Михаил Попов – Собрание сочинений. Том 1 (1970-1975) (страница 50)

Коренное отличие социалистического планирования от буржуазного программирования состоит в том, что хозяйственные единицы получают конкретные плановые задания: что, к какому сроку, в каком объёме, какого качества произвести и кому поставить. Круг показателей, устанавливаемых предприятием, при социализме не имеет каких–либо социальных границ и ограничивается лишь степенью познания экономической действительности и техническими возможностями управления с учётом затрат на управление. При этом в число показателей включаются обязательно показатели двух видов — обеспечивающие натурально–вещественную и стоимостную стороны воспроизводства, как того требует марксистско–ленинская теория воспроизводства. Имеются, кроме того, специальные показатели по росту производительности труда и эффективности производства, по внедрению новой техники и т. д.

Все это известные истины. Но выступления против индивидуальных плановых заданий некоторых советских экономистов вынуждают ещё и ещё раз эти истины повторять.

Например, Я. Г. Либерман заявляет, что ему «представляется возможным отказаться от конкретных индивидуальных плановых заданий каждому предприятию в отдельности»[251]. Это заявление в корне неверно. Ведь лишить руководство отрасли права давать конкретные индивидуальные задания каждому предприятию в отдельности — значит лишить его главных средств выполнения установленного плана отрасли, лишить план обязательной силы.

Планомерное установление натурально–вещественной структуры производства невозможно уже в том случае, когда предприятия не получают индивидуальных заданий только по номенклатуре. Дело в том, что стоимостные показатели могут иметь одну и ту же величину при самых различных сочетаниях производимых на предприятии продуктов и не предопределяют поэтому натурально–вещественную структуру производства предприятия. Стоимостные показатели задают, по существу, систему линейных уравнений, в которой в качестве неизвестных фигурируют количества выпускаемых продуктов в натуральном выражении. Число стоимостных показателей почти всегда меньше числа продуктов, поэтому система имеет бесчисленное множество решений, что и подтверждается на практике.

Поэтому предприятия, составляющие отрасль, без конкретных плановых заданий будут производить продукты в неконтролируемых количествах и руководство отрасли не сможет добиться выполнения общеотраслевых заданий. За ширмой отказа от конкретных индивидуальных плановых заданий каждому предприятию в отдельности скрывается, следовательно, принципиальный отказ от директивного планирования. Безадресный план — это не план, а список желаемых продуктов в желательных количествах.

Марксизм–ленинизм учит для оценки тех или иных предложений обращаться к практике. Вся суть извращения экономической системы социализма в Чехословакии состояла как раз в отказе от индивидуальных плановых заданий каждому предприятию в отдельности. Подобная система регулирования, не выходящая даже за рамки государственного регулирования в капиталистической стране, по существу своему есть отрицание социалистической системы планового управления экономикой.

Естественно, что автор, которому «представляется возможным отказаться от конкретных индивидуальных плановых заданий каждому предприятию в отдельности», считает идеальным положение, когда предприятия обеспечены только той информацией, «которая необходима и полезна для безусловного выполнения установленных глобальных пропорций»[252]. Но разве может речь идти о глобальных пропорциях? Общественный интерес заключается отнюдь не только в установлении глобальных пропорций. Хорошие глобальные пропорции, как и средние цифры, могут прикрывать нехватку одних продуктов и избыток других, могут прикрывать значительные отклонения от действительных народнохозяйственных целей.

Ярко выраженное стремление ограничить централизованное плановое управление проявил Б. В. Ракитский. Государственному плановому управлению он отводит лишь роль установления макропропорций. Функцией централизованного планирования и центрального управления, пишет Б. В. Ракитский, «является установление и постоянное поддержание решающих народнохозяйственных пропорций, т. е. макропропорциональности общественного воспроизводства»[253]. Но ведь предприятие не имеет дела с макропропорциями, а лишь с микропропорциями. Поэтому Б. В. Ракитский предлагает абсолютно то же самое, что и Я. Г. Либерман: никаких плановых заданий предприятиям не давать. Именно так следует понимать предложение ограничиться лишь установлением макропропорций.

