Михаил Росс – Слезы Зоны (страница 37)

— Часть вас тоже не отведает, — уже тише произнёс сталкер.

— У нас всего десять минут, — напомнил Эрудит. — Чего делать-то будем?

— Если есть желание — перекуси. Или ствол почисти.

— Зачем?

— Ну надо ж как-то эти десять минут убить.

— Ты что, будешь вот так сидеть и ждать? — удивился старый сталкер.

— Я — да. У меня других идей нет. А ты чем займёшься?

Несколько минут все молчали. Да и сказать было нечего. Время от времени Москит нервно щёлкал предохранителем, да Каль подозрительно шмыгал носом.

— Нееееемо! — вдруг донёсся до них крик снаружи крик Штыка. — Ты не стреляяяяяй! Это я идууууу!

Одинокий снайпер молча взял на прицел дверь. Но когда она приоткрылась, в неё действительно проскользнул один только сталкер, подтягивающий левую ногу, оставляющую кровавую полосу на ступенях.

— Люба, держи Сайгу, — распорядился Немо. — Перун, Москит, следите за дверью. Стволы не опускать. Эру, присмотри за Калем. Ты чего пришёл?

— Отпросился у одного из этих, который главный. Пообещал, что вас выведу к ним.

— Думаешь получится?

— Нет. Не получится, — сталкер повернулся к нему спиной, присел возле своего рюкзака и копаясь в нем, как показалось Перуну, засовывая что-то за пазуху, продолжал говорить. — Их там десять осталось. Одного я успел положить, прямо в лоб закатал, второго ты. По двое слева и справа от дверей. Четверо спереди. Остальные как выйдешь, сзади. Стволы у всех хорошие. У половины Валы. Ещё два Абакана. СВУ тоже две штуки. Из одной мне ногу и продырявили, — удивительно спокойно, даже не сбиваясь, как обычно при таких длинных предложениях, рассказывал он. — У главного, который меня сюда отпустил, здоровая такая пушка. Я не разу таких или хотя бы похожих не видел. Меня на две минуты всего отпустили. Немо, ты, это, постарайся, ага? — Штык поднялся, и все увидели, как раздулся в районе пояса его камуфляж, перехваченный ремнем. — А я пошёл. Вы подождите тут…

— Блин, Штык, не подсказала тебе Зона, что уходить надо? — без сарказма, грустно выдавил Перун.

— Подсказала. Утром ещё. Когда спорили, идти с Немо или не идти, — не поворачиваясь остановился он на лестнице.

— А чего тогда сам предложил идти?

— Надо так. Только не знаю, почему… — он распахнул дверь и сделал шаг наружу, даже перестав хромать.

И вдруг полную тишину, в которой, казалось, все даже перестали дышать, взорвал дикий грохот и треск разлетающейся в щепки двери. Но те даже не успели упасть на пол, когда Немо вылетел из землянки. Часто защёлкал Винторез.

— Выходите! — услышали остальные его крик.

Ошалевшие от грохота, быстроты всего происшедшего и просто ничего не понявшие, сталкеры высыпались из землянки. В первое мгновение им показалось, что все вокруг завалено телами. По крайней мере вся земля возле выхода покраснела от крови и кусков плоти. Тела монолитовцев беспорядочно валялись вокруг того, что недавно было дверью. Экзоскелеты, защищавшие их — порваны в клочья, словно пройдя сквозь мясорубку. Тела же Штыка они вообще не увидели.

— Люба, отведи остальных на сотню метров отсюда, — скомандовал Немо, скрываясь в землянке.

Она молча выполнила приказ и вся группа наблюдала за непонятными действиями сталкера с приличного расстояния. Он вытащил из землянки матрац, на котором спал и положил возле входа. Рядом бросил и рюкзаки, оставленные в землянке. Потом не меньше десяти минут ходил вокруг, всё увеличивая радиус поиска. Время от времени он наклонялся, подбирал что-то и складывал на матрас. Наконец, видимо удовлетворившись результатом, спустил матрас в землянку, а выйдя, принялся ожесточенно пластать землю вокруг выхода. Артефактный клинок с невероятно противным скрежетом, рассекал даже бетон, из которого строители Свободы построили надёжный дверной косяк. Примерно через четверть часа вход оказался полностью завален землёй и бетоном, и Немо вернулся к остальным, швырнув увесистую кучу рюкзаков к их ногам.

— Ты чего это… там делал? С чего землянку угробил? — бросил окончательно сбитый с толку Эрудит.

— Штыка по-человечески похоронил. А эту падаль пусть зверье хоронит.

— Так чего ты собирал? — хрипло спросил Москит, от потрясения даже забывший о привычке зудеть по поводу и без него. — Его… — он нервно сглотнул комок.

— То что осталось от него.

— От Шт-Штыка? — побледнев и, даже чуть пошатнувшись, пролепетал Перун. — Его что… совсем?

— Почти. Мало что осталось. Десяток гранат сразу это очень круто. Недаром почти всех в клочья сразу. Мне всего троих оставил. Остальных я уж так, для надёжности…

Нервы Перуна окончательно сдали и он, присев на корточки, обхватил голову руками и шмыгнул пару раз носом, пряча лицо ото всех, особенно от Немо и Любы.

