Михаил Палев – Ожерелье Клеопатры (страница 10)
– Когда ты вернешь себе владения Птолемеев, то официально утвердишь культ Атона, одаришь храм Атона земельными владениями и щедрыми дарами, – ответил Ур Атон. – Я же, наследник великого жреца-фараона Эхнатона, себе лично не требую ничего.
– Я построю новый храм Атону, который превзойдет все остальные храмы роскошью, я заставлю весь Египет поклоняться Атону! – горячо заверила Клеопатра.
– Нет, всеобщего поклонения не нужно, – отозвался Ур Атон. – Люди быстро забывают своих богов. И роскошного храма не надо: самые крепкие храмы незримы. Мне лишь нужно обучить новых жрецов, которые смогут и дальше хранить древние знания.
– Я сделаю все, что ты попросишь! – твердо заявила Клеопатра. – Это слово царицы Египта!
– На шее статуи Нефертити ожерелье, – сказал Ур Атон. – Возьми его, и ты получишь любовь любого мужчины, который тебе окажется нужен.
Клеопатра проворно вскочила на сиденье кресла у подножия статуи Нефертити и действительно увидела на шее золотое ожерелье. Оно состояло из золотых цветков папируса, чередующихся с жемчужинами.
– Какая прелесть! – восхитилась Клеопатра. – Жаль, жемчужины потеряли свой блеск.
– Надень его, и ты увидишь, как жемчужины вернут свое прежнее сияние, – посоветовал Ур Атон.
Клеопатра немедленно последовала совету Ур Атона, подбежала к факелу и увидела, как жемчужины заблестели.
– Ну, вот! Теперь я готова очаровать самого Помпея! – довольно улыбнулась Клеопатра.
– Только не Помпея, – предостерег Ур Атон. – Он уже не тот, что раньше, утратил хватку… Мой совет тебе: сделай ставку на Гая из рода Юлиев. И не мешкай: пора делать первый шаг к вершине.
– Когда? – серьезно спросила Клеопатра.
– Когда у римлян вновь возобновится гражданская война, им станет не до тебя, и Ахилл с Пофином могут решиться… не давай им этого шанса! Возьми инициативу в свои руки.
– Я готова! Но что я должна делать?
– Тебе надо тайно бежать в египетскую армию, которая сейчас стоит на границе с Сирией, и объявить войну своему «мужу» Дионисию. Римляне вмешаются, и тогда придет твой час!»
– Валерий Иванович, приехали! Вы что, спите?
Голос Ковригина вернул Таврова в действительность. С жарких берегов Нила он сразу же перенесся в холодную русскую зиму.
– Вот этот поворот на грунтовку. Ясное дело, никто его не расчищал. Но и снег тоже не девственный. Идемте, посмотрим!
Ковригин и Тавров вышли из машины. Машина остановилась у съезда с шоссе на уходящую в лес грунтовку. Сейчас грунтовка вся была покрыта нерасчищенным снегом, на котором отчетливо виднелись следы большегрузных машин.
– Вот тут останавливались дальнобойщики. Вон, видно, как они съезжали с трассы, а потом выезжали на нее, – указал Ковригин на следы. – Идемте дальше!
Дальше по заснеженной грунтовке тянулся только двойной след.
– А здесь, очевидно, всего один трейлер заезжал по грунтовке в сторону леса, а затем возвращался обратно, – заявил Ковригин, внимательно изучив следы. – Ну-ка, посмотрим, что ему там понадобилось!
Метрах в ста от шоссе в лесу открылась небольшая полянка, снег на ней был весь изрыт колесами.
– Ага! – воскликнул Ковригин. – Вот здесь он развернулся. А потом поехал обратно. И что он здесь делал? Что скажете, Валерий Иванович?
Тавров прошелся по грунтовке немного дальше, затем вернулся на полянку и сказал Ковригину:
– Вот и обнаружили мы нашу пропажу! В общем, там дальше по грунтовке следы того самого вездехода: у него траки характерные, с трактором не спутаешь. С трейлера спустили аппарель – следы ее опор четко видны на снегу, – вездеход по аппарели поднялся в прицеп трейлера. Так его и увезли на трейлере. Короче, Ваня, пусть все трейлеры тормозят! Форы у них минут сорок, за это время они на полсотни километров от этого места могли уехать. Сигареты у тебя есть?
Ковригин сунул Таврову синюю пачку «Русского стиля» и лихорадочно принялся названивать по мобильнику. Тавров отошел к краю полянки, закурил и задумался.
В принципе, всю эту тетрадку с писаниной действительно можно было бы считать не относящейся к делу макулатурой. Однако не далее как год назад некто Виктор Брен при помощи точно таких же, похожих на исторический роман, текстовых отрывков – только не записанных от руки в блокноте, а сохраненных в виде электронных текстов на флэшке, – хитроумно заманил его в ловушку, из которой Тавров с трудом выбрался. Поэтому Тавров очень серьзно отнесся к находке блокнота.
Итак, уже в первом отрывке идет речь о некоем магическом ожерелье. А рядом с тайником они нашли пустую коробочку, в каких обычно хранят большие ювелирные изделия. Явно не случайно! Ковригину это ни о чем не говорит, но ведь кто-то ввел Таврова в Пограничную Зону! Зачем? Пока не ясно, очевидно только, что как-то это связано с ожерельем. Но как?