Стремясь в своих предложениях опереться на партийные решения, Б. В. Ракитский пишет: «Опыт 1966–1968 гг. вплотную подвёл наше хозяйство ко второму этапу реформы, подготовив предпосылки для его осуществления. Основным содержанием этого этапа должно стать осуществление наиболее далеко идущих, наиболее глубоких идей, заложенных в решениях мартовского и сентябрьского (1965 г.) Пленумов ЦК КПСС и XXIII съезда КПСС»[254].

Что должно стать содержанием второго этапа реформы, ясно было указано XXIV съездом КПСС, ещё раз подчеркнувшим, что «ведущим и определяющим является директивное планирование» и «его совершенствование должно и впредь находиться в центре нашего внимания»[255]. Именно эта идея наряду с идеей повышения эффективности общественного производства и ускорения темпов научно–технического прогресса является одной из наиболее глубоких идей, составляющих стержень экономической политики партии.

XXIV съездом КПСС была дана наиболее глубокая партийная трактовка идей, заложенных в решениях мартовского и сентябрьского Пленумов ЦК КПСС и XXIII съезда КПСС. Что же касается «наиболее далеко идущих идей» Б. В. Ракитского, то к ним, кроме идеи планирования одних лишь макропропорций, относится его идея о том, что «реформа обязательно приведёт к отказу от централизованного планирования ассортимента»[256]. Несостоятельность и абсурдность этого утверждения доказана жизнью.

Доведение государственного плана до предприятий не только по валовому объёму производства, но и обязательно по ассортименту — одно из фундаментальных условий социалистического планирования.

Это условие атакуют ревизионисты, заявляя, что центральные макроэкономические планы должны быть чрезвычайно макроэкономическими, дающими направление только основной структуре и наиболее общие пропорции отраслей производства, фундаментальное региональное размещение производительных сил, основные процессы распределения национального дохода, основные пропорции между собственным производством и внешней торговлей и т. д. Мы должны понять, убеждает Шик, что центральное управление может успешно управлять только долговременным развитием агрегированных и обобщённых экономических явлений, чтобы освободить себя от административного представления о планировании детальными директивами. Дескать, хотите — принимайте шиковское понимание возможностей социалистического управления, не хотите–носите клеймо человека с административными представлениями о планировании детальными директивами. Если все же кто–то клюнет на эту удочку, то ему произведение О. Шика разъяснит, что «как только отраслевое управление начинает определять конкретно производственную программу и размер производства различных предприятий, это не только ограничивает независимость предприятий, но также мешает конкуренции между ними и при этом также необходимым рыночным отношениям между торговлей и производством»[257]. Вот, оказывается, чем вредно, по Шику, доведение до предприятия централизованных заданий! Оно «ограничивает независимость предприятий», и «мешает конкуренции между ними». И это выдавалось за развитие экономической теории социализма!

Общие пропорции складываются из частных, и, не запланировав последние, нельзя гарантировать и соблюдение первых. Практика ЧССР подтвердила, что без развёртывания макропоказателей в микропоказатели предприятия действуют стихийно, и в результате устанавливаются такие пропорции, которые могут соответствовать макропоказателям лишь в одном случае — в том случае, когда эти показатели являлись прогнозом стихийного развития, а не выражением общественных интересов.

Таким образом, без централизованного директивного планирования каждому предприятию номенклатуры продукции невозможно обеспечить и поддерживать не только микро–, но и макроэкономические пропорции в натурально–вещественной структуре общественного продукта, невозможно планомерное управление производством в соответствии с потребностями социалистического общества. Основной экономический закон социализма может быть осуществлён, следовательно, только при условии установления конкретных индивидуальных плановых заданий, задающих натурально–вещественную структуру производства каждому предприятию в отдельности. Это и есть конкретная форма осуществления этого закона в плановом управлении экономикой.

III. ОБЯЗАТЕЛЬНОСТЬ ПЛАНОВ. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ ЦЕНТРАЛИЗМ И ХОЗЯЙСТВЕННАЯ ДИСЦИПЛИНА

Реализация общественных экономических интересов и обязательность планов. Государственный план — закон для всех. Проверка выполнения планов, привлечение к ответственности за невыполнение — неотъемлемые элементы государственного планового управления. Научная обоснованность планов — предпосылка их директивного характера. Высокий уровень хозяйственной дисциплины — необходимое условие проведения в экономике принципа демократического централизма