Михаил Нестеров – Комэск (страница 21)

– Так! Имеем двенадцать солдат в бронетранспортере, восемь в грузовике, солдата и двух офицеров в кюбельвагене. Итого двадцать один солдат и два офицера. Разместились они в трех хатах. В первой девять солдат, во второй тоже девять, в третьей два офицера, пленные в сарае под охраной солдата и еще два на посту на улице около техники. Это плюс! Самогон принесли, еще один плюс! Посмотрим, как у вас с дисциплинкой! – думал Северов, наблюдая за происходящим через дыру в плетне.

Окончательно стемнело, немцы поели и стали укладываться спать. В хлам никто не упился, но некоторые набрались прилично. Один из офицеров вышел их хаты, подозвал унтера и пенял ему на это. Но сам он был тоже подшофе, а унтер убеждал, что те, кто несет службу, сухи как лист. Олег расслышал не все, больше догадывался, но и так многое в их диалоге было ясно. Потом унтер заорал, позвал обер-ефрейтора и грозил ему пальцем, а тот убеждал начальство, что все несут службу как положено. Северов хмыкнул – расслабляйтесь, ребята.

Что делать дальше, вот в чем вопрос. А впрочем, не вопрос! Сидеть дальше – хороший вариант, утром немцы скорее всего уедут. Вот только вполне могут найти мотоцикл Северова, его хорошо не спрячешь, да и таскать по темноте некуда. В сам сарай не закатить, дверь маловата, да и шум будет – наверняка дверь скрипит. А в светлое время его сразу увидят, он же просто за сараем стоит, достаточно во двор заглянуть. Уезжать сейчас – опять лишний шум. Надо невдалеке от часовых мотоцикл выкатывать. Так что некоторым гансам – прямая дорога в Вальхаллу, придется их убирать.

Олег вытащил из коляски мотоцикла свою одежду и переоделся, мазать кровью немецкую форму он не хотел, вдруг еще пригодится. В ходе наблюдения за часовыми и подслушивания их разговоров Северов понял, что их скоро сменят. Так и есть, ефрейтор вывел смену, стоять им, судя по разговорам, еще четыре часа. Подождав, пока все опять угомонятся, летчик перемахнул через невысокий плетень и подкрался к часовому, стоящему возле транспорта. Выждав момент, когда второй часовой зайдет за угол хаты, Олег ударил немецкого солдата ножом в сердце. Навыки не подвели, шума не было. Северов быстро сместился к хате и, когда второй часовой показался из-за угла, снял и его. Теперь часовой около сарая. Жаль, темно, можно было бы метательным ножом снять. А так риск слишком велик, если промах, ганс заорать успеет. Северов, пошатываясь и изображая пьяного, вышел из-за угла хаты и побрел к сараю, шумно сопя и бормоча заплетающимся языком:

– Эй, Клаус, Клаус! – Он слышал, как звали одного из солдат, – это я! Где здесь этот чертов клозет?

– Гельмут? Ну ты набрался, приятель! – Часовой засмеялся. – Вали отсюда, это сарай, а не клозет.

Прежде чем немец успел заподозрить неладное, Северов поработал ножом. Оттащив труп за сарай, Олег осторожно снял замок с двери сарая. Он был не заперт, просто наброшен на скобу.

– Эй! Просыпайтесь!

– Кто здесь?

– Тихо! Не шуметь! Выбирайтесь побыстрее.

Из глубины сарая, пригибаясь, подобрался человек.

– Вас трое, я видел. Третий идти может?

– Нет, это генерал Снегов, командир 8-го стрелкового корпуса. Он ранен в ногу и контужен.

– А вы двое в порядке?

– Да.

– Тогда берите его. И тихо! Несите генерала к бронетранспортеру.

Мужчина скользнул в глубину сарая. После короткой возни два человека вывели третьего, висевшего у них на плечах. Пока все было тихо. Они быстро переместились к бронетранспортеру, Северов открыл задние дверцы десантного отделения, полез внутрь. Ударился обо что-то коленом, зашипел от боли, развернулся, принял генерала. Его спутники тоже залезли, потащили Снегова в глубь корпуса. Пошарив руками в темноте, Северов понял, что он ударился коленом о какой-то ящик. Открыв его, Олег нащупал ребристые тела гранат «Ф-1». Вот это находка! Запалы лежали как положено, в двух запаянных банках. А вот и нож для их вскрытия. Шикарно! Северов быстро вскрыл банки с запалами.

– Подождите немного!

Олег выскользнул из бронетранспортера и поставил по растяжке на калитках у хат, где квартировали немцы. Потом быстро, насколько это возможно в темноте, пробрался к своему мотоциклу и выкатил его на руках поближе к немецкой технике, хотел сделать небольшой сюрприз в виде гранаты в коляске, но наглеть не стал, надо было уезжать и не медлить. Летчик забрался обратно внутрь бронетранспортера:

– Все, сейчас поедем! Один человек к пулемету. Кто знает «МГ-34»?

Один мужчина молча встал к пулемету.

– Подожди заряжать, сначала я движок заведу.

