Михаил Попов – Сбой реальности. Книга 4 (страница 38)
— Верно. Я иду в игру, дайте мне пятнадцать минут. — говорю я, абсолютно не представляя, что буду делать.
— Постой, Майк, что ты задумал? — напрягается друг.
— А что еще тут думать? Время идет, — я им не сказал про таймер, но наверное и не стоит, — Нужно что-то делать. Мэй права, выбора у нас немного. — ответив другу, я обращаюсь к технику, — пожалуйста, найди способ вызвать сюда вертолет, самолет, хоть сраную ракету, на случай, если у меня не получится. Я вернусь через пятнадцать минут.
— Не мне тебя учить, — говорит Илья, глядя на меня серьезным взглядом, — но в игре есть предмет, который называется Сияние Рассвета. Одноразовый артефакт, который при смертельном ударе по владельцу не дает ему умереть, восстанавливая его запас здоровья. Может, поможет?
— Знаю такой. Я пошел. — киваю я и исчезаю из реальности, потому что в игру погружаюсь без браслета. По моим наблюдениям, процентов пятнадцать аркданса я только что потерял.
Шумный Иридиан, опостылевший за последние дни, нахлынул на меня жарой и воплями. Турнир еще идет, потому в возле предбанника арены столпотворение. Я тут же открыл игровую энциклопедию, прочесть про Сияние Рассвета, или «Сиялку» в простонародье. Вывод неутешителен — сработает артефакт только если по игроку был нанесен урон. А причина Юлиного состояния не в этом…
Значит, другой топ-игрок. Целитель. Звучит нереально, ведь его придется каким-то образом доставить на нашу горную базу. Но спросить стоит, причем единственный, кто может дать мне хоть какой-то ответ, сейчас сражается на Ауралисе.
— Леон! — пишу ему я, потому что до отката телепорта еще пол часа, — У нас ЧП.
Отошел в сторонку, толкающиеся игроки сильно бесили. Ответ подождать пришлось примерно минуту.
— На связи. Что происходит? — пишет он, четко и по делу.
— Знаешь ли ты любого топ-игрока, проживающего в районе Нью-Шеота, обладающего целебными заклинаниями? — моментально отписал я, заранее заготовив сообщение.
— Нет, к сожалению. — ответил он тут же.
— Второй вопрос. Есть ли у тебя или у кого-то из знакомых артефакт, способный мгновенно восполнить жизнь игрока?
— Дай мне минуту. — получил я сообщение.
Эта минута тянулась целую вечность. Я отошел к лавочке у фонтана и присел. Пока ждал, осматривал окрестности, а в голове пульсировали мысли, скрученные в тугой канат.
[У вас новое зачисление валюты. Обратитесь к аукционисту, чтобы забрать золото.]
Вот и такую системку я получил. Значит, с той стороны кто-то вкинул реальных денег на моего персонажа. Что ж, стоит забрать. Полагаю, логика была такова, что если я найду что-то, что смогло бы помочь, я должен это купить. Хорошая идея, определенно. Осталось выяснить, кого за нее хвалить.
Просто так ждать нет смысла — к аукционисту двинулся бегом.
— Майк, есть у знакомой легендарное кольцо «Второй шанс», с временем восстановления неделя, мгновенно восполняет сто процентов запаса жизни. Поможет?
— Восстанавливает кому?
— Носителю.
— Нет, не поможет. Еще что-то?
— У меня есть идеальное зелье исцеления.
— Идеалка⁈ Что ж ты молчал!
— Телепортируйся, отдам.
Идеальные зелья — товар штучный. Их могут создавать только алхимики, и главное преимущество таких зелий над всеми прочими — они восполняют ресурс полностью и мгновенно. Главными потребителями «идеалок» являются танки, с их огромным запасом здоровья такая бутылочка, фактически, страховка от массового вымирания рейда или группы. Каждый уважающий себя рейд-лидер или клан-лидер снабжает своих танков подобными. Претенденты на ману — сильнейшие лекари или игроки, кто используют ману для нанесения урона. По аналогии с магами, запас сил используют бойцы, полагающиеся на силу или ловкость. Впрочем, подобные бутылки они покупают или создают для себя уже сами. Но штучными эти зелья являются потому, что время на их создание — одна штука в неделю. Даже если сильно хочется, впрок не запастись, просто нет такого количества прокачанных алхимиков, чтобы покрыть спрос.
— У меня откат, еще пол часа. На базе есть почтовый ящик, сможешь воспользоваться?
— Вряд ли, вместе с таверной был разрушен.
Я закусил губу. Черт, ладно, тогда просто тупо куплю его на аукционе.
— Понял. Как обстановка?
— Сражаюсь. — коротко ответил он.
