Михаил Самарский – Убей меня, когда разлюбишь… (страница 42)

Андрей и Алиса учились в разных группах, но парень всегда дожидался девушку, несмотря на то, заканчивались ли его пары раньше или позже. Так же было и в тот день. Молодые люди вместе вышли из здания факультета. Парень, как всегда, придержал для нее дверь, пропуская вперед. Затем подал руку и, спускаясь по ступенькам лестницы, как галантный кавалер, шел на шаг впереди, на случай, если девушка вдруг споткнется, он всегда сможет ее придержать. Андрей не на шутку испугался, когда увидел, как Алиса замерла на месте, глядя на человека, стоящего перед ней.

Глава 14

– Леха, ты сегодня был на сцене, как овощ, – возмутился Николай, когда Долотов закончил выступление и вышел за кулисы, потом обрушил на товарища лавину вопросов: – На хрена ты обнюхался в хлам? Мы же договаривались без наркоты. Ты хочешь, чтобы тебя повязали прямо во время концерта? Объясни, что с тобой вообще происходит?

– Сам не знаю, – отмахнулся Долотов, игнорируя друга, прошел мимо, направляясь в гримерку.

– Rudy, Rudy, можно автограф? – Ему навстречу по длинному коридору спортивного комплекса «Старт» бежали поклонницы, сиявшие от счастья при виде своего кумира.

– Я занят, – грубо отрезал он и скрылся в помещении, оставив их в растерянности и полном недоумении.

Через пару минут раздался стук в дверь, Алексей раздраженно открыл замок и распахнул ее.

– Леший, ты что творишь? – с порога выпалил Принц, проходя внутрь. – На хрена ты так с фанатками? Они же ждали тебя целый день.

– Похер, – буркнул Долотов, он взял бутылку воды со стола и, с жадностью осушив половину, вытер рот внешней стороной ладони. – Колян, дай мне отдохнуть, я устал как собака.

– Да нет, брат, ты не угадал. Я не оставлю тебя в покое, пока мы не поговорим, а отдыхать поедем в гостиницу. Хочу понять, что с тобой. Я же вижу, ты сам не свой ходишь в последнее время, что случилось? – потребовал объяснений товарищ.

– Принц, скажи мне, она на самом деле была в ту ночь или это был сон? Может, у меня тогда были галлюцинации после травы? – неожиданно спросил Долотов.

– Вон оно в чем дело, – покачал головой Николай, наконец поняв причину странного поведения друга, и заверил: – Не было у тебя никаких галлюцинаций, девчонка на самом деле была на той тусовке.

– Тогда почему я не могу отыскать ее уже три месяца? – с полным отчаянием в голосе произнес Долотов и печально ухмыльнулся: – Хотя, как я могу ее найти, если даже имени не знаю. Это все равно, что иголку в стоге сена искать. У кого ни спрошу, все только руками разводят. До сих пор не могу понять, как такое возможно, что из всей толпы, присутствующей в тот вечер, ни одна блядь не знает, как зовут девчонку. – Он в гневе взмахнул руками. – Но это фигня, она же каким-то образом попала в мой дом? Не сама же она туда заявилась. Ты же понимаешь, не мог человек случайно попасть на нашу тусовку. А тут что получается, она внезапно появилась и так же исчезла? Прямо видение какое-то, – тяжело вздохнул Алексей и обессиленно опустился на диван.

– А почему ты ни разу за все это время не сказал, что ищешь ее? – недоверчиво полюбопытствовал Николай.

– Не знаю, почему. – Он отчаянно покачал головой и добавил: – Понимаю, веду себя, как малолетка, но ничего не могу с собой поделать. Я с ума схожу, постоянно думаю о ней. Мне жизнь стала не в радость, не могу ни спать, ни жрать. Не хочу ничего: ни концертов, ни денег. Ничего, понимаешь? Чувствую, влюбился, но боюсь даже себе в этом признаться. А еще больше охреневаю от того, что не могу найти ее. Какой-то замкнутый круг.

– Да, Леха, походу ты серьезно попал, – вздохнул Принц, – любовь – это замечательно, но прошу, ради своих чувств к этой девчонке, ради нашей дружбы, ради общего дела, завяжи с наркотой. Не доведет она тебя до добра.

– Я не могу сейчас тебе этого пообещать, – признался Алексей. – Не-мо-гу! Только находясь под кайфом, я способен что-то делать и хоть как-то жить.

– Леха, это иллюзия, – в отчаянии замотал головой друг, – ты сам не заметишь, как удовольствие от дозы постепенно притупится и блаженство сменится необходимостью. Понимаешь, это такая тонкая, совсем незаметная грань.

– Да ладн, брат, не гони. Порошок – та же ганжа. Можно соскочить в любой момент. – Долотов пытался успокоить прежде всего себя.

– Да нет, Леха, – не согласился Николай, – ты заблуждаешься. Кокс и герыч – это такая зараза, которая очень сильно стимулирует нервные окончания в мозге. Та эйфория, которую ты испытываешь от их употребления, вызывает не просто быстрое, а охренеть какое быстрое привыкание, от которого потом очень сложно избавиться. Прошу, пока не поздно, остановись.

