Михаил Попов – Сбой реальности. Книга 3 (страница 22)

— Мы деремся, Юль, у тебя что? — ответил Илья, удерживая на себе четверых.

— У меня никого нет, что мне делать? — осознание непредсказуемости ситуации выбивало девушку из колеи сильнее, чем очевидная опасность.

Мы, погруженные в бой, не ответили ничего.

Я вижу еще одно знакомое лицо. Юный паренек, кажется его звали Альберт, который на базе сраного Омена предстал передо мной почти у самого выхода. Я забыл его класс, но почти сразу вспомнил, когда тот стал усилием воли прижимать меня к земле, как пятнадцатитонный пресс. Грави-маг… преодолев давление на морально-волевых, кое-как я вырвался из давящей зоны, и с ужасом начал осознавать, что каждый здесь — это тот, чью жизнь я когда-то оборвал.

Арк не может делать такие вещи.

Аре не должен их делать.

Это бесчеловечно. Тут что-то другое.

Глаза грави-мага горели мертвым светом, черные жилы обвивали его гниющее тело. Его новый удар прокатился волной по земле, превращая в пюре ранее мною убитых из тех, кто уже лежал на земле. Стало скользко. Я отбежал, выискивая момент для атаки.

Пробежка вдоль арены, рывок, и мои клинки вошли в его шею. Как тогда. Миг — и снова дым, следующий за убийством уже убитого. Сволочи, зачем им такое испытание…

Каждый раз, когда я уничтожал очередное творение некроманта, он поднимал что-то новое. Марк и Андрей были, старые враги у Акрополя, куча сборщиков и членов охраны Омена. Это не были настоящие люди, но их лица не давали сосредоточиться.

— Майк, что там у тебя? Ты в порядке? — снова Юля, теперь она пыталась докричаться до меня сквозь шум. Барьер все еще держал нас в разных секторах.

— Да! — отсек я, хотя в голове все крутилось. Этот подгнивший содомит издевается надо мной. Или система. Или кто-то за ней. Эта хрень не может происходить просто так.

После того, как я зачистил поле боя, обратил внимание на самого колдуна. Падший Грех, ослабев, закачался. Его посох покрылся сеткой трещин, будто не выдерживая своей собственной силы. Наконец-то я до него доберусь.

Тянуть не стал. Ворвался с разгона, чуть не поскользнулся на месиве, бросился вперед. Первый удар — в посох, второй — в грудь. Некромант зашипел, его тень разлетелась обрывками пепла, а вместе с ним рухнуло все им созданное, растворяясь в полу. Сегодня я воочию увидел свое собственное кладбище. Прискорбно…

Барьеры дрогнули, но не исчезли. Через коротенькую передышку бесконечная гонка продолжилась.

Я бросил все — побежал к барьерам с остатками злобы, которую нагнал на меня Грех. На него выплеснуть не успел, больно уж быстро он помер. Влупил в стену, она гулко отразила мой удар назад, несколько секунд вибрируя. Все еще крепко. Группа оставалась разделенной.

— Держимся дальше, я не могу к вам пробиться! — проорал я, чтобы слышали все. Вступил в бой — из рун уже полезли новые враги. В этот раз «нормальные».

Барьеры давили, словно эта тюрьма тут неспроста.

[Системное уведомление: ]

[Аркданс в крови: остаточные 0,5%.]

— Твою ж мать, как не вовремя… — тихо выругался я, чувствуя, как меня уже начало мутить.

Пыль под ногами стала менять цвет. Из темно серой стала багрово-черной. Это только цветочки, конфетки будут попозже. Держись, Майкл…

Я закрыл глаза, всего лишь на миг, чтобы свыкнуться с тем, что в скором времени привычный интерфейс разрушится, и открыл их, сосредотачиваясь на битве.

И тут я увидел ее.

На самом краю арены, за нашим кругом битвы, в самом темном углу, стояла фигура. Высокая, неестественно тонкая. Ее очертания пульсировали, словно смотрю через густую дымку. Ни лица, ни одежды. Просто силуэт, излучающий первобытный холод.

Кто ты? — спросил я, глядя прямо на нее, успевая при этом сражаться. Ответа не последовало, и я отвлекся. Когда взглянул вновь — не нашел. Глюки опять…

— Майк, ты как? — голос Ильи прорезал воздух, и я вздрогнул. — Я тут закончил.

Я тоже. Обернулся, чтобы оценить обстановку, а также понять, это был мой личный глюк, или кто-то тоже видел тень за границами боевой зоны.

Нет, ни он, ни Юля ничего не видели. Только я.

— Нормально, — буркнул я, выдавливая из себя спокойствие. — У вас как?

— Держимся… — прохрипела Юля. едва удерживая сбившееся дыхание.

— Нормуль. — кивнул друг, выглядящий куда свежее. Что ж, с его выносливостью было бы странно, будь иначе. Да и для нашего лекаря подобный поворот событий не самый приятный. Куча интеллекта вместо боевых характеристик.

