Михаил Поздеев – Они приходят в сумраке (страница 4)

Антон слушал с интересом, особенно хотел узнать, чем закончится рассказ.

– Так вот, съехались в ту квартиру и милиция, и прокуратура. И давай расследовать, что да как. Всю историю квартиры изучили, а оказалось дело простое.

Тут Аркадий вытер пот со лба носовым платком и продолжил.

– Жили в ней пьющая малярша с ЗИЛа и сынок ее Петенька, тоже любитель зеленого змия. Как и мать, на ЗИЛе работал, но мать-то алкоголь в могилу еще в конце перестройки свел, а сыночек ее стал один в квартире жить-поживать, да собутыльников искать. Тут, видимо, году так в 1992-м, на свою беду к нему на огонек и заглянул ранее судимый за кражу и недавно освободившийся вор Сеня Молот. Скорее всего, во время совместной попойки они что-то не поделили с хозяином, и Петя ему воткнул ножик в шею. Квартиру после этого замыл и замуровал его в полу ванной комнаты, а через три года продал жилье агентству и уехал в Южное Бутово. Денег ему еще и на дачный домик в Ликино-Дулево хватило. Вот такие вот дела. Когда мы Петю задерживали, тот не верил, что покойника нашли. Он, по его словам, все грамотно сделал. Так что ты не переживай. Когда весь локдаун закончится, я пообщаюсь с людьми. Связи-то у меня в прокуратуре до сих пор остались, да и сын у меня в полиции работает. Что-нибудь проясню.

Антон допил чай, доел кусочек торта и сердечно поблагодарил Аркадия Викторовича за интересный рассказ и помощь.

– Антоша, ты не стесняйся. Звони, если что, всегда.

Локдаун завершился, призраки в доме после того момента в ванне больше не беспокоили Антона. Работать снова пришлось в офисе. Загрузив свои пожитки в кадиллак, он вернулся в квартиру на Кутузовском.

Примерно в течение двух недель ему все никак не удавалось вырваться на дачу. То семейное торжество – день рождения матери, то день рождения родной тети по линии матери, а на один день ехать в Овражцево никак не хотелось: слишком много времени занимала дорога туда и обратно.

Все это время он не переставал думать о доме и его тайнах.

Однажды вечером, когда Антон только-только пришел с работы домой и даже не успел раздеться, ему позвонил Аркадий Викторович:

– Слушай, Антон, привет. Я кое-какую информацию по твоему дому нашел. Если интересно будет, то приезжай. Ты, кстати, когда будешь в селе? А то смотрю, тебя уже две недели не было.

Антон пообещал, что постарается приехать в пятницу, на что Аркадий Викторович сухо ответил:

– Приезжай, тогда все подробнее расскажу. Совсем не телефонный разговор.

Антону оставалось ждать пятницы, чтобы прояснить, что смог найти бывший прокурорский работник.

Удивительным для Антона было и то, что он совершенно не нервничал, что было в принципе нехарактерно для него самого.

В четверг вечером он собрал сумку с вещами, утром в пятницу встал пораньше и, закинув сумку в багажник, поехал на работу. Во время рабочего дня Антон наконец-то удосужился написать заявление на парковку на офисной стоянке, но так как ответственного за это руководителя не было на месте, то кадиллак скучал без хозяина на платной парковке на соседней с офисом улице.

Рабочий пятничный день пролетел очень быстро в связи с тем, что Антону всегда удавалось в срок выполнять поручения. Он смело отпросился у начальника отдела Сергея Павловича на целый час пораньше, а тот отпустил его уже в пятнадцать часов.

Так что кадиллак смело поехал в сторону Овражцево.

Учитывая московские пробки, Антон оказался в селе лишь около шести часов вечера, перед этим успев еще заехать в «Магнит» и купить там торт и банку молотого кофе, чтобы вручить их Аркадию Викторовичу – во время прошлого визита он заметил на кухонном столе его дома кофейную машину.

Аркадий Викторович был в приятном расположении духа. На его покрасневшем и чуть одутловатом лице красовались неизменные очки. Он с радостью принял подарки и, сев за кухонный стол, стал что-то внимательно разглядывать в своем сотовом телефоне. Аркадий Викторович заботливо нарезал торт, положил большой кусок в тарелку Антона, налил чай, поблагодарил и за кофе, и за торт, а затем с довольно серьезным выражением лица начал вещать:

– В общем так. Обещания свои я всегда держу. Пообщался я с людьми из силовых структур Московской области, кое-какие документы я на телефон отфотографировал, все очень интересно. Две девчонки из соседнего с нашим поселка, с детства подружки, пропали в 1999 году – поехали в Москву на концерт, а обратно не вернулись. Местные милиционеры долго не хотели возбуждать дело, но после жалоб родителей в прокуратуру все-таки им пришлось это сделать. Однако никаких следов исчезновения девушек не нашли. Обеим по семнадцать лет, вместе в медицинском колледже учились, взгляни-ка на их фотографии.

