Михаил Никитин – Эффект Танева (страница 8)

— Рекс, друг мой! Ты жив?!!

4. Лиара т'Сони и Лиара т'Сони

Поверить не могу, что мои сородичи разругались с турианцами!

Всё, что я услышала от этого Адриэна, было похоже на плохую шутку. Враждующие Палаван и Тессия? Батарианцы, лидирующие в Совете? Галактика на грани тотальной, самоубийственной войны? Я бы сочла всё это досужими выдумками, но…

Но были уничтоженные крейсера. И дредноут. И термоядерные взрывы на поверхности планеты. И, самое главное, взгляды турианцев.

Сородичи всегда относились ко мне настороженно. Ведь я чистокровная, у меня и мать, и отец — азари. С точки зрения генетического разнообразия вида, это нехорошо. Поэтому я с детства привыкла к кривым взглядам. Но всё менялось, стоило только отправиться на какие-нибудь раскопки. Турианцы, люди, саларианцы… практически все смотрели на меня с восхищением, обожанием и… вожделением? Это смущало, я терялась, запиналась, не могла и двух слов сказать. Мама не раз повторяла, что это пройдёт, что я ещё совсем ребёнок, что мне сто лет всего. Возможно. До сих пор не знаю, куда деться от восторженных взоров некоторых людей из экипажа «Нормандии».

Но на том дредноуте, «Гарвуге»… там не было восхищения и восторга. В лучшем случае — демонстративное игнорирование. В худшем… ненависть. Неприкрытая, непонятная, застарелая. Это было… страшно. До сих пор не отошла. Если они так к азари относятся, то что же произойдёт при встрече с Тали и Рексом?

Хм. Адриэн кварианке даже какие-то знаки уважения оказывает. Странно. А вот и Рекс идёт.

Ой.

Сейчас что-то будет.

Главное — успеть поставить барьер, успе…

— Рекс, друг мой! Ты жив?!! — Что?!

— Мы незнакомы, турик — презрительно бросает кроган, продолжая сжимать штурмовую винтовку.

— Но ты ведь Рекс, да? Урднот Рекс? — Крайк едва ли не подпрыгивает на месте, — тот самый вождь, что объединил племена Тучанки в единое государство?

— Ха, — хмыкает кроган, слегка расслабляясь. Чуть-чуть, самую капельку, — неплохая идея. Жаль, несбыточная. Хотя…

Турианец кидается к передатчику:

— Связь с «Гарвугом», быстро! Это Адриэн Крайк, соедините с капитаном. Да. Нет. Нет, это срочно. Минис? Немедленно прекратите подготовку к прыжку. Срочные новости: на «Нормандим» находится Рекс. Да, Урднот Рекс. Да. Да, он согласится. Нет, я ещё не спрашивал. Абсолютно уверен, я его хорошо знал… знаю… узнаю… тьфу! До связи.

После этого Крайк обратился к Шепарду:

— Надо снова пристыковаться к «Гарвугу». Рекс нужен в другом месте.

— Ты считаешь себя вправе решать, где мне быть? — с угрозой спросил кроган. Хотя мне иногда кажется, что он и комплименты делает с угрозой.

— Подожди, Рекс, не кипятись! — Адриэн оборачивается, подняв к плечам раскрытые ладони, — я всё объясню!

— Жду.

— В последнее время… — заминка, — точнее, после Гарвуга… В смысле, во время гражданской войны Сарена…

Адриэн переводит дух, собираясь с мыслями. Встреча с Рексом выбила его из колеи.

— Начать следует с Восстаний кроганов. После победы турианцы установили в одной из густонаселённых долин Тучанки термоядерную бомбу мощностью около ста мегатонн.

— Что?!! — Крик. И сразу же — спокойный тон, который пугает сильнее любого крика, — вам мало было разбить наши войска, уничтожить наши корабли, поселить нас в радиоактивной дыре, заразить генофагом и обречь матерей на бесконечные выкидыши. Вы решили сжечь нас в ядерном пламени?!

— Рекс, это было ошибкой, страшной, но исправленной! Выслушай, я всё объясню!

Оглядываюсь по сторонам. Все с интересом и тревожным ожиданием следят за диалогом. Интересно, а в нашей галактике на Тучанке тоже есть такая бомба?

— Слушаю, — неохотно кивает Рекс.

— На первом этапе за Сарена сражалось много кроганских наёмников. Но потом маховик войны стал раскручиваться всё сильнее и сильнее, предателя стало заносить всё дальше и дальше, и он решил показать всей галактики «величие турианской расы». Примарх вовремя узнал об этом и направил на Тучанку отряд под командованием своего сына, Тарквина. Приземлились они неудачно, крушение, многочисленные жертвы, миссия на грани краха. Но потом Тарквин встретился с племенем Урднот и его лидером, Рексом…

— То есть со мной?

— Да, с тобой. С другим тобой. После некоторых… недоразумений турианцы и кроганы нашли общий язык, Рекс помог Тарквину разобраться с бомбой. При этом обратный отчёт уже тикал, сын примарха предотвратил взрыв в последний момент, ценой своей жизни.

— Ты думаешь, что я расплачусь?

— Ну что ты. Просто информирую. После тучанкского инцидента многие воины из клана Урднот сражались на стороне Виктуса. При этом турианцев они в рабство не уводили… в отличие от «миротворческого контингента» Балака.

