Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 104)
После этого разговора наш главный бухгалтер долго была уверена, что между нами что-то было, хотя знала, что интервью записано заранее и по телефону. Вместо отведенных мне протоколом 20-ти минут, звезда «не отпускала» меня почти час.
3. Розенбаум А. Я.
Выходя из студии, показал на меня пальцем и дал указание своему директору впредь искать «вот таких умных и адекватных».
А самыми скучными, тяжелыми и «неразговорчивыми» были Бутусов В. («Наутилус») и Шклярский Э. («Пикник»).
Не сумел я их прочесть.
Рок-Музыканты, ну что с них взять!
Неотправленное письмо волгоградскому другу после его московского юбилея
Саня!
Меня это мучает уже больше месяца.
Навязчивая идея. Несформировавшиеся поначалу в слова резкие эмоции.
Интеллектуальная заноза, от которой мне просто необходимо избавиться.
И я пытался, но день за днем оказываясь пред чистым листом бумаги в странной форме белого экрана монитора, хотел сказать, хотел понять, что же произошло.
Не в твой день Рождения,
не именно в этот день.
Саня, что произошло вообще? Что с нами?
Или только со мной?
Не уверен, что понял все, но сказать есть что…
Это разговор вроде бы для двоих, но я хотел бы, чтоб о нем знали те, кто понимает, о чем речь.
Пусть некоторым это будет непонятно или неуютно.
Хочется честно, без оглядки на положение, смокинги, гольф и поли-тику.
Как раньше.
Помнишь, ты не без печали сказал мне, что надо тебе праздновать три дня рождения?
Три раза.
В трех компаниях.
И объяснил причину.
Я не сразу понял почему они несовместимы. Все эти люди.
И твои доводы меня не убедили.
Более того, мне стало немного обидно.
Помнишь, в какую группу ты определил меня, родной мой человек?
И я возразил, но не настоял.
И пошел в это московский клуб, нацепив бабочку и смокинг.
О чем жалею, поверь мне.
Наверное я должен попросить прощения.
У тебя, как виновника торжества, у гостей, со многими из которых я знаком десятилетия, от общения с которыми сбежал.
У тебя прежде всего за то, что ушел раньше всех.
По-тихому так ушел.
По-английски.
И славно, что ты этого не заметил.
Смылся, говоря честно!
Саня, друг мой дорогой, клянусь – я несколько часов искал сначала душевного комфорта, потом хотя бы спокойствия.
Ты не понимаешь, как мне стало хорошо, когда такси отъехало от клуба.
Так не должно быть, я знаю. Это твой праздник, я специально прилетел черт знает откуда, из другой страны, чтобы поздравить тебя и быть рядом.
Но увы…
Весело и вкусно, громко и статусно.
Но не для меня эти сады цветут.
Много хорошо и дорого одетых людей.
Улыбки, обнимания, похлопывание по плечу. Искренние, но одинаковые вопросы.
Новые слова. Старые автомобили.
Гольф!
Сценарий.
Черная икра как основная сюжетная линия.
Я понимаю, что многие были рады встрече друг с другом, с тобой, со мной.
И это только моя проблема, этот мой личный дискомфорт.
Это я заразный.
Я стал, я почувствовал себя чужим.
Я был парнем из другого двора.
Из нашего с тобой старого советского волгоградского двора.
Прошло немного времени и до меня дошло.
Саня, я понял в чем дело!
Ты даже не представляешь, как это непонимание меня выматывало.
Просто моя компания там, Саня, на турбазе!
Там мой твой день рождения! В кроссовках и трениках наутро!
С яичницей и жареной картошкой!
С песнями под лабухов!
С тостами не по расписанию, а по велению сердца.