– Хорошо, – вздохнул Долотов и пообещал: – Завяжу.

Алексей сдержал свое обещание, вернувшись в гостиницу, он спустил в унитаз весь порошок, что был у него с собой. Но пожалел об этом уже спустя некоторое время, потому как состояние его оставляло желать лучшего. Алексей был согласен с другом, кокс далеко не марихуана. Когда Долотов начал употреблять марихуану, он, как и большинство молодых людей, считал ее легким, безобидным наркотиком. Позже Алексей понял: трава тоже вызывает привыкание. Главная ее опасность в том, что удовольствие от нее быстро проходит. Но когда под рукой нет марихуаны, хотя бы так не трясет, как от отсутствия кокаина. А по большому счету, все наркотики – звенья одной цепи.

Алексей клятвенно пообещал себе, несмотря на полную апатию и неимоверное раздражение, которое накрывало его с головой, перетерпеть и окончательно завязать с кокаином. В конце концов, он же не тупой обезбашенный наркоман. Он прекрасно понимал, что, если не остановится вовремя, следующий шаг – игла. А он боялся ее, как огня. Он понимал, что подсев основательно на тяжелые наркотики, долго не протянет. Век у наркоманов короткий.

Первое время он заглушал неприятные симптомы виски, несмотря на то, что никогда не был сторонником крепких напитков. После употребления алкоголя он всегда мучился, у него страшно болела голова, его мутило. Обычно после пьянки он на целые сутки выпадал из жизни, поэтому всегда ограничивал себя в его употреблении.

Именно после той вечеринки, Долотов сорвался и вновь начал употреблять кокаин. А Принц, как ни ругался с другом, никак не мог понять, что послужило поводом. Тогда, во время тусовки, Николай был прилично пьяным и почти не помнил, что произошло между девчонкой и Алексеем, а друг молчал все это время, как рыба, боясь признаться в своих чувствах.

«Влюбленный Шекспир, мать его так», – мысленно ругал Колян товарища.

Принцев понял – единственный человек, кто сейчас может помочь спасти его друга, это та девчонка.

Гастрольный тур по городам центральной России подходил к концу. Предстоял еще один концерт, после которого они должны были улететь домой. Впервые в жизни гастроли для Алексея были сродни каторге. Он чувствовал себя героем романа Достоевского «Записки мертвого дома». Долотов считал часы до окончания тура, когда он, наконец, сядет в самолет и полетит туда, где живет его девочка. Пусть он не видит ее, но от осознания того, что она находится где-то рядом с ним, в одном городе, ему становилось легче. Проезжая по улицам столицы, он искал ее глазами среди прохожих, в магазинах высматривал среди покупателей, в кафе и ресторанах надеялся увидеть среди посетителей. Иногда Алексею казалось, будто он сошел с ума. Не может мужчина в здравом уме так желать женщину. Где бы он ни находился, он засыпал с мыслью о ней, с ней же и просыпался. Она стала для него центром вселенной, вокруг которой вращалась его никчемная жизнь – жизнь без нее.

Именно в этот тяжелый период появился четвертый альбом под названием «После». Один из треков поразил публику своим текстом. Назывался он «Убей меня, когда разлюбишь». В нем Алексей читал о том, как мужчина во время бурного выяснения отношений в порыве гнева случайно убил любимую женщину, в которой души не чает. А потом долго не мог позвонить в полицию и сообщить о случившемся, из-за того, что не хотел расставаться с ее телом. Он написал его в самолете за пятнадцать минут до приземления в Домодедово. Словесный поток хлынул из Алексея, словно у него открылось второе дыхание. В порыве творческого вдохновения нацарапанные тупым карандашом рифмы легли на белоснежную салфетку, как по мановению волшебной палочки. Принц, наблюдая, с какой увлеченностью друг пишет строки, понял – будет что-то очень достойное. А когда Алексей дал ему прочитать, то на следующий день друг написал к тексту потрясающий минус и бит. Еще один трек «Послание» стал настоящим откровением. В нем Алексей впервые в жизни поделился со своим слушателем обидой и болью, связанной с его матерью. Позже Алексей прочитал высказывание авторитетного музыкального критика об альбоме: «Видимо, у Rudy наступил тяжелый период в жизни. Все треки его нового альбома пронизаны отчаянием, тоской и душевными муками».

После той вечеринки Алексей приезжал в свой дом один раз. Но он не мог подолгу в нем находиться, как бы не тянули его туда ноги. Всего лишь несколько часов девчонка провела в его холостяцкой берлоге и перечеркнула своим кратковременным присутствием все, что было до нее. Теперь дом у него ассоциировался исключительно с ней. Ему больше не хотелось устраивать шумных попоек. Приходящая домработница навела порядок везде, за исключением его спальни, куда он категорически запретил ей заходить. В тот единственный приезд, едва переступив порог дома, он пулей взлетел на второй этаж. В комнате все осталось по-прежнему. Подушка больше не хранила запах девушки, но он все равно неистово прижимал ее к лицу. Как обезумевший фанатик разворачивал простынь и смотрел на следы той ночи. Ему было наплевать, что со стороны это выглядело как чистейшей воды безумие. Хоть через вещи, к которым прикасалась девушка, он хотел почувствовать ее вновь.