— Балака? — удивился Шепард, — Батарианскими силами командовал этот террорист?

— Да. Сейчас он — национальный герой Гегемонии. Хотя определение «террорист» подходит ему гораздо больше. А что?

— Ничего. Жаль, что я его тогда не пристрелил. Продолжайте, Адриэн.

— После победы над Сареном ты… в смысле, Рекс…

— Я и есть Рекс, — так, пациент уже шутит. Может, драки удастся избежать?

— Да понятно это. Со временем Рексу удалось объединить Тучанку под эгидой клана Урднот. Мы помогали, в меру сил. Постепенно Иерархия и кроганы стали союзниками…

— Знаешь, не верится, что наши расы стали друзьями.

— Знаешь, не верится, что наши расы были врагами.

Несмотря на серьёзность момента, я не смогла сдержать улыбки.

— Пятнадцать лет назад, — продолжает Адриэн, — началась война на Гарвуге.

— Система Паз, Порог Валгаллы? — уточняет Прессли.

— У нас скопление называется чуть-чуть по другому… но да, это там. Одна из немногих признанных колоний кроганов, ну и ворка там живут. Корпорации азари позарились на ресурсы планеты и на неразграбленные протеанские руины. На орбите Гарвуга, «во избежание нежелательных инцидентов», находилось несколько турианских кораблей. Флот «Элкосс Комбайн» сбил их, «не разглядев» национальную принадлежность. На поверхность планеты высадился десант. Они надеялись на блицкриг. Не вышло. Столицу-то захватили быстро, но кроган Халиот Ранд организовал полноценную партизанскую войну. Ситуация в галактике накалилась, правительства обменивались нотами, на помощь Халиоту отправились воины с Тучанки и турианские добровольцы. Я был в их числе. Совсем молоденький лейтенант. Бои шли с переменным успехом, пока в одной из вылазок не удалось захватить саларианца. От него никто не ждал никаких откровений, но во время допроса он рассказал, — быстрый вздох, — О лекарстве от генофага.

— Оно существует?! Генофаг вылечен?!

— Существовалó. Не вылечен.

После тяжёлого молчания Рекс попросил:

— Рассказывай.

— Саларианца удалось вывезти на Тучанку и допросить поподробней. Выяснились интереснейшие вещи. Оказывается, четыре столетия назад саларианский учёный, некто Мордин Солус, создал лекарство от генофага. У вас этого доктора в команде, случайно, нет?

— Случайно нет, — ответил Шепард.

— Жаль. В общем, история мутная, подробности так узнать и не удалось. Скорее всего, Мордина ликвидировали свои же. Но в итоге Бакара, женщина-кроган, приобрела иммунитет к вирусу генофага. На Сур'Кеше решили сохранить результаты столь интересного эксперимента, — голос Адриэна так и сочился сарказмом, — и оставили Бакару в живых. Она просидела в лабораторном боксе долго, очень долго. Лягушки тщательно хранили свою тайну, но она всё-таки утекла.

Провести… четыре столетия… в плену? А я бы смогла? Выжить и не свихнуться? Нет, точно нет.

— Я настоял на освобождении Бакары, — это был не вопрос, утверждение.

— Да. Примарх сначала отнекивался. Но война на Гарвуге разгоралась, тут и там начались «пограничные инциденты», и он дал добро. Для налёта на Сур'Кеш мы выделили пять дредноутов, два авианосца, двадцать крейсеров, десантные челноки. Пока главные силы вяло перестреливались с орбитальными платформами, истребители подавили местную ПВО, а фрегаты высадили десант. Саларианцы не ждали нас, но смогли дать отпор. Ты был там, Рекс, и я сражался бок о бок с тобой. Когда мы добрались до защищённого бокса, Бакара ещё жила. Саларианцы заклинили лифт, но поднять её на поверхность всё же удалось. В этот момент подоспевшая авиация прорвала заслон истребителей и нанесла удар по научному корпусу. Видимо, в ГОР поняли, что стоит на кону. Бокс с Бакарой был сильно повреждён, женщина серьёзно ранена. Ты ещё смог донести её до челнока, но… Ей тяжело пришлось в лаборатории. Даже организм кроганки не выдержал. Она умерла, Рекс. Она была мужественной женщиной, я видел её последние минуты. Она умерла.

Это… несправедливо. Несправедливо!!!

— Тело Бакары изучали наши лучшие учёные. Лучшие, но до гения Мордина им было далеко. Если бы кроганка выжила, они, возможно, смогли бы сказать что-то определённое. Но не в этом случае. Генофаг не вылечили. С Гарвуга, кстати, захватчиков выгнали. Но с тех пор вся галактика балансирует на грани войны, а «пограничные инциденты» — обыденность.

Кажется, такое молчание называется «тяжёлым». Вот же ж! Знаю, что кроганы агрессивны, и размножаются они крайне быстро, и генофагом их заразили заслуженно, но всё равно. Несправедливо!

— Как я погиб? — Наконец-то нарушил молчание Рекс.

— Это было пару лет назад, на Тучанке. Обычный конвой… Его атаковала Калрос, праматерь молотильщиков. Легенда… смертельно опасная легенда. Не выжил никто.