Михаил Садов – Хозяин (страница 3)

Все началось с того, что после вступления во владение наследством со мною связался один местный авторитет, который потребовал возврат долга погибшего дяди. Этот крайне раздражительный криминальный элементы посчитал, что раз я унаследовал имущество должника, то и ответ держать мне. А деньги там были далеко не маленькие, надо сказать.

Он даже попробовал совершить налет на мой дом и если бы не Кет с некоторыми его… обитателями, то кормить бы мне рыб на дне морском.

В результате же вышло так, что его амбалы сами оказались завтраком для… как оказалось полуживого дома. А сам он вместе с двумя подручными угодил в темницу сырую. Да-да, у нас под домом оказались целые катакомбы, что вообще непонятно в каком измерении находятся.

И все бы ничего, да вот только мое промедление с решением судьбы пленников сослужило лишь плохую службу. Сбежал тот боров, да еще и смог укрыться у своего родственника, который как оказалось был не последним человеком в городе.

Если бы не Марго, то быть бы беде, но спасибо ее умениям, удалось ликвидировать беглецов до того, как они хоть что-то смогли рассказать. Хотя это и не уберегло от внимания отдела по паранормальным явлениям. Как результат дело хоть и замяли, но должок за мною повис перед их начальником.

Остальные же кредиторы пока что не объявлялись, но чует мое сердце, что это еще далеко не конец. Правда остальные займы были куда как меньше и, возможно, там вообще удастся как-то договориться? Вся надежда на ту сделку, о которой Давид с таким воодушевлением рассказывал. Останется лишь как-то реализовать золото на этой стороне и тогда можно будет подумать о том, чтобы закрыть хотя бы часть долгов.

— Надеюсь, все пройдет успешно, — пнув слегка столб, на котором по идеи должны держаться резные ворота, а не лежать рядом, я вернулся к машине.

Виляя между деревьями, дорога вскоре вывела меня к деревне, в которой я и покупал ранее свинку. Как ранее мною выяснилось деревня только на первый взгляд выглядела никому не нужной. Некоторое количество жителей все же продолжало проживать в ней, а кто-то даже содержал скотину за счет чего и выживал видимо.

Более того когда бродил по деревне в поисках желающих продать живую свинью, узнал, что здесь имелся свой хоть и маленький, но магазинчик. Выяснилось это по наличию бабок у его входа, что сидели на скамейках. По-другому бы просто не обратил внимания на еле заметную вывеску с выцветшей надписью названия магазинчика.

В остальном же, это была богом забытая дыра, далеко от основных трас, каких-либо предприятий и даже райцентра. Поэтому для меня стало настоящим удивлением куча рабочих, что спешно разбирали один из домов на центральной улице.

Остановившись напротив маленького и довольно обветшавшего домика, в котором располагался магазинчик, покинул машину, собираясь прикупить воды в дорогу.

Взглянув еще раз на рабочих, но так и не найдя в этом ничего необычного, последовал ко входу, у которого на скамеечке сидела пара старушек. Те проводили меня колючим взглядом, в котором так и ощущалось обвинение во всех смертных грехах разом.

И уже будучи внутри до меня донеслись их комментарии, заставив ненароком споткнуться:

— Наркоман поди.

— Не, токсикоман, — авторитетно ответила вторая. — Видела какой бледный? Как пить дать токсикоман.

— А разве это не одно и тоже?

Скривившись, покачал головой, подойдя к прилавку. Слабый свет от лампочки не скрывал бедный ассортимент обычного деревенского магазинчика и дородную, далеко не молодую продавщицу.

— Водки в долг не отпускаю, тьфу, — произнесла та, выплюнув кожуру семечки и даже не взглянув на меня, продолжая чтение книжки.

При этом второй руки набрала очередную порцию семечек из кружки, что стояла на прилавке.

— Да и не надо, я не пью так-то, — ответил ей, поражаясь тому, что уже в который раз заезжаю сюда за водой в машину и каждый раз заставляю ее в таком положение с книгой в одной руке и семечками в другой. — Мне бутылку воды.

Отвлекшись от книги и посмотрев на меня, она тут же отложила ее в сторону вмиг поменяв свой тон.

— А барин, это вы, я и не признала вас.

— Почему барин-то? — Проворчал удивленно.

— Ну, а как же, вы же заселились в бывшей барской усадьбе, а значит барин, — последовал ее ответ, доставая литровую бутылку газированной воды.

— Мда, а вы откуда узнали?

— Так вы же у Семеновых свинку брали, а они вам помогали доставить ее к усадьбе. Вот и рассказали. О вас уже все село в курсе. Так и называют барином. А что стало с предыдущим владельцем-то?

— Умер, — проворчал, выкладывая сотку на прилавок. — А я его племянник, унаследовал.

— Ох, батюшки-то, — всплеснула она руками. — Какой ужас-то. Какой души человек-то был и умер.

