Михаил Орлов – Маяк (страница 5)

– Разобрался, что ли? – спросил Драгин. Артём кивнул.

– Ну слава богу, обошлись-таки без Интернета, – заметил Вася, и тут засмеялись мы все, включая Артёма.

Нам повезло. Уже почти в полной темноте мы заметили относительно удобный подход к берегу, и причалили туда. Берег был высокий и с виду сухой, почти сразу начинался разреженный лес: комфортное место для лагеря. Вещи на берег мы перекидывали уже в свете фонарей.

– Могла быть хуже, – сказал Вася, привязывая катамаран к дереву, чтобы его не унесло течением. – Новичкам везёт.

Драгин добыл из рюкзака две палатки, каждый свёрток размером не больше дыни. Надо думать, недешёвые.

– Я с Васей, ты с Артёмом.

Я взял палатку, и пошёл было искать ровное место, но понял, что уже слишком темно, так что просто отошел от Драгина на десять шагов и кинул свёрток себе под ноги. Потом. В первую очередь – костёр, нам нужен был свет и, особенно, пища. Вася уже вытащил топор и начал рубить сухое дерево на дрова. Я оставил палатку и поспешил на помощь.

За хлопотами мы как-то позабыли про Артёма. В темноте, без фонаря, он спустился к воде, и уселся на берегу, глядя на воду. Там я его и обнаружил.

– Ты чего здесь один?

– Стараюсь под ногами не путаться.

– А ты не путайся, ты помогай. Спросил бы, что делать, мы бы тебя чем-нибудь нагрузили.

– Действительно. Извини. У меня просто сил совсем нет… Я сюда очень долго добирался, – он уткнулся лбом себе в колени и замолчал. Мне почему-то стало его жалко, но я не нашёл, что сказать, просто легонько хлопнул его по плечу, набрал в котлы воды и пошёл к ребятам.

– А где этот Артём? – поинтересовался Драгин. Я кивнул в сторону реки:

– На берегу сидит.

– Понятно, – Драгин с энтузиазмом потер ладони. – Друзья, костёр горит, пища готовится, палатки стоят. Предлагаю: для начала по пятьдесят. Василий! Неси, друг. Лаперуза, тащи сюда Артёма.

Я поднялся, и обнаружил, что он уже стоит у меня за спиной, ёжась от холода. Подошёл Вася с бутылкой в руках.

– Не вижу вашу посуду, господа.

– Ребята, я должен извиниться, но я очень хочу спать, – вполголоса сказал Артём. – Я понимаю, что это не слишком вежливо с моей стороны, и обещаю завтра исправиться. Но сейчас я должен лечь. Где я могу это сделать?

– Да ты что? Скоро ужин будет, мы же весь день не жрамши! Сейчас выпьем, поедим, посидим… Приземляйся к огню, сейчас согреешься, – Драгин слегка подтолкнул его за плечи и усадил к костру. – Ну, Василий?

Я подставил посуду, и Вася плеснул каждому из бутылки. Я раздал кружки.

Артём с сомнением поглядел в свою.

– Я не пью.

– Какой ты сложный, Артём! Никто тут и не пьёт. Это просто аперитив, для аппетита. За знакомство. Давай, – Драгин поднял кружку, мы встали, чокнулись и выпили, все, кроме Артёма. Он наклонился поставить свою кружку на землю, но пошатнулся, потерял равновесие и едва не свалился прямо в костёр. Драгин успел ухватить его под руку, отдёрнуть назад.

– Эй! Ты чего?!

– Говорю же, мне лечь надо.

Драгин выразительно посмотрел на меня, я кивнул и пошёл провожать Артёма в палатку.

– Странный какой-то товарищ, – прокомментировал Драгин, разливая по второму кругу, когда я вернулся к огню. – Лаперуза, не боишься с ним в одной палатке спать?

– Он, по ходу, безобидный. Хорошо хоть, вроде не нытик, – ответил я.

– Не понимаю, как можно весь день не жрать, и отвалить спать перед самым ужином.

– Ты же видел, он на ногах еле стоял. Говорит, очень долго ехал. Драгин, а откуда он?

– Из Челябинска.

– Не так уж и долго должно было получиться, – прикинул Вася. – Самолетом до Сыктывкара, оттуда прямым поездом. Зачем тогда было на промежуточной станции встречаться?

