Михаил Нестеров – Комдив (страница 46)

Бергамини сформировал два конвоя. Один из них прикрывала группа кораблей, в состав которой входили старые линейные корабли «Андреа Дориа», «Кайо Дуилио» и «Джулио Чезаре». Еще один старый линкор, «Конти де Кавур», находился в ремонте и не похоже, что имел шанс из него выйти. По крайней мере в известной Северову истории он был пущен на слом почти сразу после окончания войны. В состав охранения второго конвоя входили новые однотипные линкоры предвоенной постройки «Литторио», «Витторио Венето» и «Рома». Этот конвой шел восточнее первого и не имел в своем составе ни одного крейсера, которых у итальянцев и так осталось совсем немного. В дополнение к линкорам имелось всего семь эсминцев, но и шанс встретить противника был минимален, основные аплодисменты должен был собрать первый конвой, идущий западнее.

Пока все складывалось очень неплохо для плана, разработанного командованием советской эскадры. Первым вышел западный конвой, на который тут же нацелились все наличные силы союзников. Его пытались достать сухопутной и палубной авиацией, атаками подводных лодок и надводных кораблей. Но охранение было сильным, кроме линкоров в него входили крейсеры «Джузеппе Гарибальди» и «Сципионе Африкано», десять эсминцев и полтора десятка более мелких кораблей, миноносцев и корветов.

К исходу 25 января конвою был нанесен определенный урон, но он был существенно меньше, чем этого ожидали союзники. Некоторые самолеты конвой не обнаружили и вернулись, десяток самолетов был уничтожен истребителями, прикрывающими конвой с аэродромов, расположенных на Сицилии, в Греции и на острове Крит. Оттуда же были нанесены несколько авиаударов по кораблям англоамериканцев. Атака подводными лодками также была не очень удачной: удалось торпедировать эсминец, миноносец и корвет, но охраняемые суда не пострадали, лодкам не удалось к ним прорваться, а для повторных ударов уже не хватало скорости. Атака надводных кораблей была отбита силами охранения с потерями с обеих сторон, но основная задача – уничтожение транспортов – также не была выполнена. Общим итогом стало уничтожение семи, повреждение одиннадцати боевых кораблей ВМС Италии и повреждение всего одного транспорта.

Все это время русская эскадра маневрировала юго-восточнее, Северов и Платонов не лезли в действия союзников, чтобы не путать друг другу карты. Самолеты и подводные лодки вели поиск вражеских субмарин, эсминцы работали в непосредственном охранении авианосца. Наконец, когда союзники прекратили свои атаки, к работе приступила особая эскадра ВМФ СССР. Северов поднял ударные самолеты в 2:30 ночи 26 января с расчетом нанесения удара в темноте и возвращения с рассветом. Впереди по курсу вражеского конвоя уже находилась «К-51» каплея Ильичева. «К-52» и «К-53» Платонов пока оставил в дальнем охранении «Смоленска», хотя поиск подводных лодок дал всего один контакт, закончившийся уничтожением немецкой семерки торпедой с К-52. Береженого бог бережет…

«Сухарики» вышли в предполагаемый район нахождения конвоя широким фронтом, между парами машин было около десяти миль. Это позволяло вести поиск радиолокаторами в полосе шириной более ста миль, что, учитывая невеликий размер акватории, давало высокий шанс обнаружения цели. Через два часа после взлета конвой был найден и атакован восемнадцатью управляемыми авиабомбами калибром 500 кг с разных направлений в течение полутора часов. Ударные самолеты ушли на авианосец за новой порцией подарков, а на охоту вышла «К-51». Женя Ильичев перископ не поднимал и атаковал с глубины не менее шестидесяти метров (имеющиеся торпеды можно было запускать с глубины до ста метров, более глубоководные находились в разработке; противолодочные торпеды находили цель на глубинах до полутора сотен метров, разрабатывались торпеды с еще большей глубиной хода, но это тоже в отдаленной перспективе), так что шанс обнаружить его лодку был весьма невелик. По одной торпеде он всадил в линкоры, оставшиеся расстрелял по транспортам и танкерам, после чего ушел на глубину более ста метров и стал перезаряжать торпедные аппараты. Результаты должен был зафиксировать воздушный разведчик, который уже подошел к конвою и висел в стороне, ожидая близкий рассвет.

