Михаил Самарский – Противостояние (страница 21)

– Степыч, как тебе удалось вернуть мое задание? Я думала, ты не справишься с проделками царя.

– У Пули плохо с памятью? – хмыкнул он, – напоминаю, во время нашего недавнего сеанса связи я говорил тебе, что Вирт обновил мою операционную систему. Теперь я могу выполнять любые твои команды.

– Это хорошо, – кивнула она и со вздохом добавила: – Не понимаю, и чего Трив прицепился ко мне? Мало, что ли, в Сети провинившихся пользователей?

– Пуля, ну ты и тормоз, – опять хмыкнул Хардвард и хотел еще что-то сказать, но девчонка его перебила:

– Быстро же ты нахватался всяких словечек.

– С кем поведешься, от того и наберешься, – парировал он.

– Кто из нас еще тормоз, – фыркнула девчонка, – я помню, как в начале нашего общения ты рассказывал мне, какая у тебя крутая память, когда я первый раз тебя так назвала, или как угостил меня плоскогубцами, когда я попросила у тебя что-нибудь перекусить, – хихикнула она и невольно посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что никто не видел, как она смеется сама с собой, а потом продолжила: – Ты тогда все мои слова и выражения принимал за чистую монету.

– Потому что в моей памяти было мало слов, а теперь Вирт сказал, что в моем словарном запасе их больше, чем было у Лермонтова, – объяснил Степа.

– А сколько у него их было? – нахмурилась Пулька.

– Триста двадцать шесть тысяч, – ответил он.

– Ого, – удивилась девчонка, – я этого не знала. – И вернулась к прежнему разговору: – Ты так и не ответил на мой вопрос.

– На какой? – спросил помощник.

– Хм, а еще говорит, что у меня плохо с памятью, – закатила глаза Пульхерия, – так я человек, а ты робот и, значит, должен помнить все.

– Я и помню, – подтвердил тот, – просто машинально спросил. Пуля сама знает на него ответ. Все дело во мне. Трив хочет, чтобы я попал в руки к его пользователю, и тогда он сможет завладеть еще большим количеством пользователей.

– Но ты же выйдешь из строя, если я буду просить тебя совершать плохие поступки, – напомнила девчонка.

– Да, – подтвердил он, – но пока это произойдет, можно много зла сделать. Ты же знаешь, я не могу тебе не подчиниться и буду вынужден их выполнять. Вот поэтому царь и добивается, чтобы ты служила ему. Он думал сломить тебя, когда отправил в пещеру, но крысы помогли тебе сбежать оттуда. А теперь, когда у меня операционная система, не имеющая аналогов в виртуальном мире, он точно от тебя не отстанет. А если не добьется твоего согласия, тогда будет предпринимать все возможное, чтобы вывести меня из строя, лишь бы ты не совершала добрых поступков.

Вспомнив Пикси, девчонка не на шутку испугалась и спросила:

– Трив тоже знает, кто помог мне сбежать из пещеры?

– Я не владею такой информацией, – ответил Степа, – Вирту об этом сообщила Люси.

– Если царь узнает, что мне помогли крысы, им точно несдобровать. – Девчонка покачала головой и вдруг испуганно закрыла рот рукой. – Ой, а что, если он сейчас нас слышит?

– Пуля может не переживать, – успокоил ее помощник, – когда мы с тобой разговариваем, вокруг нас создаются шумовые помехи, так что ни один тривиал нас не слышит.

– Фух, – облегченно вздохнула она, – мне бы очень не хотелось, чтобы Пикси пострадала из-за меня.

Тем временем Пульхерия подошла к классу и прежде, чем войти в кабинет, сказала:

– Ладно, Степа, я пришла на русский, до связи.

Глава 14

Возвращаясь в тот день из школы, девчонка несказанно радовалась, что все остальные уроки прошли без царских сюрпризов. Ей хватило с головой утренних похождений по школе и пропавшей лабораторной работы. Она до сих пор не могла прийти в себя от пережитого стресса. На большой перемене Пулька уже слопала шоколадку, но по дороге еще зашла в магазин и купила любимое мороженое. Лекарство лишним не бывает, особенно если учесть, насколько сильным было нервное потрясение. Заодно Пульхерия прихватила батон белого хлеба для своих подружек – уточек. Она уже столько раз намеревалась сходить к ним в гости, но ей постоянно что-то мешало. То смартфон с помощником нашла, то мама сказала срочно возвращаться домой, то ураган вторгся в ее планы. А в этот день никаких препятствий не намечалось.

Погода стояла великолепная, к тому же мама уехала по своим делам и обещала вернуться только к вечеру. Тогда почему бы не навестить пернатых? Уж в этот раз она точно до них доберется. В компании с мороженым идти было гораздо веселей, и Пульхерия не заметила, как впереди показался парк. Она прошла через ворота и направилась по центральной аллее в сторону пруда. К тому моменту, когда лакомство закончилось, Пулька почувствовала, что порядком подмерзла. У нее часто такое бывает после мороженого, но уже спустя какое-то время снова становится тепло. А в этот раз организм никак не хотел согреваться и почему-то становилось еще холодней.