Аркадий Викторович подвинул телефон к Антону и показал ему черно-белые снимки из уголовного дела.

Тут Антон побледнел и его сердце учащенно заколотилось – на него смотрели те девушки, которых он видел в своем сне державшимися за руку у двери его гаража.

Аркадий оценил состояние гостя и произнес:

– Вот понял я теперь, что не все так просто в этом мире. Значит, те самые, из твоего сна?

– Теперь позволь мне продолжить, – проговорил хозяин дома. – Тогда хозяином дома был некто Гудков Георгий Макарович, у жены которого дом ты, кстати, и купил. Так с ним была в том же году одна интересная история связана. Водитель из совхоза подобрал на дороге сильно избитую и раздетую девчонку лет девятнадцати. Она сказала, что ее избили и изнасиловали. Ну, тот мужик, водила, недолго думая, повез ее в отделение милиции. Там заявление приняли, отвезли ее в больницу, она и сообщила, что сделал это Гудков. Того задержали, допросили и отпустили.

Видя удивленное лицо Антона, который чуть было не уронил из рук чашку, Аркадий продолжил:

– Девчонка та проституткой оказалась, снял ее Гудков где-то на кольцевой дороге, да еще и вдобавок гражданкой Молдавии. Дело не стали в итоге возбуждать, но жену Гудкова допросили, та и развод с ним после этого оформила. Знаешь, что я думаю еще: жертв там было больше, да и захоронены они, наверное, где-то там, на участке или под домом. Я думаю так: он пытал девчонок, насиловал, а потом их убивал и закапывал на участке, а как все это открылось, он следы спрятал и дом жене при разводе отписал. И все, на дно залег.

Незнанов показал фотографии Гудкова из уголовного дела. На них смотрел неприятный мужчина с толстыми губами, вторым подбородком, сплющенным носом и приоткрытым ртом, на шее которого висела золотая цепь.

– В общем, Антон, если хочешь узнать истину, то до нее нужно будет докопаться в прямом смысле этого слова. Вскрыть в доме полы, а может быть, и в гараже, а то так и будут тебя мучить эти видения, – заключил Аркадий Викторович.

В принципе Антон был внутренне готов к этому, но вскрывать пол в доме и гараже… Данная задача виделась ему трудновыполнимой. Он фактически не мог понять, как это удастся выполнить технически.

Попросив у Аркадия Викторовича время подумать и услышав его заверение в том, что он готов помочь, Антон пошел к себе домой.

Для начала он поговорил по телефону с отцом и все ему рассказал. Папа ответил: «Поступай, как считаешь нужным!» – и пообещал оказать ему всестороннюю поддержку.

Антон боялся снов и боялся повторения той ситуации в ванне. Он решил пройти на кухню и заварить себе кофе. Там, около кофемашины, он увидел записку с текстом: «Завтра, и никаких послезавтра».

Перед сном, зайдя в ванную совершить необходимые гигиенические процедуры, он увидел написанное на зеркале слово: «Завтра».

Похоже, когда вскрывать пол, решили за него.

Оставалось позвонить Аркадию Викторовичу и сообщить эту новость. Незнанов пообещал связаться с сыном и спросить, сможет ли тот подъехать.

Через пару минут он перезвонил и сообщил, что сын подъедет завтра около одиннадцати часов утра, и спросил, какой на кухне и в прихожей пол. Антон ответил, что он не знает, но на полу лежит плитка.

Также Аркадий Викторович переспросил, готов ли Антон к тому, что потом придется делать пол снова, и готов ли он понести расходы, на что Антон ответил утвердительно.

Ночью ему приснился дом. Он увидел в нем первую девушку, которая улыбалась ему и потом растворилась. Затем он оказался на улице – там, около гаража, две подружки, взявшись за руки, улыбнулись ему и растворились.

Завтра наступило довольно быстро. Около половины одиннадцатого в дверь постучались Незнанов с сыном Виктором Аркадьевичем, майором полиции и точной копией папы – в таких же очках, но моложе Незнанова-старшего лет на двадцать пять.

Приехали они на «УАЗе-Патриоте». Антон открыл ворота и запустил УАЗ на территорию двора. Незнанов-младший начал вытаскивать из багажника УАЗа лопаты, лом и кувалду.

Незнанов-отец еще раз спросил согласия Антона. Услышав утвердительный ответ, заговорил Незнанов-сын:

– Если мы обнаружим останки, то полиции сообщим, что решили поменять пол на кухне и в гараже.

Договорившись, они решили начать с гаража. Антон выгнал кадиллак во двор, Виктор тоже подвинул свой УАЗ так, освободив место для хозяйского автомобиля.

Работы начались. Слой бетона в гараже оказался около двадцати сантиметров, и после некоторых усилий им удалось его разрушить. Его куски аккуратно складировались возле гаража. Наступила очередь земли. Они копали все глубже и глубже, гора возле гаража росла. Когда уже возникло желание плюнуть, лопата Аркадия Викторовича уткнулась во что-то металлическое.