Михаил Родионов – Меч Спартака. Безликие. Книга 1 (страница 18)
– Я делал обход стены и не обнаружил охранника на своем месте. Там, где он должен был находиться, я нашел кусок веревки, переброшенной через стену и спускавшейся вниз с наружной стороны. Согласно уставу, я сразу же подал сигнал тревоги.
– Ты сделал все правильно. Объявляю благодарность за бдительность. Сейчас обыскать всю виллу и территорию вокруг стены. Ищите любые зацепки, обращайте внимание на всякие мелочи.
Бригадиры разбили отряды по пять человек, и все отправились на поиски пропавшего охранника. Поиск ни к чему не привел.
– Значит, будем расширять зону поиска, – РоМ опять собрал всех бригадиров и начал объяснять, где еще нужно искать. К нему привели одного из поваров.
– Чего тебе?
– Вы сказали докладывать о всех мелочах, вот я и подумал…
– Ну, говори уже, что там у тебя?
– У нас на складе пропал мешок с крупой. Там крупа уже почти заканчивалась, но вы сказали докладывать, вот я и…
РоМ перебил его, не дав договорить:
– А вот это уже не мелочи, это уже многое объясняет. Спасибо тебе. Ты нам здорово помог, – и, повернувшись к своим помощникам, добавил: – теперь все ясно. Группам поделить весь город на участки и проверить все злачные места в округе. Он где-то здесь. Проверяйте кабаки, бордели, пристани. Пошлите бойца предупредить Блока. Для тех, кто остается на вилле, режим тревоги не отменяется. Всем быть готовыми к отражению нападения. Неизвестно еще, что у него или у них на уме.
Через час на виллу прибыл БлокАДА. РоМ обрисовал ситуацию, и они вместе поднялись в комнату Блока. Туда же была вызвана Тинки. Свита и Лау на вилле не было.
– Что известно беглецу?
– Совершенно ничего. Он был из третьего отряда и был задействован только в карауле на стене.
– Хорошо. У нас еще могут возникнуть проблемы. С открытием казино клуб стал приносить слишком большие деньги. Там хранить их уже небезопасно. Придется делать на вилле свой банк. РоМ, займешься на досуге. Тинки, что у нас со стройкой на вершине горы?
– Через неделю закончим.
– Сразу же установите радиоантенну, а то без раций, как без рук уже.
– Конечно. И еще, скорее всего, уже завтра закончим делать проход сквозь скалу. Делали с таким расчетом, чтобы два квадроцикла могли свободно разъехаться.
– А чем людей потом будешь занимать?
– Ну, мы решили построить подземный город, там работы хватит еще на год.
– Ну, значит, так и решим.
Они совещались около часа. Вдруг во дворе послышались голоса и скрип открывающихся ворот с поднимающейся железной решеткой. Как РоМ и предполагал, охранника нашли в ближайшем борделе. Он был совершенно пьян и ничего не понимал. Его тащили на руках, не очень-то церемонясь. Рядом с ним шел его начальник бригады. Смотреть на него было просто невозможно. Он сразу же постарел на много лет, ссутулился и осунулся. Все, кто были на вилле, собрались около пьяного гладиатора.
– Приведите его в чувства, – дал команду РоМ.
– Может, просто голову отрежем и выбросим в лесу? – предложил кто-то из толпы.
– Нет, нужно попытаться разобраться в случившемся и сделать соответствующие выводы. Гладиатору, лежащему на земле, вылили на голову несколько кастрюль ледяной воды, и он понемногу начал приходить в себя. Озираясь по сторонам, он, наконец, остановил свой взор на Тинки:
– А, и ты здесь? Чего пришла? Иди командуй своими строителями, а у нас есть свой хозя… – ему не дали договорить.
Один из бригадиров ударом кулака разбил ему лицо, и гладиатор снова без чувств свалился на землю.
– Приведите его в чувства, – повторил РоМ.
Как и в первый раз, пьяному вылили на голову ледяную воду, и он пришел в себя окончательно.
– Рассказывай, – голос РоМа звучал угрожающе.
– А чего рассказывать?
– Все рассказывай, когда додумался украсть у своих, как ушел с поста…
– Не буду я ничего говорить…
– Ну, не будешь, и не надо. Заковать его в цепи и утром отправить в подарок бывшему хозяину, тот будет очень рад подарку, – РоМ отвернулся и подошел к Блоку и Тинке.
– Как к бывшему хозяину? РоМ, не делай этого, прошу тебя… он убьет меня, ты его просто не знаешь. Мы все там были и знаем его…
Все стояли вокруг, раскрыв рты. Это было самое страшное наказание, которое можно было только придумать.
