«Спасибо, долгий век, тебе за милость…»
Спасибо, долгий век, тебе за милость,
Когда открылся новый счёт годам,
Я всё раздал, боль, что в душе томилась,
И, что ещё пошлёт Господь, раздам.
Я – сеятель, недаром, слава богу,
Преодолел такой гремучий путь,
Чтоб тем, кто отправляется в дорогу,
Тяжёлый посох истины вернуть.
И повторю, во что поверил, – снова,
В начале восхожденья своего:
Нет в мире ничего прочнее слова
И ничего прекраснее его!
«Одолевая трудные ступени…»
Одолевая трудные ступени,
Закрытые, жестокие года,
Я верил: не терпенье – нетерпенье
Меня не бросит в жизни никогда.
Не отвечал наветам и ударам,
Порой изгоем жил в родном краю,
Но ничего не достаётся даром,
Достойно прожил я судьбу свою.
Не сосчитать потерь, как волны в море,
И что гадать, каким я мог бы быть!
Рисунок тайный есть в любом узоре,
Возможность есть всегда его открыть.
Пускай моё наследство небогато,
Никак не заглянуть через века,
В том, что потомки отберут когда-то,
Быть может, будет и моя строка…
«В жизни всё – любая малость …»
В жизни всё – любая малость —
Оцифровано давно.
В снах по-прежнему осталось
Чёрно-белое кино.
Люди все равны, а всё же
Стоит лишь делить начать —
Мы по цвету глаз и кожи
Их сумеем различать.
Чёрно-белые событья
Рассказал бы – да солгу,
Что там не смогу забыть я?
Редко вспомнить что могу!
Сон, как в цирке на арене,
Смотрят все, поражены…
Говорят, что шизофреник
Видит лишь цветные сны.
«Ты радость со мною мою раздели!..»
Ты радость со мною мою раздели!
Я ею делиться готов…
И верно, что вырастет счастье земли
До самых глухих уголков.
И с каждым ты радость свою раздели,
Она для того нам дана,
Чтоб люди повсюду поверить могли:
Разделишь – и больше она!
Зерно прорастает, даёт колосок,
И зёрен в нём больше в сто раз…
А если когда-то ты людям помог,
Счастливее будешь сейчас.
«Фиолетовый, розовый, белый…»
Фиолетовый, розовый, белый
Свет рекламы вплывает в окно,
До неё никакого мне дела,
Я в огнях затерялся давно. 
