Михаил Родионов – Кольцо Баюма. Безликие. Книга 4 (страница 2)
– А почему ее Чиной зовут?
– А ты видел, что она вылитая китайка?
– Китаянка, наверное…
– А, какая разница, нехай китаянка…
– Видел…
– Ну, вот, а Чина переводится как Китай. Ее так и прозвали тут.
– А сколько ей лет?
– Не знай… Лет десять или пятнадцать, кто ее знает. Она про себя не рассказывает ничего, да никто и не спрашивает. Зато у нее всегда есть инфа про богатеньких лохов, которые на вокзале появляются. Так что, если с ней будешь работать, без бабла сидеть не придется и забижать никто не будет. Ладно, хватит болтать – иди работай, вечером ближе к восьми мы за тобой зайдем, тогда и место проплатишь сразу, а если повезет, то сможешь на несколько дней вперед проплатить. Мы тут недалеко от тебя будем, так что, если какие проблемы, просто рукой махни нам, мы тут сразу все разрулим…
– Я понял, если что, то махну…
Через пару часов работы новые друзья принесли ему пакет с бутербродами из Макдоналдса и пару бутылок с колой. Жизнь потихоньку стала налаживаться. Холодный ветер уже не казался таким пронизывающим, а работодатели решали все проблемы с молниеносной скоростью.
Какой-то толстый мужик остановился возле голосящего ребенка и какое-то время слушал, как малец поет. «Ну, сейчас точно отвалит денег», – пронеслось у певца в голове, но в самый неожиданный момент мужик вдруг схватил его за ухо и принялся орать на всю площадь: «Полиция, полиция, куда смотрит полиция? Здесь беспризорник попрошайничает. Кто-нибудь вызовите полицию…» Певец перепугался не на шутку и от страха даже не смог ничего пролепетать в свою защиту, и, судя по всему, дальнейшая его судьба должна была уже решаться в отделении полиции. Но его новые друзья уже были рядом. Вокруг этого действа постепенно стали собираться зеваки, и толпа стала увеличиваться на глазах. Но к толстому мужику с ребенком уже пробирались полицейские. Они грозно отодвинули всех от главных действующих лиц и, повернувшись к Лешему, один из них спросил:
– Этот?
– Да, товарищ полицейский. Этот мужик привязался к нам. Мы спортсмены, приехали в Москву на международные соревнования, а этот мужик подошел к нам и стал предлагать деньги, чтобы мы поехали с ним к нему на съемную квартиру. Мы отказывались, а он тогда схватил нашего друга и стал угрожать, что если тот не поедет, то он скажет, что мы здесь деньги клянчим у людей…
– Разберемся… Гражданин, предъявите ваши документы… Так, так, хорошо… Что же вы, мужчина, только прибыли в Москву, столицу, так сказать, нашей Родины и сразу же решили развлечься? Вы что же это думаете, что здесь совсем уже порядка нет? Вам придется пройти с нами… А я сказал, что вы пройдете со мной…
Мужик отпустил ребенка и громко произнес, с надеждой поглядывая на окружавшую их толпу:
– Я ничего не нарушил и поэтому никуда с вами не пойду…
– Не пойдешь, значит… ну, ну…
Один из полицейских ударом дубинки по ногам, уложил толстяка на брусчатку и, быстро надев на него наручники, волоком потащил в отделение. Второй полицейский в течение нескольких минут успокоил толпу, и все разошлись по своим делам. Через десять минут певец уже стоял на своем рабочем месте, полицейские получили по сто долларов за хлопоты, а мужик остался без своих отпускных денег с одним билетом на руках в обратную сторону. За беспокойство певец получил десять тысяч, новые друзья – по пятнадцать, а остальную половину себе забрала Чина. Колесо московской жизни закрутилось со своей обычной скоростью…
Глава 2
– Слышь, Маугли, тебе сколько раз говорить нужно, чтобы ты близко не подходил к операционной? Какого хрена ты там трешься всегда?
– Я полы мыл и отходы после операции убирал…
– А медсестра говорит, что ты инструмент смотрел и трогал их своими погаными руками… Тебе что, уже не нужна эта работа? Помнишь, обезьяна, как ты меня упрашивал, буквально умолял, чтобы я тебя взял на работу медбратом?
– Помню, но я же хорошо все делаю…
– Хорошо? Тогда нечего в операционную вообще заходить, когда там нет никого.
– Больше не буду…
– Ты не в детском садике, не будет он… Короче, штраф с тебя. С зарплаты вычту двести баксов.
– У меня всего зарплата четыреста долларов. На что я жить-то буду?