— Как же эти уроды вышли-то на нас? — едва двигая бледными губами, пробормотал Калькулятор. — А вдруг теперь другие сюда припрутся? Нас же здесь как в тире положат…

— Монолитовцы никогда не убивают тех, кого могут ранить и взять живьем. Говорил же, как они в свои ряды вербуют. Наткнулись, само собой, случайно. Шастали по Зоне и вдруг видят — Штык из землянки вылез. Вот и решили взять нас сонных. Хорошо, что их так мало было. Видно разбились на две группы, чтобы легче искать было. Мы ж недавно весь их отряд встретили. Вот тогда бы и Штык слабо помог.

— А с чего это он… так? — совсем тихо спросила Люба, также присев на корточки и держа Сайгу на коленях. — Ведь ему никто и ничего не говорил…

— Если б сказали — не пошел бы, — уверенно ответил Немо.

— Конечно не пошёл бы! — взорвался Эрудит, все больше запутываясь и оттого погружаясь в пучину ужаса. — Немо, ты, падла, чего с ним сделал? Ты что с моими людьми делаешь? — пальцы уже выбивали неприятную дробь, истерично стуча по прикладу и цевью винчестера. — Двое сгинули неизвестно как, теперь вот ещё и Штык! Я тебе, сука, голову снесу!

— Заткнись, Эрудит. Заткнись по-хорошему, — посоветовал сталкер, сидя к нему в пол оборота и наблюдая, как стая слепых псов, голов в двадцать пять, огрызается на пару псевдособак, также претендующих на трупы монолитовцев.

Не припугнул, не закричал. Именно посоветовал, словно заботясь о том, чтобы собеседнику было лучше.

Доведённый до крайности от страха, непонимания, ярости за наглый ответ сопляка и просто от накопившейся агрессии, Эру щёлкнул предохранителем, вскидывая винчестер и направляя его в висок Немо. Тот лишь медленно повернул голову, вглядываясь в глаза безумца. Дыхание сбилось, потому что от какого-то животного ужаса Эрудит просто забыл вдохнуть. Из глаз на него смотрел кто угодно, но не двадцатилетний мальчишка. Он вдруг понял, что даже сейчас, когда раненный Немо сидит в двух метрах, а винчестер смотрит ему в лицо, в этом бою нельзя победить. Либо пуля не успеет вылететь из ствола, либо просто не попадёт в цель. Потому что перед ним сидело существо, многократно опаснее мутанта, который вобрал бы в себя лучшие качества самых страшных тварей, порождённых Зоной. Оружие дрогнуло, резко уходя от цели.

— Немо, поясни хоть ты, с чего он так себя вдруг и их сразу? — путано выдавил только сейчас поднявший бледное лицо с блестящими от слез глазами Перун. — Мне не понятно…

— А с Фашистом понятно? — парировал Немо. — Поднимаемся. Уходим куда-нибудь, переночевать надо.

Действительно, солнце, так и не выглянувшее из-за туч после дождя, клонилось к западу. А ночевать возле горы трупов, привлекающих множество любителей свежей человечины, мог только самоубийца.

— Ты чего, хочешь всех их так бросить? — возмутился Каль.

— Зона их похоронит. А что ты предлагаешь? — с удивлением спросил Немо.

— Так там же стволов отборных гора! Бармен нас будет полгода кормить за них!

— А мне там ничего не нужно. Единственную Гаусовку осколками угробило. Остальное — забирай. Только сперва эту компанию отгони, — Немо кивнул головой на свору мутантов, к которой прибавился кабан, вцепившийся в ногу монолитовца и шустро утаскивая добычу подальше от конкурентов. В Зоне редко выживает тот, кто привередничает в пище.

— Ото-отогнать? — вцепился в цевьё Вала ещё больше побледневший Калькулятор. — А и правда, ну их к чёрту, стволы эти. Тащить ещё на себе…

— Пошли, — Немо устроил на спине рюкзак и отнятую у Любы Сайгу и с Винторезом в руках подал остальным пример, шагая куда быстрее и увереннее, чем утром.

Ошарашенные сталкеры топали следом. В голове каждого путались, сшибались и мешали друг другу сотни мыслей. Попадутся ли на пути остатки Монолита? Стоит ли вернуться за оружием, когда мутанты объедят и растащат трупы? Что такое произошло со Штыком, после чего он покончил с собой? И, самое главное, кто или что же такое на самом деле этот Одинокий снайпер?

Отводить отряд далеко от места побоища Немо не стал. Отойдя всего на полкилометра, он бросил свой увесистый рюкзак под кронами жалкой кучки жидких деревцев, где земля то ли не промокла от вялого дождика, то ли успела просохнуть. И как раз в этот момент солнце освободилось от туч и бросило последние лучи, закатные лучи, окрашивая кожу сталкеров в неприятный цвет, словно они только что искупались в крови.

— Ночуем здесь, — распорядился Немо, извлекая из рюкзака банку печеночного паштета и галеты. — Эрудит, выставишь часовых. Я дежурю последним. Девчонку в часовые на назначать. И дайте мне хоть раз нормально поспать!