Михаил Попов – Сбой реальности. Книга 6 (страница 24)

Я посмотрел на рейд. Райдзин величественно молчал, молнии вокруг него били часто и хищно, будто он набирал силу. Под горлом ныло чувство какой-то беды, но это скорее от зашкаливающих эмоций, которые я тщательно подавлял, оставляя рассудок ясным.

— Мы готовы! — Дружно воскликнул рейд.

— Слушайте все! — Крикнул я, вскидывая кинжал вверх. — Двигаемся как я рассказывал, шахматами. Танки, по очереди агрессию, помните? Дальники, сконцентрируйтесь на уроне, смещайтесь, когда двигает руками. Все, черт побери, я уже это объяснял. Мы не проиграем, понятно?

Толпа ответила пусть и нестройным, но яростным, и столь же бессмысленным боевым кличем. Боевой дух хоть и не вернулся полностью, но какая-то искра точно зажглась. Меня в бок пихнул Илья.

— Быстро ты освоился, командир. — Хмыкнул он, улыбаясь.

— Иди в пень, у меня выбора нет. — Улыбнулся я в ответ.

От этого сражения зависело многое, очень многое. Но мне одному нести крест необходимости победить, пока для всех остальных это остается веселым приключением, для меня это вопрос выживания.

Рейд ринулся в бой, и поле взорвалось контролируемым хаосом. Разведка показала, что уворачиваться от молний вполне реально, но то было только с одним существом, в виде фантома и прирученного волка. Сейчас же, молнии Райдзина били, но каждый его взмах руки вызывал неконтролируемую панику. Тактику помнили все, а вот исполнение подкачало.

Первый же удар разрядом унес жизнь колдуна. Он замешкался и споткнулся, не успев покинуть радиус атаки. Вика же, стараясь сблизиться с боссом для своих меток, слишком медлила, выжидая атак и осторожничая.

Но, в целом, хотя и первый блин комом, действовали как договаривались. Танки, которыми руководил Илья, по очереди кидали дистанционные способности для провокации и кружили вокруг Райдзина по часовой стрелке. Илья ревел чаще прочих, привлекая внимание босса Командирским рыком. Тот поворачивал голову, несомненно яростно щурился сквозь прорези металлической маски и швырял светящиеся копья из неба, пытаясь испепелить моего друга. Наконец, на поле боя начали появляться метки, и они работали. Босс тратил время на подготовку заряда и залп по пустышке, а веснушчатый инженер с навороченным гаечным ключом носился по кругу в радиусе тридцати метров от босса и расставляла все больше и больше этих мишеней. Дальники завалили босса уроном, поливая всем, что имели, ближники в безопасные окна врубались в бой и старались высечь как можно больше жизней за короткий промежуток времени.

Двигались мы со скрипом.

Я метался по полю боя, кинжал в моей руке все чаще был покрыт мощью пожирателя, как самое эффективное средство нанесения урона по жирным врагам. Вихри хоть и были более безопасной опцией, урона наносили недостаточно, а чешуйчатая броня Райдзина поглощала около пятидесяти процентов всего входящего урона, кроме тикающего от моего проклятья. Для нанесения критических ударов я все чаще метил в щели между пластинами, и мои атаки, усиленные Арией, вырывали заметные куски из огромного пула здоровья босса.

Но план довольно быстро рушился. Стоило полосе жизней босса просесть до семидесяти процентов, его заряды молний стали быстрее, и скорости наложения меток было недостаточно. Чтобы все это поняли, потребовалась смерть одного из танков. Это был крепкий латник-воин без клана, очень молчаливый, но толково выполняющий свою работу. Он не знал о том, что скорость изменится, сбился с ритма, и в тот момент именно его очередь была перехватывать агрессию.

Молния ударила, и воин исчез в ослепительной вспышке, не оставив даже трупа. Толпа ахнула, но я заорал:

— Двигайтесь! Он ускорился! — Мой голос перекрыл гром, но услышали, я полагаю, все.

Фес, как всегда, был везде. Его кулаки, окутанные уплотнившейся ци в форму двух призрачных драконов, мелькали все быстрее и чаще. Чем дольше длится бой, тем он сильнее, несмотря на относительно невысокий уровень и плохонькую экипировку. Но даже он, с его скоростью и ловкостью, не смог увернуться, когда босс резко решил проигнорировать одну из меток.

— Лять, перебил уроном! — Отчитался он, живой. Его накрыло пологом щита веры от паладина из Стальных. Вот это реакция! Я порадовался, что мы не отправили их наружу.

Лекари договорились, что будут помогать уроном, но в режиме жесткой экономии маны. На всякий случай. Ведь если все же понадобится кого-то лечить, а я почему-то в этом не сомневался, будет грустно, окажись они пустыми.

Все работало, не без огрехов, но работало.

В первые двадцать минут боя мы потеряли троих. Я стиснул зубы, но сделать с этим ничего не мог. Впрочем, мы больше напоминали отряд самоубийц, нежели рейд, обреченный на успех. Думаю, это тут понимают все. А силы тем временем постепенно иссякали, и зрение застилало мерзкое, тягучее марево.