Северов достал фонарик, посветил место механика-водителя, прочитал надписи на табличках.

– Так, понятно. Поехали.

Двигатель завелся быстро, зарокотал сотней лошадей. Бронетранспортер дернулся и мягко покатил из деревни. Они уже выехали на дорогу, когда сзади раздался взрыв гранаты, затем еще один. Спидометр показывал около 30 км/час, но гнать в темноте быстрее Северов не стал. Отъехав немного, свернул с дороги направо. Судя по карте, где-то здесь начинался ручей или речушка. Надо было ее объехать, а то обидно будет застрять сразу по выезду из деревни. А ехать по дороге дальше Северов не хотел, там населенные пункты, гансов наверняка много.

Проехав несколько километров, Олег остановил машину и заглушил двигатель.

– Скоро рассветет, осмотримся и поедем дальше. А сейчас пора представиться. Младший лейтенант Северов, 12-й ИАП. Сопровождал бомбардировщики во время налета на Белую Церковь.

– Майор Панин, Иван Ильич, начальник штаба 297-го стрелкового полка.

– Капитан Рудаков, Матвей Васильевич, командир второго батальона 297-го стрелкового полка.

– А генерала я знаю. Встречал на шоссе в районе Винницы 10 июля. Меня сбили тогда, я на вынужденную рядом с ним плюхнулся.

– Это когда немцы колонну с детьми штурмовали? – спросил майор.

– Ну да!

– Генерал про тебя рассказывал. Ладно, что делать будем?

Северов помолчал немного, обдумывая ситуацию:

– Рация у них на этой машине, другой я не видел, но это ничего не значит. Здесь немецких частей как говна на ферме, связь быстро отыщется. Так что транспорт наш засвечен. Одиночные бронетранспортеры будут останавливать и проверять. На этой консервной банке много не навоюем. Так что идея такова – быстро вылезаем на большую дорогу и пристраиваемся к какой-нибудь колонне, пока перезвон не пошел. Двигаемся вместе с ней к линии фронта. По-немецки кто-нибудь говорит?

Начальник штаба кивнул:

– За коренного немца не сойду, но шпрехаю неплохо.

Капитан развел руками:

– Зато я финский знаю. В разведке служить хотел, учился.

– Все, решено. Идем на дорогу, по возможности захватываем пару гансов, пусть формой поделятся!

Северов снова переоделся в немецкую форму, решив изображать авианаводчика, едущего на передовые позиции. После короткого объяснения Олега капитан Рудаков сел за руль. Он быстро освоился с управлением, и бронетранспортер бодро покатил по полю в сторону дороги. Судя по карте – из Коростышева на Киев. Перед дорогой был небольшой лесной массив, так что в начинающихся утренних сумерках удалось выбраться на дорогу. Через некоторое время они догнали медленно ползущую колонну – роту Pkpfw III и несколько бронетранспортеров. Удача!

Колонна ползла медленно, дорога была прямая, просматривалась хорошо. Поэтому, когда Северов заметил стоящий у обочины мотоцикл, около которого курили офицер и унтер, пришлось встать немного боком, чтобы закрыть от уходящей колонны дальнейшее действо. Сзади ближе пары километров никого видно не было. Немецкого обер-лейтенанта и унтер-офицера быстро втащили внутрь, оглушили, раздели, затем убили ударом ножа в сердце. Майор надел форму обер-лейтенанта, капитан – унтер-офицера. По комплекции, конечно, не очень подошло, но около дела. Двинулись догонять колонну. Трупы выбрасывать сразу не стали, если будут искать и рядом найдут раздетых, быстро сориентируются. Изучили документы немцев, полезли в планшет офицера – карты! С нанесенной на конец вчерашнего дня обстановкой. Отлично.

От трупов удалось избавиться при переезде какой-то речушки вроде Бучи. Пока колонна неспешно переправлялась, спрятались в густые придорожные кусты. При переправе стоял пост, но шли в колонне, так что каждую машину не смотрели. Пронесло.

Колонна свернула куда-то влево, когда уже вовсю слышалась стрельба, до линии фронта было рукой подать. Поехали немного дальше, но были остановлены постом. Кругом сновали солдаты, невдалеке стояло несколько танков с работающими двигателями, так что раскрывать себя и идти напролом было нельзя. Очень кстати в небе нарисовалась девятка «лаптежников» под охраной четверки «Мессеров». Олег сделал знак Рудакову, чтобы погазовал, прибавляя шума, замахал руками, сказал, что ему надо скорее ехать дальше, пригрозил, что, если бомбы упадут на свои позиции, он фельдфебеля – старшего поста – сдаст с потрохами, а это верный расстрел. Тот, видимо, половину слов из-за тарахтения двигателя бронетранспортера и работы танковых моторов не расслышал, но смысл понял, струхнул, быстро объяснил, как лучше ехать, и даже по телефону кому-то позвонил, чтобы не задерживали, а показали дорогу. Попылили дальше, на развилке регулировщик указал, где штаб полка. Пришлось свернуть, но Рудаков останавливаться, естественно, не стал, а поехал дальше по танковой колее.