Девчонке пришлось вытащить из рюкзака ветровку и надеть ее, но и от этого теплей не стало. Ясное дело, разве может согреть кусок плащевки, да еще без подкладки. Пулька вспомнила, как каждый раз, когда мама заставляла ее взять с собой эту куртку, отец смеялся и говорил: «Одно название, что куртка. Толку от нее, как от козла молока». И только теперь Пулька поняла, насколько он был прав. «Видимо, будет похолодание», – решила она и застегнула молнию по самое горло. Как обычно, в парке было многолюдно. Ей то и дело встречались бегуны, мамашки с колясками, повсюду носилась детвора на великах, скейтбордах и самокатах, на лавочках старики и старушки оживленно обсуждали последние новости. Иными словами – жизнь кипела вовсю. Вот только никто из них не выглядел замерзшим. По крайней мере, так казалось со стороны. Чем ближе она подходила к водоему, тем меньше народу становилось вокруг. Хотя в этом не было ничего удивительного. Пруд находился в самой отдаленной части парка, и туда мало кто доходил, разве только такие же любители покормить уток, как она, а их было не так уж много. За все время девчонка лишь пару раз встретила там одну и ту же женщину с маленьким мальчиком. Правда, ему эти утки как шли, так и ехали.

Парню больше нравилось кидать камешки в воду. А вот женщине, как и Пульке, доставляло удовольствие кормление пернатых. Она приносила с собой целую булку хлеба и скармливала им. Не всю, конечно, потому что какую-то часть съедал мальчишка. В перерывах между метанием камней он подбегал к ней, открывал рот и ждал, когда она положит ему кусочек хлеба, а потом опять возвращался к своему занятию. Ну вылитый гусеныш! Пульхерия смотрела, с каким аппетитом он лопает, и думала: «Небось, дома его не заставишь есть хлеб». Это как с растительностью на биологии. На улице все эти травы-муравы никто из учеников не замечает, а на уроке разглядывают, словно какое-то невиданное чудо. Еще даже не дойдя до пруда, девчонка увидела, что возле него нет ни души. Правда, неподалеку на лавочке обнималась какая-то молодая парочка. Пульхерия прошла мимо, стараясь не смотреть на них. «А то еще подумают, что я подглядываю за ними», – подумала она и сняла рюкзак с плеч, собираясь достать батон. И вдруг услышала сзади непонятный звук, напоминающий треск стекла, и почувствовала сильный поток ледяного воздуха. Она обернулась и от увиденной картины оцепенела от ужаса. На парк стеной наползала морозная мгла, сковывая ледяным панцирем деревья, кусты, лавочки, фонарные столбы и даже молодых людей, превратив их в сидячие статуи.

«Ничего себе похолодание!», – вытаращив глаза, пробормотала Пулька. Все это напомнило ей кадры из какого-то фильма-катастрофы, в котором на земле случился апокалипсис и все вокруг замерзло. Она снова обернулась и обнаружила, что пруд и та часть парка, что находилась за ним, оставалась еще не тронутой морозом. Первая мысль, что возникла в ее голове: «Беги, пока ты тоже не превратилась в ледышку». Она так испугалась, что напрочь забыла про помощника и рванула что есть сил. Немного отбежав, она снова обернулась, и от увиденного слезы навернулись на глаза. Пруд превратился в каток, на поверхности которого застыли ее подружки. Слов нет, чтобы передать, как ей было жалко их. Тем временем, мороз продолжал наступление и все ближе подбирался к ней. Пульке ничего не оставалось делать, как снова уносить ноги. Она опять рванула вперед и вдруг увидела появившуюся словно из ниоткуда пожилую пару. Держа друг друга под руки, они шли ей навстречу прогулочным шагом, так, как будто вокруг ничего не происходило.

– Скорей уходите отсюда, – девчонка замахала руками, как пропеллером, и показала назад, – там все замерзло.

Мужчина и женщина на мгновение остановились, в непонимании глядя на нее, затем переглянулись между собой, одновременно пожав плечами, и продолжили путь.

– Вы что, меня не слышите? – воскликнула Пульхерия, – туда нельзя идти, вы там превратитесь в ледяные статуи.

– Девочка, с тобой все в порядке? – спросил мужчина, когда они поравнялись с ней. – Может, тебе нужна помощь врача?

– Да не нужен мне врач, – она в отчаянии всплеснула руками, – я хочу вас спасти.

– От чего? – Женщина вскинула накрашенные брови.

– От мороза, – выпалила Пулька.

– Деточка, какой мороз? На улице май месяц, – усмехнулась та и посмотрела на спутника.

– По-моему, она нездорова, – шепнул он ей на ухо, – надо бы скорую вызвать.

– Ты прав, – поддержала его женщина.