Михаил Савич – «Первый». Том 2 (страница 48)

— С тобой, Апулей, разговаривать невозможно. Ты всё перевернул с ног на голову. Теперь и я считаю, что этот праздник правильный и даже, что он самый лучший. Пока ты меня не переубедил ещё в чем-либо, пойдем на совещание. Резиденция клана Ветеранов здесь совсем недалеко.

— Уже иду, но, пока не забыл. Могу ли я тоже связываться с банком через амулет и оперативно высылать, по конкретным адресам, деньги и вещи через почту?

— Мы о такой услуге до сих пор не задумывались. А дело может быть, и даже точно будет, популярным, а значит и выгодным. Но для начала мы это на тебе и испытаем. Возьми этот амулет, он свяжет тебя с Турном, это мой второй помощник в банке. Я его сегодня проинструктирую, и ты сможешь пересылать деньги по почте. Вещей же твоих в банке нет.

— Тогда, я хочу арендовать хранилище и открыть допуск в него Турну и тебе. Там я буду хранить ценности и вещи, которые могут понадобиться моим друзьям срочно.

— Отличная мысль, я всё это быстро сделаю. Смотри, мы уже почти пришли.

Здание для своего клана Ветераны построили недавно. Не мудрствуя лукаво, они просто заказали слегка уменьшенную копию банка гномов. Главным для них были безопасность и надежность. Мы с Гортом пришли на сорок минут раньше. Это была моя идея, хотелось познакомиться с лидером клана до начала собрания союзников. Клан уж очень серьезный. Брали в него далеко не всех.

Игровые достижения вообще не рассматривались. В клане были только настоящие ветераны, те, кто воевал за Россию и получал ранения. Сначала это была программа реабилитации инвалидов. Люди, которые в обычной жизни не могли встать с кровати или из инвалидного кресла, здесь, в Терре, могли жить почти нормальной жизнью. Потом клан вырос и стал местом встречи боевых товарищей, которые по разным причинам не могли встретиться в реале.

Постепенно игра их затянула, всё чаще стали играть даже старики и ветераны Афганской войны. Враждовать с такой организацией никто не решался, сами они агрессии тоже не проявляли, надо полагать, им агрессии в прежней жизни хватило за глаза. Поэтому мне было важно выяснить, что побудило клан вступить в войну с красными. К тому же для многих ветеранов название Красная Армия было чем-то родным и близким. Советским.

— Что-то вы рано, мужики. Часы сломались?

Михалыч, лидер клана встретил нас в холле первого этажа.

— Если мы скажем, что случайно шли мимо и решили зайти пораньше, вы нам поверите? — ответил я вопросом на вопрос.

— Нет. Но давайте знакомиться. Михалыч, лидер клана.

— Горт, член совета банка гномов.

— Апулей.

— Что ж, добро пожаловать. Проходите, мы можем поговорить втроем в моем кабинете. Ведь для этого вы и пришли так рано.

Я присмотрелся к возможному будущему союзнику. Михалыч, совершенно очевидно, не был нарисован и улучшен при регистрации, глядя на него я был уверен, что это полное соответствие реальному облику игрока. Кое-что я о нём уже знал, так как клан этот был давно и широко известен, но видеть его мне до сих пор не доводилось. Судя по тому, что я знал — полковник в отставке, по слухам — ГРУ, и не раз видел смерть.

Он стоял, сложив руки, как когда-то стоял в Грозном по команде «вольно». Лицо у него было слишком худое и аскетичное для солдата — тёмные впалые щеки и широкие скулы, переходящие в твёрдый подбородок, решительный взгляд тёмных глаз, тонкие губы и нос, подстриженные тёмные усы с проседью. Он был, пожалуй, самым спокойным из нас троих.

— Хорошо, Михалыч, ваша проницательность обнадёживает. С умным человеком будет договариваться труднее, но в случае успеха наш союз будет более устойчивым и надежным.

Мы шли по лестницам и коридорам. Меня преследовало странное чувство. Все было знакомым до мелочей и, одновременно, другим. Мне ещё не доводилось бывать в двух настолько похожих зданиях. Даже типовые многоэтажки больше между собой отличаются. По странному совпадению, кабинет Михалыча был там же, где и кабинет Горта в банке. Что заставило меня задуматься о том, что я, возможно, не всё знаю о положении Горта среди гномов.

— Присаживайтесь. Я даже рад возможности поговорить в узком кругу. Как мне кажется, у предстоящего штурма и, вообще всей этой войны, есть два инициатора. И оба они сейчас сидят передо мной. Или один?

— Что заставляет вас, Михалыч так думать? У красных много врагов, мы лишь одни из многих, пострадавших от их деятельности.

Я, перед встречей, о Ветеранах смог узнать очень немного. Болтливых дураков там не держали. Они туда просто не могли попасть. Поэтому, для первого знакомства и разговора я решил быть предельно осторожным.

