Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 152)

Потом расскажете.

Приятного чтения!

Издалека! Долго! Моя!

Мне не хватает Волги.

Великой русской реки.

Символа моего детства.

Моего личного Иордана.

Окна моей комнаты смотрели на Волгу.

Окна моей школы смотрели на Волгу.

Окна любимого ресторана смотрели на Волгу.

Окна моей первой гримерки смотрели на ВолГУ(не описка?)

Гулять мы ходили на Набережную Волги.

На дачу ездили, сорри, ходили – на пароходике.

Час по Волге туда.

Час по Волге обратно.

Салют бабахали с баржи.

Баржа стояла где?

Само собой, баржа стояла на Волге.

Отдыхать – за Волгу.

Так просто переправившись на речном трамвайчике на левый берег.

10 минут и все.

Во времена моей юности моста еще не было.

Хвастались мы за пределами Волгограда чем?

Мамаевым Курганом и Волгой.

Волга.

С ее рыбалкой, пляжами, пароходиками, икрой.

У нас на Культбазе (так называлась пристань)

(культурная база), где наша семья имела дачку на 6-ти сотках, икру продавали браконьеры.

Были дни, когда они это делали практически в открытую.

Ехал по дачной улочке между мотороллер грузовой.

Тарахтел моторчиком.

А за открытыми бортиками маленького кузовка выстроились баночки с икрой.

Большие, средние, махонькие.

Икра достойная.

Свежайшая.

Недорогая (относительно спекулятивных цен).

Вкусная.

Но я тогда ее не любил.

Такая судьба.

Почти каждое утро в дачный сезон мама и уговаривала, и заставляла меня съесть бутерброд с икрой.

Из стеклянной пол-литровой баночки накрытой белой марлей.

Она стояла в холодильнике на верхней полочке.

С черной икрой, мои друзья, с черной икрой.

А я всячески отказывался.

Придумывал разные веские причины.

От больного живота до недостатка времени.

От чего отказывался…

Свежий батончик, маслице сливочное и икорка слоем в палец толщиной.

Не ел.

Ну не идиот?

Определенно.

Килограмм 100 несъеденной черной икры.

Тяжелый удар.

А эти концерты на самой популярной городской площадке под лестницей на Набережной.

Зрителем ни разу не был.

А вот ведущим приходилось неоднократно.

Самый большой зрительный зал, перед которым я работал.

100 тысяч человек

Или больше.

А за спиной, метрах в ста – она, Волга.

Отступать некуда.

Или как вам такая традиция?

Первого мая обязательно надо было погрузить свое подростковое тело в мутные и всегда холодные воды разлившейся(точка?)

Делалось это не удовольствия ради.

Пацанская забава.