– А это уже не мои проблемы. Не нравится – можешь прям щас валить отсюда. Разговаривает он еще. Иди с глаз моих, и чтобы полы в коридоре блестели у меня. Последний раз предупреждаю тебя – запомни это…
– Я запомню…
Маугли, в миру Мартин Райз, приехал в Россию еще во времена Советского Союза, чтобы учиться в медицинском институте. Первое время за него платило государство, но гражданская война изменила все его планы на будущую счастливую жизнь. Вождь его племени сразу же прекратил оплачивать учебу, и Мартин решил не возвращаться на родину, так как власть захватили противники, и ничего хорошего для него это не сулило. Он остался в России, и все это время выживал, как мог. Институт закончить ему так и не удалось. На работу его особо нигде не брали, и поэтому он соглашался на любой вид заработка.
Жить приходилось в подвалах и на чердаках, но в последнее время все стали закрывать на кодовые замки, и теперь ему приходилось каждый день, когда он не дежурил в старой больнице, выезжать в ближайшее Подмосковье. Там было много садовых обществ, вот там он и выбирал себе небольшой домик, где и ночевал, а утром, аккуратно прикрыв за собой дверь, ехал на крышах электричек на работу в столицу.
Ему было уже за тридцать, а планов на улучшение своей жизни он так и не составил. В этой полуразрушенной больнице на самом краю Москвы он работал уже около года. Делать приходилось все: выносить утки за больными, мыть полы, чистить туалеты, подметать двор и еще многое другое. Сначала все его называли не иначе как индейцем, затем закрепилось прозвище Маугли, и теперь так к нему обращались и больные.
Работал он нелегально и за все время своей трудовой деятельности на данном объекте ни разу не получил всей обещанной зарплаты. Но зато ему иногда позволяли здесь переночевать, а зимой это был бесценный подарок. Он не голодал, так как убирал за больными, а тех сердобольные родственники откармливали как на убой. Продукты все никогда не съедались, а просто выбрасывались в мусорный пакет, откуда добросовестно извлекались руками все того же Маугли. В давно просроченном паспорте у него всегда лежали триста баксов, которые время от времени перекочевывали в карманы полицейских патрулей. Доллары, вот уже на протяжении многих лет решали все проблемы с прописками, визами и прочими атрибутами современной жизни.
Главврач небольшой больницы приютил бедного темнокожего мужчину, и теперь в его распоряжении была практически бесплатная круглосуточная рабочая сила. Платить ему особо было не нужно, но зато с него можно было требовать все по полной программе. Вот и сегодня он одним своим замечанием заработал двести баксов за пару минут разговора с Маугли. «Побольше бы таких идиотов – и можно было бы вообще на работу не ходить», – промелькнуло в голове начальника. Он стоял в своем кабинете и смотрел в окно. В небольшом дворике среди больших деревьев прохаживались люди в старых, сильно выцветших халатах. Больные неспешно передвигались взад и вперед – это называлось лечением свежим воздухом. На это из бюджета больницы списывались приличные деньги, а «неблагодарные полуживые людишки», как про себя их называл доктор, еще и требовали к себе какого-то внимания. Это-то больше всего и бесило врача. Когда он уже было собрался уезжать домой, к нему в кабинет зашла заведующая отделением. По ее озабоченному виду было ясно, что придется задержаться на работе хотя бы для того, чтобы ее выслушать. Это уже было выше его сил:
– Ну, чего у тебя на этот раз?
– Только что поступил новый больной – байкер, разбился на мотоцикле на МКАД.
– А чего его к нам привезли-то?
– Мы оказались ближе всех больниц, вот сюда и доставили.
– Ну, привезли… и что теперь? Ты никогда больных не видела что ли?
– Там тяжелая травма головы. Мы проводим сейчас все анализы, но, скорее всего, до утра не дотянет.
– Не дотянет, а я-то тут причем? Или ты хочешь, чтобы я его тянул? И вообще где шофер и дежурная бригада? Что, не могли пару часов в пробке постоять? Теперь вот придется с ним еще возиться. Умер бы по дороге – и никаких проблем, а теперь еще на него время тратить… Совсем уже работать разучились… Понабирали дебилов, не с кем работать стало…
– Тут его друзья. Они говорят, что готовы заплатить любые деньги, чтобы спасти его.
– А-а, друзья… Ну с этого и нужно было начинать. Мотоциклы дорогие?
– Вроде, да, я особо-то и не разбираюсь…
– Ладно, одного заведи, я сам переговорю с ним…
Через пару минут в кабинете сидел здоровый волосатый мужик в кожаной куртке. Судя по его цепям и огромной бороде, он всерьез относился к своему увлечению. Он сидел и молча слушал врача, а тот, не торопясь, объяснял все тонкости своего докторского искусства:
– Это очень сложный случай. Обещать ничего не могу, я только что с операции – на ногах еле держусь от усталости, а завтра с утра мне снова вставать к операционному столу. Даже не знаю, что вам и сказать…