Михаил Попов – Сбой реальности. Книга 4 (страница 23)

Когда я разбирал логи урона, я выяснил. У этого подземелья было пятьсот тысяч здоровья. Я убил долбанное подземелье. В перерождении мне оставалось всего несколько секунд.

[Ошибка системы. Подземелье «Багровая Пасть» закрыто на техническое обслуживание.]

[Вы возвращены в ближайшую безопасную зону.]

Марево портала было необычным, каким-то грубым. Нас выдернули из внутренностей Багровой Пасти и выкинули в Болотину. Системное уведомление, гласившее, что я все сломал, закрывало весь обзор. Мир вокруг дернулся, интерфейс исказился, а прорисовка текстур мира запаздывала. В ушах гудело, будто кто-то мучил громкость интравидения.

Затем — тишина.

Я рухнул на спину, врезавшись в холодную твердь. Воздух казался непривычно свежим, плотным, реальным. Адреналин еще бил в виски, но вокруг не было ни крови, ни воняющих разложением стен. Небо… Черт, небо. Его не было в подземелье.

Я моргнул и сел, осматриваясь.

Вся моя группа валялась перед входом в Багровую Пасть, на той самой большой болотной кочке, усеянной костями. Каменная арка портала зияла черным провалом. Вместо обычной радужной пелены был абсолютный вакуум. Прямо как битый пиксель на старых мониторах — просто ничего.

Что-то явно пошло не так. Совсем не так. Покачались, блин.

— А… э… — только смог выдать Илья, вращая глазами.

В нескольких метрах от меня вставали остальные. Фес потирал затылок, Илья осматривал себя и окружение, Юля едва держала равновесие, удерживаясь за арку.

Я обернулся на Киру. Она все еще лежала рядом, лицо бледное, губы приоткрыты. Ее плечи вздрогнули от резкого вдоха, и глаза метнулись в мою сторону, полные паники.

— Мы… мы выбрались? Что про… произошло?

Хороший вопрос. Очень уместный.

Система молотком впечатала в нас факт, что подземелье закрыто. Это и раньше происходило, на балансные правки, для обновлений. Но не во время боя. И не из-за игроков.

Мы все молчаливо переглянулись. Фес, разве что, быстрее всех взял себя в руки и помог охотнице, оказавшись рядом и подставив плечо.

— Чувак, что произошло? Ты чего наделал?

Я встал, словил координацию, и стряхнул с себя ошметки непонятно чего.

— Я убил инстанс.

Фес крякнул.

— Чего сделал?

— Ты сломал подземелье⁈ — Юля хлопнула себя по лбу. — Как такое вообще возможно⁈

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Хотите логи скину?

Повисла очередная неловкая пауза. Надо, наверное, что-то делать. Каждый думал об этом, но первой сообразила рыжая. Вылечила мне полную полоску здоровья двумя точечными заклинаниями света. А то я на последнем издыхании был. Если б не то противоядие.

Портал оставался черной бездной, без единого пикселя информации внутри. И что-то мне подсказывало, что туда лучше не лезть.

Задание на убийство Багровой Матери у нас в списке значилось как «неактивное». То есть недоступное к выполнению, но не отмененное. Я плюнул на все, позакрывал интерфейсные окна и услышал слабый голос охотницы.

— Майк, спасибо, — тихо сказала она на выдохе.

Я кивнул, а Фес подошел ближе и глянул на меня с прищуром.

— Как ты это сделал, мужик? Ну, вот это вот все.

— Долго рассказывать. Но иногда, в экстренной ситуации, я могу использовать заклинание телепорта. Как у мага. Только плохо его контролирую. — скомканно объяснил я, но ответ все же требовался. Хотя бы такой.

— Окей, — хлопнул себя по поножам Илья, — подземелье мы сломали, это было понятно когда появилась вторая Багровая и застряла в первой. Какого, кстати, хрена? Ну да неважно. Что делать будем?

Это был еще один отличный вопрос.

Юля рассматривала строчки в своем интерфейсе.

— Нам опыт начислили. Как будто мы задание Лирою сдали. Может, наведаемся к нему?

— Сейчас еще не хватало НПС сломать, — буркнул Илья.

Я проверил свой интерфейс. Опыта действительно капнуло, но вот добычи с босса не было. Не то чтобы мне был нужен шмот с существа тридцать пятого уровня, но сам факт… Босса убили, но ничего толком за это не получили.

— Ладно, разбираться будем потом. Все в норме? — уточнил я на всякий случай.

Получив разнообразное утвердительное «угу», мы двинулись через топи обратно на Тревскую заставу.

По дороге живо обсуждали произошедшее. Но, ввиду того, что ситуация, мягко говоря, нестандартная, каких-то выводов делать не торопились. Прозвучала от кого-то здравая мысль. Жаль, полушепотом.