В 8 часов командование эскадры имело обнадеживающую картину. Сколько управляемых бомб точно попало, сказать однозначно было нельзя, но, похоже, не менее тринадцати. Каждый из линкоров получил не менее двух попаданий, один из них едва держался на плаву и имел все шансы затонуть в самое ближайшее время. Еще один тоже был сильно поврежден и вряд ли надолго переживет своего товарища по несчастью. Третий линкор имел шанс добраться до какого-нибудь порта, хотя и ему здорово досталось. В один из крейсеров также было попадание, но он держался на плаву и имел ход, хотя и не более семи-восьми узлов. Второй крейсер пострадал мало, скорее всего, это были повреждения, нанесенные ранее. Из более мелких судов осталось тринадцать единиц, многие повреждены. Из трех танкеров и семи транспортов было потоплено соответственно два и четыре. Конвой надо было добивать. Когда «сушки» снова приблизились к вражеским кораблям, на плаву остались транспорт и танкер, два транспорта добила «К-51». На этот раз по судам отработали торпедами, восемнадцатью уничтожили девять целей, среди них оставшиеся танкер и транспорт. Из-за сутолоки, возникшей в результате атаки «К-51», было несколько двойных попаданий «изделиями», наводящимися по кильватерному следу, и даже одно тройное. Небольшие повреждения от зенитного огня, очень слабого и неточного, получили два ударных самолета.

Платонов передал координаты конвоя англичанам и повел эскадру на перехват второго вражеского соединения. Адмирал Бергамини вел конвой в обход острова Крит, намереваясь пройти рядом с островом Кос. Это был небольшой крюк, зато маршрут был неплохо прикрыт истребителями с аэродромов Крита. Русская эскадра тоже обходила Крит с севера, Олег надеялся на ночную атаку, когда темнота прикроет его от вражеской авиации. Ни немцы, ни тем более итальянцы не располагали в этом районе самолетами, имеющими бортовые РЛС. К тому же авиаподразделения, размещенные в Греции, были немногочисленны и частично уже переброшены севернее, ближе к линии фронта. Бомбардировщиков и торпедоносцев уже не было совсем, поскольку целей для нанесения авиаударов в этой части моря не имелось. Корабли союзников здесь пока не появлялись.

Учитывая грандиозность замысла, в составе охранения эскадры Северов и Платонов рискнули оставить только «К-52», а «К-51» и «К-53» уже убежали на перехват конвоя, обходя Крит с юга. Высокая скорость полного хода и небольшое расстояние позволяли надеяться, что они успеют, по крайней мере «К-51», ушедшая раньше.

Благодаря радиолокаторам удалось уклониться от встречи с небольшой группой кораблей ВМС Италии, которые, судя по их действиям, вели поиск подводных лодок. Истребители перехватили и сбили два самолета-разведчика, летающие лодки Кант «Габбиано». Это были устаревшие к тому времени одномоторные самолеты, не отличавшиеся высокой живучестью, к тому же их экипажи уделяли основное внимание водной поверхности, а не наблюдению за воздухом. Так что внезапная атака со стороны солнца и мощный трехпушечный залп не дали шанса экипажам сообщить о своей печальной судьбе.

Итальянский конвой был обнаружен в 3:27 29 января между Критом и островом Пахия. На этот раз «сушки» несли самонаводящиеся торпеды. Сигналы от линкоров и эсминцев различались довольно прилично, что позволяло летчикам выбирать цели. К рассвету в составе конвоя не осталось ни одного эсминца, попадание даже одной торпеды не оставляло им шансов. Если корабль каким-то чудом оставался на плаву, двигаться вместе с конвоем он уже не мог. Из семи эсминцев таких подранков было два. У небольших кораблей водоизмещением около двух с половиной тысяч тонн мощная торпеда с неконтактным взрывателем, наводящаяся по кильватерному следу, как правило, отрывала корму.

Дав с полчаса адмиралу Бергамини насладиться открывшимся с восходом видом, Олег вышел на связь на частоте конвоя. Сам Северов в это время находился в своем истребителе в нескольких милях в стороне, на высоте около пяти тысяч метров.

– Командующий русской эскадрой вызывает адмирала Бергамини!

Олег повторил свой запрос на немецком несколько раз и принялся ждать. Через десять минут Карло Бергамини вышел в эфир, его немецкий был небезупречен, но вполне достаточен для разговора.

– Адмирал Бергамини вызывает командующего русской эскадрой!

– Здравствуйте, адмирал, с вами говорит адмирал Северов, – Олег не стал представляться полковником, это ввело бы итальянца в ступор. В конце концов, это было заранее обговорено с Платоновым, и если все пойдет как задумано, небольшую ложь товарищ Сталин ему простит. Тем более что фамилию человека, топившего немецкие линкоры, итальянцы знать могут. – Я хочу сделать вам предложение, от которого, я надеюсь, вы не сможете отказаться.

Олег из прошлой жизни помнил, что Карло Бергамини после капитуляции Италии в сентябре 1943 года подчинился приказу командования и повел свои корабли на Мальту для сдачи союзникам. Немцы атаковали их и утопили линкор «Рома», на котором и погиб Бергамини.