— Для войны нужны деньги, и деньги большие. Мой клан воевал уже много раз, и опыт в этом деле у нас тоже большой. Для начала надо прояснить вопрос о том, кто платит, и за кого мы будем воевать? Ошибка в этом ключевом вопросе для меня, и для всех Ветеранов, недопустима. На желающих подставить нас под огонь, а затем бросить на произвол судьбы, мы все уже насмотрелись раньше. И сыты этим по горло. Заранее предупреждаю, что в версию о том, что деньги выделили гномы, я не поверю. Это не в их правилах.

Михалыч внимательно смотрел, главным образом, на меня. Уже одним этим давая понять, с кем он, на самом деле, беседует.

— Мне понятна ваша озабоченность. На вашем месте я бы думал аналогично. Но и нам, для начала, хотелось бы выяснить мотивы вашего клана и тех, кто за ним стоит. Прямой угрозы для вас красные не представляют. Так что же является целью для вас в этой войне?

— Во-первых, для многих из нас само название клана наших будущих врагов «Красная армия» является если не святыней, то чем-то очень дорогим. И допустить, чтобы откровенные бандиты взяли его себе и изгадили, мы не можем. И не допустим. Во-вторых, мир Терры становится всё более значимым и перспективным, и многие мои старшие товарищи заинтересованы в том, чтобы здесь всё было правильно и не нарушалось равновесие.

А красные забрали и подмяли под себя уже чересчур много. Это плохо для всех. В-третьих, очень многие к нам обращаются с просьбами о защите и о восстановлении справедливости. Среди пострадавших от красных есть и члены наших семей. Принять их в наш клан мы не можем, но это не мешает нам заботиться о своих близких.

В присутствии Горта, Михалыч предпочитал не говорить прямо. Это была своеобразная этика. В присутствии НПС, да и вообще в игре, проблемы реала все игроки старались не затрагивать. Но сейчас он дал мне понять, что серьёзные люди оценивают успехи этой игры внутри страны и за её пределами очень высоко и хотят, чтобы этот, пока единственный успешный коммерческий проект мирового уровня, процветал во славу России.

— Наши мотивы, Михалыч, полностью совпадают с вашими. Из истории мы знаем, что разные страны объединялись против общего врага даже в тех случаях, когда друг другу совершенно не доверяли и имели богатый багаж из взаимных обид и радикальных идеологических противоречий. Нам же будет объединиться легче. Мы с вами на одной стороне по абсолютному большинству вопросов.

Насчет денег вы тоже не до конца правы. В этой войне есть и экономический интерес. По данным нашей разведки, в замке красных хранятся огромные ценности, владельцами которых являются, как я надеюсь, общие наши враги. В случае победы все затраты окупятся многократно. На этих условиях привлечь средства не так сложно. Но, если для вас это важно, то могу сообщить, что сам я вложил большую часть своих средств в эту войну.

— Мне понятны эти аргументы, их можно принять за основу. Но для нашей полной уверенности мы должны контролировать ход подготовки к войне, и главное — нам нужно, чтобы наши предложения учитывались максимально. Мы будем сами решать, кого иметь рядом с нашими бойцами и на каком участке нам лучше атаковать общего врага.

— Вполне понятное и объяснимое желание. В число союзников могут попасть и случайные, и ненадёжные кланы, и даже враги могут присоединиться к нам, чтобы собрать информацию с целью ударить в спину. Осторожность здесь необходима.

Но и чрезмерная самостоятельность каждого клана может повредить и, в худшем случае, погубить всё дело. Если каждый будет действовать по своему разумению, то на поле боя возникнет хаос и бардак. Победа станет маловероятной. Ветеранам это известно наверняка.

— Конечно. Но надежда на сотрудничество всё же есть. При условии полного взаимопонимания. Мы могли бы подчиняться общему командованию. Но командир должен доказать свою квалификацию. Вот ты, Апулей, я даже не буду обсуждать твой десятый уровень, ты руководил штурмом замков в Терре?

— Нет, Михалыч, для этого дела я планировал привлечь профессионала, но если вы к нам присоединитесь, то для этой стадии войны мы могли бы согласиться на командующего от Ветеранов. Одно условие — в том случае, если нужный результат не будет достигнут, то командование вернётся ко мне.

Войну объявлю я, от имени специально созданного клана. И, соответственно, буду официальным командующим всеми войсками. В наших договорах мы можем оговорить, что непосредственно штурм стен возглавит лидер Ветеранов. Я продолжу войну в любом случае, поэтому при неудаче первого штурма будет важно вернуть мне руководство операцией.

— Я правильно понял, что вся фаза вторжения войск, окружения замка и штурм пройдут под моим командованием? И только в случае неудачи мы будем выполнять твои приказы?