– А чего ты меня спрашиваешь? Разбуди его, да спроси.

– Ты же с ним договаривался.

– Вася, я договаривался с человеком, именующим себя «Скимен 2000». Я сначала вообще не думал, что из этого что-то реально получится. «Скимену 2000» надо попасть в конкретный квадрат. Ему надо провести, типа, научное исследование. Он находит меня. Он платит по счетам. Так? Заметь, всё купленное я оставляю себе. Если бы я начал допытываться, что да как, вопросы задавать, он мог соскочить, понимаешь? И вообще, какая разница? Он платит, я везу.

– Странно как-то, – заметил Вася. – Не похож он на учёного. И на искателя приключений не похож. Чего он тогда сюда попёрся-то?

– За романтикой, – усмехнулся Драгин, – За туманом. И за запахом тайги. Ты мне лучше скажи, откуда у пацанчика такие бабки. Не по-буржуйски он смотрится. Штанишки с рынка, часики пластмассовые. Беспокойно мне. Как бы не втянул он нас в историю.

– А раньше ты об этом не подумал? Прежде, чем подписываться?

– А я знал?

– Надо было знать.

Драгин с досадой плюнул в костёр.

– Короче, освоится, сам всё расскажет, если захочет, а не захочет, и хрен с ним. Даже лучше. Забыли. Мы просто пошли в небольшой поход, так? Любуемся, так сказать, медленным увяданием природы, рыбку ловим, водку пьём. И вообще, наверняка у него в рюкзаке и рамки, и дозиметр, и ловушка для приведений, и металлоискатель, метеорит этот искать.

– Ты думаешь, это был метеорит?

Драгин посмотрел на меня, как на идиота.

– А ты думаешь, это было инопланетное вторжение?

– Не знаю. Но у меня прямо мороз по коже от мысли, что где-то здесь, в этом лесу, рядом, могут лежать обломки настоящего НЛО, – признался я.

– Ох, Лаперуза, ты как маленький. Ну, поможешь нашему профессору в его изысканиях. Наливайте.

После ужина и трех раз по пятьдесят жизнь начала казаться мне удивительно прекрасной. Ночь была холодной, к утру наверняка подморозит; над головами ни облака, только чистое сияющее звездное небо. Сколько раз уже видел такие звезды, и всё равно, каждый раз, глядя в чёрную бесконечность, снова испытываю маленькое потрясение. В костре щёлкнуло, взорвалось; в небо поднялся сноп искр. Я глубоко вздохнул. Василий тоже сидел, задрав голову.

– Красиво, да?

– Точно.

Драгин только покачал головой.

Я проснулся первым. Полежал немного, прислушиваясь, понял, что все ещё спят, и так же понял, что сам уже не усну. Я тихонько расстегнул спальник, натянул штаны, начал шарить по палатке в поисках свитера. От моей возни проснулся Артём, он привстал на локте и сонно уставился на меня. Под его головой обнаружился мой свитер: накануне, укладываясь, я сам подпихнул его туда в приступе любви ко всему живому.

– Можно? – я кивнул на свитер. Артём не сразу сообразил, о чём я, а когда понял, сильно смутился.

– Извини, я во сне.

– Да ничего. Я тебе его сам подложил. Куртку твою не нашёл. Видимо, ты на ней лежишь.

Он завозился в спальнике.

– Точно. Вот она. Я так устал вчера, даже не помню, как мы спать ложились. Спасибо.

– Так ты раньше всех ушёл, перед самым ужином, мы ещё долго потом сидели. Ты, наверное, голодный, как пёс?

Он кивнул:

– Ага.

– Ну, тогда вылезай, – сказал я и выбрался из палатки в студёное утро.

Ночью были заморозки, жухлую траву и листву под ногами словно присыпало искрящейся пудрой. Я спустился к реке, плеснул себе в лицо ледяной воды, и пошёл за дровами. Удары топора разбудили ребят, и когда они выбрались из своей палатки, мы с Артёмом уже развели костёр. Драгин помахал нам рукой и пошёл умываться.

– Всем доброе утро, – поприветствовал нас Василий, усаживаясь у огня. – Как ты, Артём?

– Нормально.

– Ну, молодец. С чего ты вчера так умотался?