Когда мы ополовинили здоровье босса, Райдзин взревел, и поле затряслось. Его топоры засветились ярче, и теперь он к небу вздымал обе руки. В землю били молнии, теперь по две за раз.

— Твою ж мать, вот дерьмо! — Заорал Илья, уворачиваясь от сдвоенного удара. Он едва успел выпрыгнуть из-под атаки.

Следующим залпом электрический заряд угодил в мишень Вики, а вторая — четко в друида-целителя. Непонятно, почему он стал целью, но факт остается фактом. Он даже не успел вскрикнуть, просто рассыпался в пепел. Четвертый труп.

— Вик, ускоряйся! Больше мишеней! — Крикнул я, выныривая из-под очередной молнии.

— Я стараюсь! — Ответила девушка, мчась по кругу и разбрасывая метки.

Маг огня из Стальных, слишком увлекшись, не заметил замаха топора. Молния ударила в него, и его тело тотчас испарилось. Паладин выругался, потеряв товарища, и тут же получил копьем удар от тени, которая возникла прямо из-под земли! Гена успел вылечить этот пропущенный удар, и мы столкнулись с тем, что босс призвал подручных. Их было не сильно много, но черт, как же они отвлекали. Так мы потеряли еще двоих, пока приноровились сдерживать подступающих тварей.

— Держаться, черт вас дери, не зевать! — Орал я, чувствуя, как горло саднит. Прыгнул к Вике, которая ставила очередную мишень и не глянула на босса, и вытолкнул ее от удара молнии, едва не угодив под нее сам. Этот инженер нам очень, очень нужен.

Земля под ногами взорвалась, превратившись в стекло, но я успел. Она посмотрела на меня, глаза полные слез.

— Не стой же, дуй дальше! — Рявкнул я, и она кивнула, бросаясь к следующей точке.

Рейд постепенно скукоживался, и это было совершенно неизбежно. Нельзя в настолько быстро изменяющейся обстановке принимать единственно верные решения, и игроки, оставаясь людьми, причем очень и очень уставшими, допускали ошибки. Я даже задумался в какой-то момент, что произойдет, если я вступлю в рейд и активирую щит протектора? Урон от пропущенных ударов полетит в меня, но переживу ли я его? Если по иллюзионисту без брони прилетело тридцать три тысячи, то по мне, с небольшим сопротивлениям к стихиям и порезкой входящего на шестьдесят процентов урона будет прилетать где-то по десять. А у меня — четыре. Не годится, я никак не могу пережить этот урон.

Если только…

Если только?

Быстро, не забывая про задвоившиеся молнии, я раскрыл интерфейсное окно. Черт, вот оно, выбор первожреца.

[Бог Битвы Нарганд предлагает вам возможность выбрать первожреца. Доказав свою любовь к сражениям, вы заполучили божественный дар.]

[Условия активации: Чтобы наречь игрока первожрецом, он должен состоять в вашей группе, иметь уровень выше двадцатого, а также провести вместе с вами сотню битв.]

[Бонусы первожреца: Активный навык, позволяющий обращать в веру другие существа, уровнем меньше или равным первожрецу.]

[Бонусы первожреца: Характеристики, которые имеет первожрец и Пробудивший Бога суммируются между собой.]

[За каждого новообращенного в веру, все последователи Бога Битвы Нарганда получают +1 к случайной характеристике.]

[Активаций: 7/10]

Бинго! Вот, что изменилось с повышением репутации у Нарганда, помимо улучшения его способности! У меня увеличилось число доступных жрецов!

— Всем внимание! Самые «толстые» по здоровью игроки должны сейчас же навесить на себя метку в интерфейсе! Быстро! — Кричу я, а сам сворачиваю окошки, выводя на панель быстрого доступа навык обращения в первожреца бога битвы. Уж в том, что мы вместе преодолели сотню битв, я не сомневался.

Над игроками, которые обладали самым большим запасом здоровья, появились пиктограммы, которые они сами себе выбрали. Розовый кристалл, луна, крестик, череп.

— Илья, бери меня в рейд! — Вновь кричу я и спустя несколько секунд получаю приглашение. Сравниваю пиктограммы и сопоставляю с их здоровьем, а потом начинаю бегать между ними и «обращать».

— Принимайте! Потом объясню! — Кричу я, и не встречая сопротивления кроме тех случаев, когда это не позволялось делать системой. Кто-то уже был под покровительством богов.

К моменту, когда мой запас здоровья вырос до тридцати одной тысячи, а количество первожрецов стало равно десяти, восемь из которых были сейчас в составе рейда, мы опустили здоровье босса до тридцати процентов.

А еще, нас осталось всего тридцать два игрока.

Мы бились, как чертовы демоны. Райдзин ревел все чаще, молнии били уже по три штуки за раз, а поле боя превратилось в стеклянное нечто. Викины мишени почти перестали работать, отвлекая одну, в лучшем случае две молнии, и бойцы испепелялись все чаще. Я же сражался, как одержимый. Кинжал мелькал все чаще, я успевал и наносить урон боссу, и восстанавливать энергию, убивая теней, которых со временем становилось все больше. Жалел я только о том, что истратил две своих сильнейших способности на сраного Лестера. Но, не сделай я этого, с боссом, вероятно, мне бы сражаться не пришлось.