Михаил Самсонов – Падающий минарет (страница 16)

Старший лейтенант встал и решительно направился к выходу. Скосив взгляд в сторону, он заметил, как заволновался бородатый. Отставил чайник, вскочил с места... Теплов быстро свернул за угол. Закурил сигарету и тут же вернулся назад. Они едва не столкнулись. Бородатый издал непонятный возглас, приподнял к лицу руку и беззвучно рассмеялся.

— Так вот что, — строго сказал Теплов. — Если это сейчас же не прекратится, я лично сдам вас Иванову.

Бородатый сконфуженно молчал.

— Предупреждаю, — повторил старший лейтенант и направился к остановке такси. Бородатый растерянно озирался по сторонам.

Теплов остановил проходящую машину.

— В старый город, — попросил он.

Машина тронулась. Бородатый заметался на остановке. «Если успеем свернуть, ни за что не разыщет», — подумал старший лейтенант. В конце улицы он оглянулся — никого. Сразу отлегло от сердца.

— Езжайте к вокзалу, — сказал он, улыбаясь.

Шофер пожал плечами:

— К вокзалу так к вокзалу...

Норматов ждал его у главного входа.

— Отвязался от «хвоста»? — спросил он озабоченно.

— Отшил.

— Как это? — нахмурился подполковник.

Теплов рассказал.

— Думаете, подействовало? — усомнился Норматов. — А впрочем, вы, Гриша, правильно поступили. Разговор с Ивановым был? Был. Вы его предупреждали? Предупреждали. Мне другое не нравится. Не нравится, что вас до сих пор не оставляют в покое.

Теплов не мог сказать ничего конкретного. Вчера снова виделись с Ивановым. Инженер довольно определенно намекал на то, что дело идет к развязке.

— Здесь он прав, — заметил майор. — Вы знаете, что вернулся Чернявский?

— Нет.

— Так вот. Чернявский вернулся, предварительно убрав Дохлого.

— Дохлый убит?!

— То-то и оно. Значит, Чернявский не намерен у нас засиживаться. Ведь смерть Дохлого привлечет к себе внимание, и Чернявский об этом прекрасно знает. На что он рассчитывает? Очевидно, на скорую развязку. Давайте сядем в машину. Здесь маячить не годится...

Они выехали на бульвар. Норматов озабоченно потер подбородок.

— Теперь вам, Гриша, следует быть начеку. Приглядывайтесь к Чернявскому. Не выпускайте из поля зрения и Иванова. Не исключено, что и они друг другу не очень-то доверяют. Сами понимаете: закон джунглей — лишний рот при дележе... Не думаю, чтобы Милишевский особенно убивался из-за Иванова или Чернявского. Корелова я в расчет не беру — с ним все уже кончено.

— Как быть с Каримом? — спросил Теплов.

Норматов улыбнулся:

— Ну, теперь-то, надеюсь, ему можно все рассказать. Все равно парень в курсе дела. И даже лучше будет, если вы возьмете его под свое шефство. Так вас где ссадить?

— Подальше от центра.

Закрыв глаза, Норматов кивнул. На углу машина притормозила — Теплов выскочил и, перебежав через улицу, спокойно пошел по противоположной стороне.

У западного минарета

В субботу вечером Теплов снова напомнил Иванову о себе. Они встретились на складе. Теплов получал алебастр.

— А, товарищ Семушкин! — приветствовал его инженер, останавливаясь у весов. — Как успехи?

— Грызем гранит науки, — в тон ему ответил Теплов. Кладовщик отставил мешок.

— Здесь постоит или заберете сразу?

— Пусть здесь постоит, отправите с попутной машиной, — сказал Теплов.

— Слышали, завтра на сбор хлопка? — предупредил Иванов, когда они выходили со склада.

— Конечно, хлопок вас больше всего волнует, — проговорил Теплов голосом, в котором слышалось едва сдерживаемое раздражение. — А мне надоело отлеживать бока, понимаете? Если вы держите меня для украшения, то лучше отправьте назад — там найдется что-нибудь поинтереснее.

Иванов дернул его за рукав.

— Тише, вы, — прошипел он, озираясь.

— Это нечестно! — снова вспылил Теплов. — Вы как и прежде приставляете ко мне ищеек. За мной всюду таскается бородатый тип, что-то высматривает, что-то вынюхивает... Я вынужден буду сообщить шефу.

— Да хватит вам, наконец, горячиться! — оборвал его Иванов. — Вы здесь в моем распоряжении, и я приказываю вам ждать. Роли распределены. Без работы не останетесь.

— Значит, скоро? — обмяк Теплов.

— Скоро, скоро, — нетерпеливо кивнул Иванов. — А завтра поезжайте на хлопок. Не следует привлекать к себе внимания.

Он еще раз оглянулся по сторонам и торопливо сунул Теплову горячую руку.

С рассветом почти все реставраторы выехали в подшефный колхоз. Машины шли по широкому шоссе среди зеленого раздолья. Слева и справа ровные грядки убегали к самому горизонту, а там серебрилась легкая дымка, а еще дальше поднимались горы — горбатые, темно-синие...

Реставраторов встретил на хирмане бригадир, моложавый узбек с пышными рыжими усами. Он выделил им участок, подогнал трактором бричку с высокими бортами для перевозки хлопка.

Скоро закипела работа. Теплов старался не отстать от Карима, но тот быстро ушел далеко вперед. Как легко он движется, руки так и летают над фартуком! Иногда оглянется, улыбнется, подмигнет Теплову. Пот струится градом, заливает лицо. А тут еще онемела поясница — ну, хоть бросай все и ложись в грядку. Теплов упрямо идет за Каримом.

Карим остановился, провел рукой по лбу:

— Печет!

Вот и передышка — можно поговорить, расправить спину. Но Теплов только взглянет искоса на Карима и продолжает работу.

— Может быть, все-таки отдохнем?

Теплов молчит. Фартук уже полон, лезет ему на нос, а он все не разгибается. Еще два метра, еще метр...

— Уф!

Он облегченно вздыхает, с блаженной улыбкой на лице останавливается около товарища.

Потом они идут на полевой стан. Там под большим карагачом хауз, а прямо на земле постлана кошма. Старая узбечка с добрым мягким лицом приносит холодный кок-чай — лучшее средство от жажды. Теплов выпивает подряд три пиалы и сразу чувствует облегчение.

Быстро проходит время в поле. Вот уж и солнце склонилось к далеким холмам, длинные тени от тополей протянулись до самого канала.

Вечером, сидя в автобусе, Теплов сказал:

— Что-то на душе у меня неспокойно, Карим. С чего бы это?..

Подмигивая ярким красным огоньком, машина скрылась в конце улицы. Теплов и Карим вошли к себе во двор. Среди кустов было темно. Мягкий теплый шарик подкатился к их ногам.

— Ветерок, да это же Ветерок, — тихонько смеясь, проговорил Карим и, нагнувшись, ласково потрепал пушистого щенка. Месяц тому назад он подобрал его, еще совсем крохотного, за складом на стройке. Щенок был ласков и очень понятлив. Скоро он привязался и к Теплову. Ночами забирался под одеяло и тыкался холодным, как льдинка, носом...

Теплов зажег в комнате свет и, взяв мыло, отправился к водопроводной колонке. Он разделся до пояса, фыркал и покряхтывал от удовольствия.

Потом мылся Карим, а Ветерок прыгал вокруг колонки, хватал его за ноги и радостно взвизгивал.

— Надо бы поужинать, — Теплов посмотрел на часы — магазины уже были закрыты.

— Ничего, — сказал Карим. — Есть выход.

— Какой?