— Ладно, держись, думаю скоро все закончится.
Я хотел откинуть от себя мысли, что все это — моя вина. Но они точили меня изнутри, погружая мою душу и разум в самую глубокую тьму, которой так сильно боится любой здравомыслящий человек. Я проваливаюсь в эту пучину с каждой секундой все глубже, пока бегу к аукциону.
Пятьсот тысяч золотом. Они опустошили наш счет в реальности, чтобы вкинуть вообще все. На всякий случай или решили не заморачиваться с подсчитыванием событий дальше этого единственного шага я не знал, и думать об этом не хотел.
Идеальное зелье лечения я купил за три тысячи золотом, это была цена чуть выше рыночной. Значит дешевые выгребли рейдеры или те, кто планировал использовать их на арене. Вот, кстати, не знаю, можно ли там вообще применять зелья. Твою ж мать, Майкл!
Я ударил себя по щеке, взбодрился, и сфокусировал зрение на вкладках с предметами, которые на текущий момент имеются в продаже. Отфильтровал качество предметов — поставил «Легендарное». И стал смотреть…
Доспехи, оружие, амулеты, кольца и браслеты, наземные и летающие ездовые животные, боевые питомцы, ремесленные и алхимические ингредиенты… чего только не было, на любой вкус и почти любой кошелек. Но, сука, ничего подходящего.
Забрав идеалку, пришедшую мне по почте после покупки на аукционе, из игры я вышел, чтобы очнуться на холодном кафеле возле медицинской капсулы. Здесь была только Мэй. Я сверяюсь с таймером — уложился в восемь минут.
— На. — первое, что сказал я в реальности, вынимая из инвентаря склянку и протягивая ее девушке, которая прикручивала защитную панель капсулы.
Она молча взяла бутылек, быстро его оглядела и спросила.
— Принцип тот же?
— Да, — киваю я, поднимаясь с пола. — Больше ничего нет.
— Ты платеж получил? — уточняет она, отвинчивая крышку бутылки.
— Получил, спасибо. — понял я, чья это была идея. — Хорошо сработано, на них и купил.
— Что это такое?
Я коротко объяснил, и она кивнула, открывая задвижку из матового стекла и алюминия.
Нагая, без сознания, истыканная трубками, поддерживаемая в положении под сорок пять градусом распорками и крепежами, серая и безжизненная. Больше всего я не хотел именно этого — стать причиной, по которой… еще ничего не закончилось. Думай, Майкл.
— Майкл, следи вот за этой шкалой на мониторе. Это мозговая активность. Значения по шкале должны превышать восемь пунктов. — говорил азиатка надтреснутым голосом, держа флакон с эликсиром возле открытого рта Юли.
— Понял. — коротко сказал я, всматриваясь в показатели. Меньше единицы…
Когда зелье было влито, я с надеждой смотрел на полосу шкалы. Движение в рамках ноль целых хрен десятых…
— Не сработало. — проговорил я чувствуя, что эти слова вышли из меня… тяжело.
— Поняла. Я все перепробовала. — шумно выдохнула она и плюхнулась на пол.
— Самолет, вертолет? Клиника? — спрашиваю я и чувствую резкий, ужасный звон в голове. Кроваво-красная рябь, боль, взрывающая голову.
Опять это! Где ж ты, сука, был, когда так был нужен! Я скорчился, стиснул зубы так, что едва их не раскрошил. О чем он⁈ Что у меня есть?
— Эй, только этого не хватало! Майк! — она кинулась ко мне и помогла привстать.
— Порядок, у меня бывает. — отмахнулся я, встал, поддерживаемый за плечи и отталкиваясь руками от пола. — Так что там?
— Я не могу обещать, что когда отключу ее от систем, сердце не остановится сразу же.
— А если сюда кого-то доставить? Оборудование у нас есть, может и из медикаментов что-то найдется. — я упорно отказываюсь говорить друзьям о том, что у меня есть таймер. Первые десять минут закончились.
— Я думала об этом, разослала запросы по клиникам, пообещала огромный гонорар. Но ты же понимаешь, как это выглядит, да? — взглянула она на меня так, будто я должен был понять. Но я не понял. Помотал головой, отказываясь играть в шарады.
— Как что-то не очень законное. Официалы с таким не связываются, а к коновалам подпольным обращаться страшно. Одно лечат, другое калечат.
— Угу, поэтому ты меня отвезла в подпольную клинику?
— Ямамото — высочайший профессионал. Был. — скорбно сообщила Мэй.
Я чертыхнулся, понял, что ляпнул лишнего. Краем глаза смотрю на истекающее время и понимаю, что втупую трачу время. И его катастрофически мало.
— Где Илья? — спрашиваю я после короткой паузы.