Михаил Небрицкий – Михайлова: Замок (страница 2)

– Интересно. – подметил Миша, уже доевший свой бутерброд. – Потерял ключ, значит, говорите?

– Точно. Это он его, получается, припрятал где-то, а когда я уехала – обчистил меня. Вот скотина! – женщина, едва не расплакавшись, ударила маленьким сморщенным кулачком по стене.

– Что ж. А какие-нибудь данные этого вашего квартиранта у вас остались?

– Паспорт! – спустя секунды размышлений внезапно вскрикнула бабуля.

– Паспорт? – с недоумением спросила Михайлова.

– Ксерокопия! Я ж прежде чем кого-то здесь заселить требую у них ксерокс паспорта. Сейчас. Они-то у меня надёжно спрятаны.

Старуха потянулась к шкафу с книгами, но эксперт тут же встал у неё на пути.

– Мы здесь ещё не осматривали. – обратился криминалист к следователю.

– Она сейчас предоставит нам информацию, которая поможет найти злоумышленника по горячим следам. – настояла девушка на том, чтоб соседка взяла то, что ей нужно.

В старом советском справочнике лекарственных трав она хранила ксерокопии паспортов всех своих квартиросъёмщиков. Отсюда-то она и вынула чёрно-белую копию документа, удостоверяющего личность подозреваемого.

– Гомонюк Виктор Владимирович. 1970-го года рождения. Миш, позвони дежурному, пусть объявят в розыск.

– Понял. – кивнул Лисовой, взяв в руку бумагу, параллельно доставая свободными пальцами телефон.

– Так, вы можете вспомнить хоть что-нибудь, что могло пропасть в этой комнате? Нам нужно для описи. – снова обратилась к потерпевшей следователь.

– Ой. Что же здесь было-то… – бегая глазами по комнате, бубнила под нос баба Люба.

– Просто, когда мы этого вашего квартиранта накроем, то чтоб могли в точности вернуть вам всё ваше имущество. Ведь если он занимается этим профессионально, то, наверняка, у него там целый склад ворованного.

– Ой, да не помню я. В последний раз ещё когда Гриша мой жив был, то он тут технику и устанавливал. Помню, телевизор принёс, чтоб за аренду дополнительную плату брать. Приёмник тут поставил, магнитофон. Вот только ты ж помнишь, как мы семь лет назад его хоронили. А с тех пор я сюда и не заходила.

– Помню. А кто до этого Гомонюка здесь жил? Если вы сюда не заходили и ничего не меняли – может он помнит и сможет описать пропавшее? – озвучив неплохую идею Кира повернулась лицом к женщине.

– Ой. Да, может быть. Ты права. До него здесь такой парень хороший жил. Молодой студент. Вежливый такой, платил всегда вовремя. Если нужно было помочь – никогда не отказывал. Потом, правда, съехал всё-таки. Но, такой приятный молодой человек был. Интересно, где он сейчас.

– А как его зовут?

– Ой, дай Бог памяти. Коля! Нет-нет. Кирилл. Или как-то так.

– А его ксерокопии паспорта у вас нет?

– Да есть. Почему ж нет? – женщина от волнения совсем забыла о своей привычке коллекционировать копии документов.

Достав трясущимися от спешки пальцами бумагу, Любовь Алексеевна протянула её следователю.

– Кириллов Иван Иванович.

– Ваня! Да, точно. – шлёпнула себя ладонью по лбу.

– А номера телефона его у вас нет?

– А вот. – бабуля выхватила у девушки листок и перевернула его обратной стороной кверху. – Вот, я их просила сразу и номер мне свой оставлять.

Внезапно капитана осенило.

– Миша! Миша!

– Что? – помощник оторвался от телефона, по которому, судя по всему, уже общался с супругой.

– Переверни листок!

Растерянный Лисовой метнул взгляд по сторонам, затем, сообразив, взглянул на бумагу в руке с обратной стороны.

– Номер?

– Да.

– Его?

– Да.

Мигом набрав номер специалистов старлей затребовал отследить, где сейчас находится владелец данного номера. Шансов конечно было 50/50, однако попробовать стоило.

Пока полицейские дожидались ответа, старуха предложила господам сделать чай.

– А ты, Кирочка, как? Как поживаешь?

– Всё хорошо, Любовь Алексеевна.

– Так после смерти Оси никого и не нашла?

– Я и не искала. – с долей раздражения ответила Кира.

– Ну, зря ты так. Это я вон уже старая карга, после смерти деда кому я надо. А ты ж вон – молодая ещё совсем. Так и будешь до старости сама?

– Мне и так хорошо. – сдержанно бросила Михайлова, намекая старухе, чтоб не лезла не в своё дело и не напоминала ей о покойном муже.

– Ай, такая пара хорошая была. – возможно почувствовав, что перегибает палку, бабуля решила смягчить разговор.

– Телефон отключён. – внезапно ворвался с новостями на кухню Михаил.

– Кто бы сомневался. – невзначай ответила полицейская. – Что ж, будем искать по месту прописки, авось так себе ничего и не подыскал пока. Что там в паспорте указано?

– Село Камянка, Раздельнянского района.

– Понятно. Значит, нужно отправляться туда, предупредив заранее местного участкового.

Глава 2

Разумеется, в Камянке Гомонюк не появлялся уже давно. На сегодняшний день там живёт лишь его престарелая мать, которая утверждает, что с сыном давно не виделась и где он – не знает. Соседи также давно не видели Виктора, потому, о нынешнем его местоположении неизвестно, и в итоге данного субъекта прошлось объявить в розыск.

Вернувшись в кабинет, капитан Михайлова уселась за свой рабочий стол, и, облокотившись об него руками и массируя виски, пыталась вспомнить, что хотела сделать.

Парень! Точно, где его номер? Нужно позвонить ему и пригласить для дачи показаний. Возможно, он сможет описать предметы, находившиеся в той комнате до взлома. Отыскав его номер, девушка набрала его на смартфоне. В трубке послышались гудки.

– Алло! – в динамике внезапно раздался молодой и действительно приятный голос.

– Алло, Иван Иванович?

– Да, слушаю вас!

– Меня зовут Кира Михайлова, я капитан Уголовного розыска Шевченковского РУВД. Скажите, вам удобно говорить?

– Да, что случилось?

– Скажите, вы ведь снимали комнату у гражданки Варламовой, примерно в августе этого года?

– Да! Снимал. – взволновано произнёс голос.

Любой, кому вот так посреди вечера звонят из полиции и задают вопросы, будет волноваться, однако такова специфика работы, и в частности, капитана Михайловой. Данная привычка вырабатывается с годами у всех, кому приходится по долгу службы контактировать с разного рода социально-нестабильными элементами, потому, данный тон – это уже не образ полицейского, а закоренелая привычка. К тому же день выдался весьма тяжёлый, и девушка не была расположена к любезностям, а лишь методично выполняла свою работу.

– А в чём, собственно, дело?

– Дело в том, Иван Иванович, что Любовь Алексеевну обокрали.

– А я здесь причём? – возмущённо вопросил собеседник.

Здесь капитан поняла, что разговор в такой манере со свидетелем будет контрпродуктивным, и заметно понизила тон.