РоМ повернулся к охранникам:
– Мне что, нужно все по два раза вам говорить? Бригадир, что у тебя с дисциплиной в отряде?
– Подождите, я все могу объяснить, дайте сказать, – пьяный уже полностью протрезвел, и весь ужас его будущей жизни отразился на его лице.
– Выполняйте приказ вашего командира, или нам придется полностью заменить всю охрану, – эти слова уже произнес БлокАДА, и от звука его голоса у всех застыла кровь в жилах. Двое охранников взяли под руки провинившегося и повели в сторону кузницы.
– Вот, значит, какая она, ваша обещанная свобода? – вдруг громко крикнул беглец и, неожиданно оттолкнув своих конвоиров, бросился в сторону Блока. В его руке блестел нож, спрятанный до этого за поясом. В мгновенье ока ему наперерез бросились два бригадира, сбили его с ног и прижали к земле, но нападавший почему-то уже не сопротивлялся. БлокАДА даже не повернул головы в сторону нападавшего.
– Встаньте. Встаньте, говорю, – Ром подошел к бригадирам, и те медленно поднялись с земли.
Тело беглеца лежало без движения среди толпы людей, которые чуть не лишились дара речи от увиденного. РоМ ногой перевернул лежавшего человека на спину, и все увидели, что у него в сердце по самую рукоятку торчит нож. РоМ, не торопясь, вытащил окровавленный клинок, тщательно вытер его об убитого и засунул обратно себе в ножны, которые были прикреплены к широкому армейскому ремню.
– Хороший выстрел, – произнес он, осматривая убитого. – Точно в переносицу.
– А вот ты чего-то стал медленнее, – ответила Тинки, убирая пистолет в складки платья.
– Да Блок такое пузо отъел, что нож метать стало совсем неудобно, не видно ничего. Пока его обойдешь…
– Поговорите мне тут еще, – буркнул БлокАДА и пошел в свою комнату, – сами тут дальше разбирайтесь, развели бардак. Вот разгребу дела в клубе – возьмусь за вас.
– Теперь нам нужно выяснить, были ли у него помощники, – Тинки показала на тело. Люди стояли в полной тишине, слышно было только тяжелое взволнованное дыхание.
– А ну-ка, постройте мне всех людей в одну шеренгу.
– Ты чего задумала? – РоМ решил, что Тинки захотела всех наказать долгим стоянием.
– Сейчас увидишь, пошли со мной. Только лицо сделай злое.
И они вдвоем пошли вдоль шеренги, вглядываясь в перепуганные лица людей.
– Вот ты, выйди из строя и стой здесь.
Тинки выбрала из двух сотен людей одного и пристально, не мигая, смотрела ему в глаза. Через несколько секунд выбранный сел на корточки и разрыдался. Слезы душили его и не давали возможности проронить ни единого слова. Все ждали, когда он успокоится. Через некоторое время он смог говорить.
– Мы не хотели, чтобы так вышло. Мы хотели продать крупу и хорошо отдохнуть в борделе, а этот паршивый гладиатор обманул меня, ушел один и мешок забрал.
– В цепи, а утром отправить на рынок в подарок работорговцу, – РоМ был непреклонен.
– А куда его посадить? У нас ведь даже тюрьмы нет, – спросил один из бригадиров.
– А зачем нам тюрьма? Куда он денется с подводной лодки. Пусть в цепях ходит по вилле пока.
– Действительно, куда с подводной лодки-то, – не понимая, о чем говорит, подтвердил бригадир.
– А сейчас всем занять места согласно расписанию и не шуметь. Не мешайте Блоку отдыхать и так оторвали его от дел. Разбор полетов устроим завтра с утра, вернее, уже сегодня, через пару часов.
Через час с небольшим в зале заседания в скале собрались все бригадиры и десятники. Первым взял слово бригадир первой бригады.
– Вы знаете, что сегодня произошло?
– Знаем, знаем, говори по делу, – послышались голоса.
– Нет, думаю, что вы не знаете или не до конца понимаете. Если бы хоть один волос упал с головы Блока, то не видать бы нам свободы до конца жизни. Думаю, если мы еще хоть один раз так провинимся, нас или поменяют на других, или аннулируют наш договор в связи с невыполнением условий.
– Это ты верно говоришь, – согласились присутствующие.
– Поэтому нам с вами нужно что-то придумать, чтобы в дальнейшем исключить такие проколы в работе. А начнем мы, пожалуй, с объявления перемирия между гладиаторами и строителями. В конце концов, одно дело делаем, и неизвестно, что для начальства важнее, то ли охрана стройки, то ли сама стройка.