Когда я снова вернулся к очередному сражению, понял, что меня не приглючило на заканчивающемся аркдансе. Я смотрел на обломок одной из толстенных колонн, что остались за рамками арены, а на самом верху, в расслабленной позе, свесив одну ногу вниз и уперев другую в камень, отдыхала та же самая тень. И следит за мной. Нутром чую. Сука…

Глава 12

Водоворот событий выдернул меня из размышлений о тени. Испытание не давало продохнуть, каждая мысль, каждая попытка сделать какое-то умозаключение разбивается о желающих твоей смерти врагов. Все тело уже звенит от усталости. Падший Грех был уничтожен, шестьдесят волн за плечами, но я чувствую, что совсем скоро испытание превратится не в проверку игровых способностей, а в тест простых человеческих пределов возможностей.

В ушах гудит, глаза слезятся от усталости и нулевого аркданса. Затроенный мир даровал мне возможность видеть чуть-чуть вперед. Интерфейс посыпался, но я уже привык. Мы втроем стоим на центральной плите, и вокруг — усыпанная телами арена, все еще пронизанная темной магией и остаточными силами. Я перевожу взгляды на Илью и Юлю. Они выглядят не лучше меня, но держатся. По крайней мере, еще стоят на ногах.

— Передышка, — говорю я, едва отбили шестьдесят первую от гнилых рыцарей. — Нам надо разобраться, как избавиться от барьера.

Здравых идей никто не высказывал. Илья, как всегда, выражает свой мыслительный процесс сморщенным лбом и взглядом снизу вверх. Я понимаю, что он действительно напряжен, и пытается найти решение. Но еще, зная его, отступать он тоже не привык. И даже если мы до самого конца будем бороться поодиночке, он не сломается. И я тоже.

Юля же стояла немного в стороне, ее руки сжаты в кулаки. Не от страха, скорее от раздражения. Я знаю, что она переживает не только за нас, но и в целом за успех миссии. После всего того, через что мы прошли, она изменилась сильнее всех.

Я прижимаю ладонь ко лбу, сдавливаю виски. Пытаюсь сосредоточиться. Прорицание работает на полную катушку, выдавливая из меня остатки концентрации. Я не просил, но оно вернулось. Хотя, тут я лукавлю. Я примерно так и рассчитывал, что когда аркданс закончится, у нас тут будет самая горячая фаза. А пренебрегать этой возможностью по меньшей мере глупо.

Каждое движение, каждая атака… ни одна не исчезает, не уходит в никуда. Я просто чувствую каждой клеточкой тела, что должен сделать, чтобы победить. Здесь и сейчас. Странная способность, словно я вижу эту игру глубже, чем она нарисована. Я избегаю ударов, я знаю, где будет враг. Но все еще не знаю цену этой возможности.

Мои размышления прерывает Юля, ее голос отчетливо пробивается сквозь этот густой мрак.

— Майк, ты спросил «кто ты». Что ты имел ввиду?

Я кидаю взгляд на таймер. Еще пятнадцать секунд. Смотрю на колонну за пределами арены. Тень на ней никуда не делась. Человеческие очертания, расслабленная поза наблюдателя.

Я возвращаю взор на союзников. Оба смотрят на меня с недоумением.

— Вы не видите, что ли? — спрашиваю я, еще раз кивая на колонну.

Здоровяк качает головой.

— Ты что, опять с ума сошел? — ворчит он. — Очередной глюк?

Юля не отвечает, ее глаза полны беспокойства, но она ничего не говорит. Видимо, привыкла, что когда происходят какие-то странности, в скором времени это выливается в глобальную проблему. Так было раз за разом, сложно это не выучить. Я пытаюсь понять, что происходит, но не нахожу хотя бы какого-то логического объяснения. Ну не должно быть тут этой хрени, и все тут. Впрочем, во второй половине испытания многое пошло наперекосяк.

В очередной раз мне не дали сосредоточиться, выдернул меня из мыслей на этот раз громкий звук. Руны на краях поля боя начинают изменяться, свет от них тоже. Я чувствую, как земля под ногами слегка дрожит.

— Это что за хрень? — вопрошает Илья, его голос теперь тоже наполнен напрягом. — Опять какие-то фокусы?

До меня постепенно доходит, но обернуть догадки в единую картину не удается. Не хватает множества переменных. До пятидесятой все шло нормально, привычно. Арена как арена, такой я ее и запомнил. Порядок появления врагов, их способности, все такое же. А теперь… нам как будто мешают. Специально. И, вспоминая о том, как вернулась ко мне рука, я все сильнее чувствую, что к истине я близок как никогда. Нами играются. Вот тот говнюк, которого никто кроме меня не видит, отдыхающий на верхушке.

— Без паники. Делаем как раньше, — говорю я, стараясь держать себя в руках. — Но будьте наготове. Щит протектора я не вырубаю.

Приближается следующая волна. Таймер передышки отщелкнулся, чтобы погрузить нас в новое сражение. Рыцари смерти… это враги совсем не нашего уровня, хотя системка и показывает их уровни, как равные нашим. Что-то тут точно не так.

Грохот от первого удара рыцаря смерти по щиту Ильи отдается в моей груди, как будто молотом по наковальне ударили. Его пропущенный удар прилетел по мне. Что ж, такова плата за безопасность товарищей. Враги двигаются медленно, вальяжно, но каждый их шаг отдает такой мощью, что хочется сжаться. Их мечи, что они держат двуручным хватом, источают концентрированную тьму. Даже смотреть на них противно.