Попробуем выстроить цепочку. Предположим, что Пургин неизвестным пока Таврову путем получил в свое распоряжение то самое ожерелье Клеопатры. Предположим, что Пургин, не подозревая о магических свойствах ожерелья, подарил его жене. А та, испытывая определенные чувства к господину Обнорскому, вольно или невольно добилась его расположения: именно поэтому Обнорский пренебрег своей молоденькой секретаршей ради замужней дамы бальзаковского возраста.
Но Пургин каким-то образом сумел выяснить происхождение ожерелья, уверовал в его магические свойства, изъял его у жены и спрятал здесь, на своей бывшей даче, благо, новые ее владельцы зимой на ней не появляются. Тогда гнусная ситуация получается: сам Пургин напал на свою жену, чтобы снять с нее ставшее опасным для него ожерелье. А затем, бежав из Бутырки, он немедленно изъял ожерелье из тайника. Но ведь сам бежать Пургин не мог, кто-то ему помог. Получается, что ценой бегства Пургина было ожерелье, и сейчас оно находится у организатора побега Пургина. И где же сейчас Пургин и где сейчас ожерелье? Вопросы без ответов…
Надо побеседовать с секретаршей, чтобы выяснить детали романа Ольги Пургиной с господином Обнорским. И хорошо бы выяснить, как госпожа Обнорская реагировала на роман мужа. Может, и вылезет хвост из клубка…
– Валерий Иванович! – крикнул Ковригин. – Хватит мерзнуть! Ехать пора!
Тавров бросил в снег окурок и поспешно направился к машине.
– Трейлер ищут уже, так что будем ждать, – сообщил Ковригин. – Кстати, неплохо бы перекусить… Коля, остановись у ближайшего кафе, перехватим что-нибудь!
Через несколько минут машина остановилась у придорожного кафе.
– Вы пойдете с нами, Валерий Иванович? – спросил Ковригин.
– Нет, я лучше дома поем, – ответил Тавров. Он хотел продолжить изучение блокнота.
– Ну, как хотите, – сказал Ковригин. – Тогда здесь за старшего остаетесь.
Оперативники и водитель вместе с Ковригиным ушли в кафе. Тавров уселся за столик в салоне «Баргузина», включил настольную лампу. Света должно хватить: у его телефона отличная камера, на макросъемке дает хорошее качество при искусственном освещении. Тавров достал мобильник и принялся переснимать при помощи встроенной камеры содержимое блокнота страницу за страницей. Когда сытые и довольные оперативники вернулись в автобус, все содержимое блокнота уже разместилось в карте памяти телефона Таврова.
Ковригин довез Таврова прямо до дома.
Тавров поставил в микроволновку стеклянную кастрюльку со вчерашним супом и засел за компьютер. Вначале он сбросил снимки на жесткий диск, затем принялся искать в Интернете информацию о Клеопатре. Разумеется, сначала он набрал по поиску «ожерелье Клеопатры» и обнаружил, что производители бижутерии давно и успешно эксплуатируют этот бренд. Точно так же дело обстояло и с «ожерельем Нефертити». Поскольку в блокноте Пургина первый текст был посвящен именно Клеопатре, Тавров решил сосредоточиться на изучении истории жизни именно этой знаменитой царицы Египта. За какой-нибудь час он набрал достаточно информации и для памяти оформил ее в виде короткого конспекта.
«Клеопатра происходила из выдающегося греческого рода Птолемеев. Соратник Владыки Мира Александра Македонского, друг его детских лет Птолемей I Сотер – что означало на греческом языке «Спаситель», – попросил себе в качестве воинской награды Египет: хорошо образованного Птолемея не могли не волновать тайны древней цивилизации. Когда Владыка Мира умер, то Птолемей забальзамировал труп Александра и, захватив его с собой, отбыл в свое царство и обосновался в Александрии, названной так в честь Македонского. В Александрии он снискал себе славу мудрого, просвещенного правителя. Александрия стала, без сомнения, главным культурным центром Ойкумены – «обитаемого мира», как в те времена называли греки известные им страны. Библиотека Александрии ко времени рождения Клеопатры насчитывала свыше трехсот тысяч наимнований книг. Однако к этому времени Египет Птолемеев клонился к упадку.
Отцом Клеопатры был Птолемей ХI, предпочитавший, чтобы его называли Неосдионисом (Новым Дионисом) или Филопатором (Любящим отца), но в историю он вошел под ироничным народным прозвищем «Авлет». Само прозвище «Авлет» означало «флейтист» и недвусмысленно указывало на то, что отец Клеопатры больше времени уделял игре на флейте, нежели заботам о государстве. Неудивительно, что Авлета презирало и ненавидело все население Египта, и к концу его царствования от прежнего величия эллинистической державы Птолемеев мало что осталось. В июле 51 года до н. э. Авлет скончался, завещав престол своим старшим детям: шестнадцатилетней красавице Клеопатре и тринадцатилетнему Птолемею-Дионису. Следуя египетскому обычаю, они сразу же вступили в брак друг с другом.