Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 70)
Акцентирую! Иногда.
Но без тепла любящего сердца и родных рук
она не действует.
Только желудок заполняет.
Иные женщины тоже «разбогатеевают».
Сами или вместе со своими вторыми половинками,
которые могут быть и не мужиками вовсе.
Хреновые тенденции,
доложу я Вам,
очень хреновые!
Так мы и вымрем.
Как вид.
Гомо сапиенс.
Гомо в хорошем смысле слова.
В традиционном!
Человечество под угрозой.
А вы говорите «Само пройдет!»
Можно поинтересоваться?
С какого?
Числа или хрена?
Иерусалимская прогулка бородачей!
И жарким был этот день. И спросил я под палящим израильским
солнцем правоверного еврея.
– Павлик, в почему верующие евреи не бреют бороды?
Казалось бы очень простой вопрос, заданный евреем
с ухоженной бородой еврею с большущей бородой, которой
ни расческа, ни триммер не касались.
Одним из многих одному из немногих.
И ответил мне друг, что пишут об этом главные люди в главных
еврейских книгах.
Объяснил достаточно подробно, хотя и не очень коротко.
И все равно ответ его был неполным, как это называли в школе.
Не убедили меня доводы.
Но чуть позже дошло время и для настоящего
и удовлетворившего меня ответа.
И этот самый ответ натолкнул меня на простую, казалось бы,
мысль.
Часто сложное становится простым, когда понимание приходит
через сердце.
Мысль эта доставила удовольствие, и по сей день остается почти
абсолютной истиной.
Мораль, итог, вывод? Сейчас не об этом. Еще не время. Не готов.
Сейчас небольшой экскурс в прошлое.
Не в мое.
Следует оговориться, что когда-то мой иудейский друг
и сегодняшний собеседник был достаточно далек от веры.
По советским меркам Пашу можно смело назвать тунеядцем.
Он не работал ни одного дня в своей жизни, если подходить
к этому процессу с точки зрения Трудового Кодекса!
Вряд ли я имею моральное право подробно рассказывать о его
прошлой жизни.
Хотя в ней не было ничего ужасного или преступного.
Более того – сложно найти человека более толерантного
и доброго, чем Паша.
Людей, которые могут сказать о нем плохо, я не знаю.
Он не был человеком системы и жил не так, как большинство
граждан его первой Родины.
Но сейчас это абсолютно неинтересно. В первую очередь для
Паши. Скажу только, что тогда он был достаточно далек от религии.
Однако жизнь распорядилась по-своему, как умеет делать только
она. И теперь все иначе. Сильно по-другому.
Наш герой, раньше немного тунеядец и карточный игрок, ныне
живет в другой стране, ест другую пищу, носит другую одежду,
читает другие книги.
А еще соблюдает Шабат, молится три раза в день. И поэтому