очень вовремя.

Я развернул хитро сложенный лист бумаги и прочел. Такого я не ожидал. Даже от Прохорова. Я перечитал еще раз.

— Михалыч. Отдай по армии приказ. Всем изготовить и носить три дня черные повязки на рукаве. У нас траур. Во всех чатах, блогах, форумах сообщить о причине этого траура. На клан амазонок было совершено нападение с целью выпытать у члена клана информацию и с ее помощью вернуть себе замок. Зверски пытая ребенка трех месяцев от роду на глазах матери, наши враги безуспешно пытались узнать хоть что-нибудь. И ребенок, и мать погибли. Прошу всех встать и почтить их память минутой молчания.

В помещении штаба стало тихо, те, кто сидел, встали. Молчали мы намного дольше минуты. Никто не хотел или не мог говорить. У всех амазонок на глазах были слезы, Две из них не скрываясь, плакали. Скорее всего, это были подруги, близко знавшие погибшую.

— Всем спасибо. Алая, Михалыч останьтесь мы будем обсуждать ответные меры. Остальных прошу вернутся к выполнению своих обязанностей.

Плачущих девушек увели под руки. Горт кивнул мне и вышел вслед за остальными.

— Мы должны отомстить в реале. Вы мужики, вы должны что-то сделать.

— Не беспокойся. Просто так это ему с рук не сойдет. Апулей, как я понимаю, это информация из источника внутри этой банды?

— Если бы это была простая банда, Михалыч, все было бы для нас легко. Да и не пошли бы на это простые бандиты. Это обыкновенный олигарх во всей красе. Денег мы его лишили, но люди и связи у него еще остались. По закону мы к нему не подкопаемся, я пробовал. В такой ситуации я уже был. Собственно, поэтому я и веду борьбу здесь, так как в реале это невозможно.

Пока невозможно. Нам не хватило немного времени. Скоро он потеряет все, что имел. От него отвернутся все, кроме тех, на кого у него серьезный компромат. Но даже самые продажные будут помогать ему крайне осторожно и с оглядкой. Это зверство без ответа не останется и ускорит его гибель. Конец для него неизбежен, он это понимает, нервничает и делает глупые непродуманные ходы.

Даже самые верные ему люди содрогнулись, а самые умные из них задумались. Быть рядом с человеком, который делает такие вещи глупо и скоро Прохоров останется один. Мой план не изменился. Этим зверством Прохоров приблизил свой конец. Алая, я соболезную тебе и всем, кто знал погибшую. Но ты не должна винить себя. Ты сделала все, что могла.

Красные пытались добраться до твоего ближайшего окружения и до тебя лично, но отступили. А Марину они выбрали, чтобы хоть что-то предъявить хозяину. Все понимали, что она ничего не знает, но никто не думал, что дойдет до такого. Виновные будут наказаны поименно, не сомневайся. Но твоего имени среди них нет. Я бы тоже не стал прикрывать того, кто покинул меня три месяца назад и явно ничего не знает.

Сейчас мы можем отомстить врагу здесь, разрушив его планы. Удерживая замок, мы именно это и делаем. Кое-что они запланировали на ближайшее время, но планы красных на Терре мы разрушим окончательно, а потом добьем в реале.

— Это разумный и единственно верный путь, Апулей. Я и все ветераны, мы не отступим ни здесь, ни в реале. Алая, ты можешь мне верить. Это будет не сегодня, но преступник будет наказан.

— Спасибо вам. Я вижу, вам не все равно. Хоть вы ее и не знали. А мы дружили и вместе в игру вошли, в одних яслях учились. Ей нравилось здесь, но она ушла ради ребенка. Все ее поняли, хотя осадок остался. А теперь это…

— Алая, тебе лучше отдохнуть и прийти в себя. Побудь дома пообщайся с близкими.