— Эх, нажраться бы…

В гомоне обсуждений эту идею пропустили.

Когда мы вернулись к поселению охотников, нас встретил все тот же тихий оазис спокойствия и умиротворения, даже несмотря на антураж. Самобытно тут как-то. Но меня не покидало ощущение, что что-то изменилось. То ли после кошмара в Багровой Пасти воздух здесь казался сладким и чистым, то ли осознание того, что я буквально порубил на куски инстанс.

Лирой, под утро не спящий, стоял у костра, лениво помешивая половником содержимое котелка, когда мы подошли.

— Ну и рожи и у вас, — пробормотал он, поднимая на нас взгляд. — Говорят, охотники грязи не боятся. Но на вас смотреть страшно.

Я хмыкнул, оглядываясь. Другие местные высыпали из своих жилищ, собирались в поход в Болотину, как я понял. К нам интереса не проявляли никакого. Никто не прибежал с криками о том, что подземелье уничтожено. Да и с чего бы, такие поведенческие паттерны никто бы прописывать не стал.

— Вы сделали дело? — Лирой сузил глаза.

— Эм… — начал Илья, постучав латной перчаткой по шлему на затылке, — вроде как да, но доказательств не принесли. Мы все ее подземелье уничтожили.

Говорят, когда игроки проходят какое-то задание очень нестандартно, но добиваются успеха, к местному подключается более мощный ИскИн, который просчитывает ситуацию. Решает, что именно должно произойти, прописывает новые параметры в диалоги и отключается, возвращая управление ИскИну послабее. В это время НПС начинает подтупливать, взгляд стекленеет, и на размышления уходит пять-десять секунд, прежде чем он выдаст свой ответ.

Я лично такого не видел никогда, да и никто из присутствующих, уверен, тоже не видели. Но слухи такие ходили. Вот, убеждаемся в правдивости лично. Лирой затормозил, провалился сам в себя и крепко задумался, не сводя с нас немигающий взгляд. Но, вдруг, «ожил».

— Хорошая работа. Теперь болота на время станут безопаснее.

Он не сказал «навсегда». Значит, через какое-то время подземелье починят и оно откроется вновь. Лирой достал из-за пояса небольшую металлическую коробочку, щелкнул защелкой и выудил оттуда кошель монет.

[Поздравляем! Задание выполнено успешно: Багровая Мать.]

[Цель: Убить босса подземелья: Багровую Мать.]

[Награда: 13000ед опыта, 10 золотых монет, репутация с Охотниками на нечисть «Уважение». Доступ к повторяющимся заданиям и уникальным предметам в торговле на Тревской заставе.]

Мы старика поблагодарили, проглядели список его товаров. Не то, чтобы что-то полезное. Кое-какие зелья, неплохое оружие на соответствующие уровни, но не более.

— Из вас вышли бы отличные охотники, молодежь, — мужчина усмехнулся, — теперь вы можете работать с нами. Приходите — у нас всегда найдется пара тройка заданий на тварей поганых.

Я глянул в интерфейс. Нам действительно открылись повторяющиеся задания, но смысла в них было немного. Да и после всего произошедшего на эти долбанные болота мы не вернемся.

Распрощавшись с местным, мы удалились поговорить. Все были вымотаны, хотели спать, и продолжать насиловать себя не желал никто. Я еще раз коротко объяснил ребятам, что там произошло, не вдаваясь в подробности, успокоил Киру, заявив, что мой телепорт не тестировался раньше ни на ком, кроме меня, но она будет в порядке, и мы решили выходить из игры. Попрощавшись с новичками, которые тут же растворились в воздухе после рассинхрона, оставшись втроем решили переговорить.

— Вечно все не слава богу. — высказал мои мысли Илья, почти слово в слово.

— Ага, — киваю я. Мысли то почти мои. — надо придумать другой способ качаться.

Обменявшись идеями, от рейдов до убийства монстров на локациях, нас прервала молчавшая до сих пор рыжая.

— Мальчики, от вас несёт. Мы можем продолжить с той стороны? — выглядела она карикатурно недовольной. Сильно.

Посмеявшись, все дружно нажали кнопку десинхронизации.

Ощущение от выхода было пакостным. Прыжком в подпространство я сжег много аркданса, и заметил взаимосвязь, что чем больше его было истрачено, тем хуже мне на выходе. Я открыл глаза, привыкая к мягкому свету студии. Привычное окружение, без сюрпризов. Спасибо и на этом.

Контраст был чудовищный. Возвращение сюда после Болотины — настоящий кайф. Ни ногой туда больше. Я поднялся, стряхнул с себя невидимые кусочки багровой пасти, потянулся, разминая затекшие мышцы.