Хмыкнув, так ничего и не сказав насчет душевных качеств дяди, задал ей более актуальный вопрос:

— Я смотрю у вас тут оживленнее стало. Старые жильцы вернулись или новые приехали?

— Ой, я и сама-то удивляюсь, думала, что в нашу дыру уже никто и не захочет перебраться. Я и магазин-то открыла только, чтобы со скуки не помереть, да старикам нашим было где закупиться. А представляете, после того как вы поселились в старой усадьбе, так в деревню-то люди и потянулись. Вы прям вдохнули новую жизнь в этом богом забытое место. Это уже второй дом, который ремонтируют-то. Старый дом Квашинов тоже вот недавно купили, но он был в более-менее приличном состояние, так что там уже живут. А тут сами видите, аж рабочих нагнали из самого города аж-то.

— Что-то сомневаюсь, что из-за меня, — проворчал, забирая бутылку, не желая разводить долгих политесов. — Всего хорошего.

— До свидания.

Кинув на выходе недовольный взгляд на престарелых сплетниц, что продолжали перечислять варианты насчет меня. Не удержавшись, презрительно хмыкнул в их сторону стараясь тем самым показать все что думаю об этих клушах.

— Ну точно шпиён какой-то.

— Да не, этот как его там терроредист, — успел услышать перед тем, как закрыть дверь.

Тоже мне, эксперты нашлись, что даже и слово это произнести правильно не могут, а уже в террористы меня записали, — хмыкнул, заводя машину.

Вообще новость, что деревня оживает была малость неприятной, так как меня больше устраивала некая отдаленность от обжитых мест. Слишком уж неоднозначный контингент удерживается в усадьбе и чем дальше от людей, тем будет лучше.

Уже на выезде из деревни на встречной полосе чуть не столкнулся с джипом, но разъехавшись с ним лишь покачал головой. Определенно раньше деревня была менее оживленной. Но проехав еще метров десять нажал по тормозам, ибо до меня таки дошло, что я только что видел, когда мы разминулись.

Определенно полупрозрачная фигура с бледным и осунувшимся лицом, что сидела на заднем сидении джипа никак не могла принадлежать человеку.

— Это вообще, что бала за хрень такая? — Посмотрев в зеркало заднего вида, подметил, как джип свернул на одну из улочек и скрылся за домами.

Была мысль срочно развернуться и проследить за машиной с необычным пассажиром, но подумав все же решил махнуть на это рукой:

— Нахрен, не мое это дело! У меня и так проблем выше крыши. И вообще, я не нанимался в охотники за приведениями.

Однако странно, — продолжив движение, постарался отвлечься от увиденного. — Что-то в последнее время я даже без активации глаз стал видеть всю эту хрень.

И тем не менее проверил кинжал, что висел в ножнах под плащом. Это было единственное мое оружие против нематериальных неожиданностей изнанки этого мира. По словам Кет метал из которого он был изготовлен мог запросто развеять даже самого сильного призрака.

— Уж лучше бы не имел такой способности — спал бы спокойнее, — проворчал, жалея о том, как сильно переменился мой взгляд на мир, как только прорезался дар, унаследованный от матери.

В ее записной книжке, которую она оставила для меня, было сказано, что со временем глаза сами начнут адаптироваться и их уже невозможно будет отключить. Так что отныне мой мир навечно грозил измениться и это было не самое приятное. Особенно когда видишь, как какая-то гадость цепляется к родному тебе человеку.

Это было в тот же день, когда я встречал отца в аэропорту. Я тогда провел с ним весь день и на ночь решил остаться у него. Ну и уже ночью, когда он спал, взбрело мне что-то в голову посмотреть на него новым зрением.

И черт подери, когда посмотрел на спящего отца и увидел в районе сердца какую-то мерзкую гусеницу, что прикрепилась к его ауре то чуть не заорал от испуга. Именно тогда я впервые и воспользовался кинжалом, чтобы избавиться от этой дряни.

Позже вместе с Кет мы нашли описание этого паразита в библиотеке. Назывался он «Пожирателем скорби» и питался как не сложно догадаться скорбью людей, которые пережили какую-то сильную утрату. К счастью, он был совсем маленьким и видимо подцепился к отцу уже после смерти мамы, так что не успел натворить дел.

А в остальном же его аура не несла на себе никаких паразитов или даже их следов и была крайне здоровой, что говорило о том, что мама следила за состоянием отца. По-другому я не мог найти оправдания этому, учитывая, что только она обладала схожими глазами.

С тех пор я стал постоянно таскать с собой кинжал — настолько сильно тот случай отпечатался в моей памяти.

Первой моей остановкой на сегодня стал магазин инструментов, где решил закупиться тем, что запрашивал отец. И там-то задержался у одного из стеллажей с различного рода ручными стамесками и резцами.